– Что ты сказал? – Лена замерла.
– Я сказал, что продал дачу, – повторил Артём, глядя на неё с какой-то смесью вызова и надежды. – И вложил деньги в дело. В кофейню. Моя мечта, Лен. Ты же знаешь.
Лена медленно опустилась на стул, чувствуя, как кровь стучит в висках. Их дача. Маленький домик в часе езды от города, с яблонями, которые она обрезала каждую весну. Место, где они с Артёмом провели первые годы брака, где их дочь Маша научилась ходить, где по вечерам пахло свежескошенной травой и дымом от соседских мангалов. И он… продал её? Без её слова?
– Артём, – голос Лены дрожал, но она старалась держать себя в руках. – Как ты мог? Это же наш дом. Наш! Ты не спросил меня, не обсудил…
– Лен, послушай, – он шагнул к ней, но остановился, увидев её взгляд. – Я знал, что ты будешь против. Ты бы начала говорить про стабильность, про Машу, про ипотеку… Но это мой шанс! Я не мог его упустить.
Лена смотрела на мужа, и ей казалось, что перед ней стоит чужой человек. Артём, с его тёмными, чуть растрёпанными волосами и вечной искоркой в глазах, всегда был мечтателем. Именно это она в нём и любила – его способность видеть больше, чем серые будни, его страсть к идеям, которые казались ей безумными, но всегда зажигали в ней искру. Но сейчас эта искра превратилась в пожар, который грозил уничтожить всё, что они строили вместе.
– Сколько? – тихо спросила она.
– Что? – Артём нахмурился.
– Сколько ты получил за дачу? И сколько потратил?
Он замялся, потирая шею – его привычный жест, когда он нервничал.
– Продал за шесть миллионов. И… всё вложил. В аренду помещения, оборудование, ремонт. Ну и… немного на рекламу.
Лена почувствовала, как внутри всё сжалось. Шесть миллионов. Их подушка безопасности, их мечты о будущем, о поездке к морю, о хорошей школе для Маши. Всё это теперь в каком-то помещении, которое она даже не видела.
– Ты хоть понимаешь, что ты сделал? – её голос сорвался. – Это не только твоя дача была, Артём! Это наш дом! Я… я каждое лето там цветы сажала. Маша там росла. А ты… ты просто взял и всё продал!
– Лен, я сделал это ради нас, – он повысил голос, но тут же осёкся, увидев, как она вздрогнула. – Ради Маши. Ради нашего будущего. Я устал работать на дядю, Лен. Эта кофейня – наш билет в другую жизнь.
– А если она прогорит? – Лена посмотрела ему прямо в глаза. – Что тогда?
Артём отвёл взгляд, и это молчание сказало больше, чем любые слова.
Кухня, где они сидели, была маленькой, но уютной. На холодильнике висели Машины рисунки – яркие, немного корявые, но такие родные. Лена вдруг подумала, что этот дом, их городская квартира, теперь единственное, что у них осталось. И эта мысль сдавила горло.
– Мам, пап, вы чего такие серьёзные? – в кухню вбежала Маша, их десятилетняя дочь, с растрёпанной косичкой и пятном от фломастера на щеке.
– Всё нормально, солнышко, – Лена заставила себя улыбнуться. – Иди, мой руки, ужин скоро.
Маша с подозрением посмотрела на родителей, но послушно ушла. Лена повернулась к Артёму.
– Мы ещё не закончили этот разговор, – тихо сказала она. – Но не при Маше.
Вечер прошёл в напряжённой тишине. Лена готовила ужин, стараясь сосредоточиться на привычных движениях – нарезать овощи, посолить суп, поставить чайник. Артём пытался помогать, но его неловкие попытки только раздражали. Когда Маша легла спать, Лена вышла на балкон. Ночной воздух был прохладным, пахло сыростью и асфальтом. Она обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь – не от холода, а от того, что бурлило внутри.
Артём вышел следом, тихо прикрыв за собой дверь.
– Лен, – начал он, – я знаю, что поступил неправильно. Надо было обсудить. Но я правда верю в это дело. Я уже договорился с поставщиками, нанял бариста. Через неделю открытие.
– Через неделю? – Лена резко обернулась. – Ты хочешь сказать, что всё уже сделано? Без меня?
– Я хотел сделать сюрприз, – он виновато улыбнулся. – Думал, ты будешь гордиться.
– Гордиться? – она горько усмехнулась. – Артём, я чувствую себя преданной. Ты украл у меня не просто дачу, а… наше прошлое. Наши воспоминания.
Он шагнул к ней, но она отступила.
– Не сейчас, – сказала она тихо. – Мне нужно время.
Следующие дни были как в тумане. Лена ходила на работу – она была бухгалтером в небольшой строительной фирме – и механически выполняла свои обязанности, но мысли всё время возвращались к даче. К тому, как они с Артёмом красили забор в первый год после свадьбы, как смеялись, когда краска попала ему на волосы. Как Маша бегала босиком по траве, собирая одуванчики. Теперь этого больше не будет.
Артём, напротив, был полон энергии. Он пропадал в своей кофейне, возвращался поздно, рассказывал о новых сортах кофе, о том, как подобрал идеальный плейлист для заведения, как придумал название. Лена слушала молча, кивая, но внутри всё кипело. Она не могла простить ему этого предательства, но в то же время видела, как он горит своим делом. И это разрывало её на части.
– Мам, а почему мы больше не ездим на дачу? – спросила как-то Маша, рисуя очередной шедевр за кухонным столом.
Лена замерла. Они ещё не рассказали дочери правду.
– Мы… решили пока там не бывать, – уклончиво ответила она. – Папа занят новым проектом.
– Каким? – Маша подняла глаза, полные любопытства.
– Он… открывает кофейню, – Лена старалась говорить нейтрально. – Место, где люди будут пить кофе и общаться.
– Круто! – Маша оживилась. – А я смогу туда приходить?
– Конечно, – Лена выдавила улыбку. – Когда откроется, сходим все вместе.
Но в глубине души она не была уверена, хочет ли туда идти.
Открытие кофейни было назначено на субботу. Лена не собиралась туда ехать, но Артём настоял.
– Лен, это важно, – сказал он за день до открытия, глядя на неё умоляющими глазами. – Я хочу, чтобы ты это увидела. Чтобы поняла, ради чего я это сделал.
Она согласилась, больше из чувства долга, чем из желания.
Кофейня находилась в центре города, в старом кирпичном здании с большими окнами. Внутри пахло свежесваренным кофе и ванилью. Деревянные столики, мягкие диванчики, стены, украшенные картинами местных художников, – всё выглядело уютно и продуманно. Лена невольно отметила, что Артём вложил в это место душу.
– Ну, что скажешь? – спросил он, нервно теребя край футболки.
– Красиво, – честно ответила она. – Очень… атмосферно.
Он улыбнулся, но в его глазах было напряжение.
– Пойдём, покажу тебе кухню.
На кухне уже суетились два молодых бариста, а в углу стояла коробка с новыми чашками. Лена вдруг поймала себя на мысли, что ей хочется здесь остаться. Не ради кофе, а ради того, чтобы почувствовать себя частью этого мира, который создал её муж.
Открытие прошло шумно. Гостей было больше, чем Лена ожидала: друзья Артёма, его бывшие коллеги, даже несколько любопытных прохожих заглянули на запах кофе. Маша с восторгом пробовала молочный коктейль и носилась между столиками, раздавая всем улыбки.
– Лен, – Артём поймал её за руку, когда поток гостей немного схлынул. – Спасибо, что пришла. Это… это много для меня значит.
Она посмотрела на него – уставшего, но счастливого, – и почувствовала, как гнев, который копился в ней всю неделю, начал отступать.
– Я всё ещё зла, – честно сказала она. – Но… я вижу, что ты стараешься.
– Я исправлюсь, – он сжал её руку. – Обещаю.
Но Лена ещё не знала, что это только начало. Что кофейня, которая казалась концом их общего мира, станет чем-то совсем другим…
Прошла неделя с открытия. Кофейня неожиданно начала приносить доход. Не огромный, но достаточный, чтобы покрыть часть аренды. Артём сиял, рассказывал о новых идеях – мастер-классы по завариванию кофе, вечера с живой музыкой. Но Лена заметила, что он всё чаще задерживается допоздна, возвращается вымотанным, а с утра снова уходит.
– Артём, ты не справляешься, – сказала она однажды, когда он рухнул на диван, даже не поужинав. – Тебе нужна помощь.
– Я справлюсь, – упрямо ответил он. – Просто нужно время, чтобы всё наладить.
– А если не наладится? – Лена посмотрела на него. – Ты уже вложил все наши деньги. Что дальше?
Он промолчал, и это молчание снова разбудило в ней тревогу.
На следующий день Лена, сама не зная почему, поехала в кофейню после работы. Там было людно – студенты, парочки, даже несколько мам с колясками. Бариста едва успевали принимать заказы. Артём носился между кассой и кухней, пытаясь всё контролировать.
– Лен? – он удивлённо посмотрел на неё, когда она вошла. – Ты чего?
– Решила посмотреть, как дела, – ответила она, снимая пальто. – И, похоже, тебе не помешает лишняя пара рук.
Она сама не ожидала от себя этих слов. Но, стоя за кассой, помогая разливать кофе и улыбаться клиентам, Лена вдруг почувствовала себя на своём месте. Впервые за долгое время она была не просто женой, которая переживает за мужа, а частью чего-то большего.
– Ты серьёзна? – спросил Артём, когда они закрыли кофейню и сели за один из столиков с кружками горячего шоколада.
– Серьёзна, – кивнула Лена. – Но при одном условии.
– Каком?
– Больше никаких решений за моей спиной. Если мы делаем это вместе, то всё обсуждаем. Финансы, планы, всё.
– Договорились, – он улыбнулся так, как не улыбался уже давно. – Партнёр.
Лена проснулась от звука будильника, но вместо привычного желания зарыться обратно в одеяло она почувствовала странное оживление. Сегодня был её третий день в кофейне. Всего три дня, а она уже знала, как включать кофемашину, где хранятся фильтры и как улыбаться клиентам, даже если настроение на нуле. Это было неожиданно – она, бухгалтер с десятилетним стажем, вдруг оказалась за прилавком, разливающей латте и болтающей с посетителями.
Кухня пахла свежесваренным кофе – Артём уже ушёл, оставив ей записку на столе: «Лен, ты лучшая. До вечера!». Она улыбнулась, но тут же нахмурилась, вспомнив, как всё началось. Дача. Их дача. Проданная без её ведома. Гнев всё ещё тлел где-то внутри, но теперь он смешивался с чем-то новым – любопытством, азартом, желанием доказать, что они с Артёмом могут вытянуть это дело.
– Мам, ты опять в кофейню? – Маша появилась в дверях, теребя лямку рюкзака.
– Да, солнышко, – Лена отхлебнула кофе. – После работы заскочу туда. Хочешь со мной?
– Ага! – глаза Маши загорелись. – Там так классно пахнет! И тётя Даша обещала научить меня делать сердечко на пенке.
Даша, одна из бариста, быстро стала любимицей Маши. Лена была благодарна ей за это – дочь с радостью проводила время в кофейне, пока они с Артёмом разбирались с делами. Но всё же Лена чувствовала укол вины. Её ребёнок теперь проводит вечера среди кофейных чашек, вместо того чтобы бегать по траве на даче.
– Ладно, собирайся, – сказала Лена, отгоняя тяжёлые мысли. – Пойдём, а то в школу опоздаешь.
Кофейня гудела, как улей. Лена приехала после работы и сразу окунулась в привычный хаос: звон чашек, шипение кофемашины, смех студентов за угловым столиком. Артём был в своём элементе – шутил с клиентами, поправлял плейлист, подмигивал Даше, когда та ловко готовила очередной заказ.
– Лен, ты как? – он поймал её за локоть, когда она несла поднос с грязной посудой.
– Нормально, – она кивнула, хотя спина уже ныла от беготни. – Но, Артём, нам нужно поговорить.
– Сейчас? – он оглянулся на зал, полный людей.
– Не сейчас, – Лена закатила глаза. – Вечером. Про деньги.
Его лицо слегка напряглось, но он кивнул.
– Хорошо. После закрытия.
Вечер пролетел незаметно. Маша сидела за стойкой, рисуя в блокноте кофейные чашки с крылышками, пока Даша показывала ей, как правильно взбивать молоко. Лена, помогая с заказами, ловила себя на мысли, что ей нравится эта суета. Здесь было что-то живое, настоящее. Не таблицы и отчёты, а люди, разговоры, запах корицы. Но всё же тревога не отпускала – они до сих пор не обсуждали, как идут дела. Сколько кофейня приносит? Хватит ли на аренду? А если не хватит?
Когда последний клиент ушёл, а Даша с напарником начали уборку, Лена и Артём сели за угловой столик. Маша дремала на диванчике, прижав к себе блокнот.
– Ну, давай, – Лена скрестила руки на груди. – Расскажи. Как дела с финансами?
Артём замялся, теребя салфетку.
– Всё… нормально, – начал он. – Выручка растёт. За эту неделю мы заработали почти сто тысяч.
– Это хорошо, – Лена кивнула, но её голос оставался твёрдым. – А расходы? Аренда, зарплаты, поставки?
– Аренда – сто двадцать в месяц, – он отвёл взгляд. – Плюс коммуналка, плюс зарплаты Даше и Игорю… Ну и кофе, сиропы, всякое.
– Сколько? – Лена смотрела на него в упор.
– Около двухсот тысяч, – тихо сказал он. – Пока… пока мы в минусе. Но это нормально для старта!
Лена почувствовала, как внутри снова закипает гнев.
– В минусе? Артём, ты вложил шесть миллионов! Наши деньги! И мы в минусе?
– Лен, это бизнес, – он поднял на неё глаза, в которых было столько надежды, что ей стало почти больно. – Нужно время. Через пару месяцев мы выйдем в ноль, я уверен.
– А если нет? – она наклонилась ближе. – Что тогда? Мы уже без дачи. Что дальше? Квартиру продашь?
Артём вздрогнул, словно от пощёчины.
– Я не продам квартиру, – твёрдо сказал он. – И я сделаю всё, чтобы кофейня заработала. Лен, я верю в это. И… мне нужно, чтобы ты тоже поверила.
Лена молчала, глядя на его усталое лицо. Ей хотелось кричать, ругаться, но в то же время она видела, как он старается. Как горит этой идеей. И где-то в глубине души она понимала – если она сейчас отвернётся, это будет конец. Не только кофейни, но и их брака.
– Хорошо, – наконец сказала она. – Я помогу. Но ты должен быть честным. Показывать мне все цифры. Каждый рубль.
– Договорились, – он улыбнулся, и в его улыбке было столько облегчения, что Лена невольно смягчилась.
Следующие недели превратились в вихрь. Лена взяла на себя бухгалтерию кофейни – в конце концов, это была её стихия. Она разобралась с поставщиками, нашла, где можно сэкономить, договорилась о скидке на аренду, уговорив арендодателя на отсрочку части платежа. Артём, вдохновлённый её энергией, начал экспериментировать с меню, добавив десерты и сэндвичи, которые неожиданно стали хитом.
Но не всё шло гладко. Однажды вечером, когда Лена проверяла отчёты, она заметила странность.
– Артём, – позвала она, не отрываясь от ноутбука. – Что это за платёж? Пятьдесят тысяч за «рекламу»?
Он замер, держа в руках коробку с новыми стаканчиками.
– Ну… это блогер, – неохотно ответил он. – Я заплатил, чтобы он про нас рассказал.
– Пятьдесят тысяч? – Лена подняла брови. – И где результат?
– Он… ещё не выложил пост, – Артём отвёл взгляд. – Но обещал на этой неделе.
Лена глубоко вдохнула, чтобы не сорваться.
– Артём, мы договорились – всё обсуждаем. Ты опять за моей спиной деньги тратишь!
– Я думал, это мелочь, – он поднял руки, словно сдаваясь. – Лен, я правда стараюсь.
Она хотела ответить что-то резкое, но тут в кофейню влетела Даша, запыхавшаяся и взволнованная.
– Ребята, вы не поверите! – воскликнула она. – Тот блогер, которого ты нанял, Артём, выложил рекламу про нас! И у нас уже куча заказов через соцсети!
Лена посмотрела на Артёма, потом на Дашу.
– Серьёзно? – спросила она, всё ещё не веря.
– Да! – Даша показала телефон, где в инстаграме мелькали сообщения с заказами. – Люди пишут, что хотят забронировать столики на выходные!
Артём просиял.
– Видишь, Лен? Я же говорил, что всё получится!
Она покачала головой, но уголки её губ дрогнули в улыбке.
– Ладно, – сказала она. – Но это последний раз, когда ты что-то решаешь без меня.
К концу месяца кофейня начала выходить в плюс. Небольшой, но стабильный. Лена, которая поначалу приходила только помогать, теперь проводила в кафе почти всё свободное время. Она придумала систему лояльности для постоянных клиентов, организовала детский уголок для мам с детьми, даже уговорила Артёма провести вечер живой музыки, который собрал полный зал.
Но дома напряжение не исчезало. Маша всё чаще спрашивала, почему они так редко бывают вместе, как раньше. Лена замечала, как дочь скучает по их старым семейным традициям – поездкам на дачу, пикникам, играм в саду. И каждый раз, когда Маша заговаривала об этом, Лена чувствовала укол вины.
– Мам, а мы сможем снова ездить на дачу? – спросила Маша однажды вечером, когда они с Леной пекли печенье.
Лена замерла, держа в руках миску с тестом.
– Маша, – осторожно начала она, – дача… её больше нет. Папа продал её, чтобы открыть кофейню.
Маша нахмурилась.
– Но почему он не спросил тебя?
Лена вздохнула. Ей не хотелось втягивать дочь в их взрослые проблемы, но и лгать она не могла.
– Иногда взрослые делают ошибки, – сказала она. – Папа очень хотел открыть кофейню, и он… поторопился. Но мы с ним работаем над этим вместе, чтобы всё наладилось.
– А мне нравится кофейня, – задумчиво сказала Маша. – Но я скучаю по яблоням.
– Я тоже, – тихо призналась Лена.
Однажды вечером, когда кофейня уже закрылась, Лена сидела за ноутбуком, подбивая итоги месяца. Артём принёс ей капучино с идеальной пенкой в форме сердца.
– Лен, – начал он, садясь напротив. – Я знаю, что ты всё ещё зла. И я не виню тебя. Но… посмотри, что мы сделали. Это ведь работает, правда?
Она отхлебнула кофе, глядя на него поверх кружки.
– Работает, – согласилась она. – Но, Артём, это не отменяет того, что ты сделал. Я пытаюсь простить тебя, правда. Но каждый раз, когда я думаю о даче…
– Я знаю, – он опустил голову. – И я сделаю всё, чтобы ты снова мне доверяла.
В этот момент в кофейню постучали. Лена нахмурилась – они уже закрылись. Артём пошёл открывать, и через минуту вернулся с мужчиной в строгом костюме.
– Лен, это Сергей, – представил он. – Он… инвестор. Хочет поговорить о кофейне.
Лена почувствовала, как сердце пропустило удар. Инвестор? Ещё один сюрприз?
– Здравствуйте, – Сергей улыбнулся, протягивая руку. – Я видел вашу кофейню в соцсетях. У вас отличный старт. И я хочу предложить вам открыть ещё одну точку.
Лена посмотрела на Артёма, потом на Сергея.
– Ещё одну точку? – переспросила она. – Мы только начали!
– Именно поэтому, – Сергей кивнул. – У вас есть потенциал. Я готов вложить деньги, но мне нужно ваше участие. Обоих.
Артём смотрел на Лену с надеждой, но она почувствовала, как внутри снова закипает тревога. Ещё одна кофейня? Ещё больше риска? Или… новый шанс?
– Нам нужно обсудить это, – твёрдо сказала она, глядя на Артёма.
Он кивнул, и в его глазах мелькнула благодарность.
Лена сидела за маленьким столиком в углу кофейни, глядя на цифры в ноутбуке. Выручка за месяц снова выросла, но её мысли были не о доходах. Предложение Сергея, инвестора, который хотел открыть вторую точку кафе не давало ей покоя. Это был шанс – огромный, пугающий, но заманчивый. Но он требовал от неё большего, чем просто помощь с бухгалтерией. Это означало полное погружение в бизнес, который она всё ещё воспринимала как предательство.
– Лен, ты чего такая задумчивая? – Артём присел напротив, держа в руках две кружки с дымящимся кофе. – Это тебе. С корицей, как любишь.
– Спасибо, – она взяла кружку, но не отпила, а просто обхватила её ладонями, словно греясь. – Я думаю про Сергея. Про его предложение.
Артём напрягся, его пальцы замерли на ручке кружки.
– И… что думаешь? – осторожно спросил он.
– Не знаю, – честно ответила Лена. – Это большой риск, Артём. Мы только начали вставать на ноги. А если вторая точка не пойдёт? Мы и так без дачи остались. Что дальше?
Он кивнул, глядя куда-то в сторону.
– Я понимаю, – тихо сказал он. – И, если ты скажешь «нет», я приму это. Но… Лен, я верю, что мы можем. Вместе.
Это «вместе» прозвучало так искренне, что Лена почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Она посмотрела на мужа – уставшего, с лёгкой сединой на висках, но с той же искрой в глазах, которая когда-то заставила её влюбиться.
– Я подумаю, – сказала она наконец. – Но, Артём, если мы решим это делать, то всё будет по-другому. Никаких сюрпризов. Полная прозрачность. Все решения – вместе.
– Обещаю, – он протянул ей руку, как будто заключая сделку. Лена невольно улыбнулась и пожала его ладонь.
Следующие дни были полны разговоров. Лена и Артём встречались с Сергеем, обсуждали детали: новую точку планировали открыть в спальном районе, где не хватало уютных мест для семей и студентов. Сергей предлагал покрыть половину стартовых расходов, но взамен хотел долю в прибыли. Лена, с её бухгалтерским чутьём, настояла на подробном бизнес-плане. Она часами сидела над расчётами, проверяла риски, сравнивала цены на оборудование.
– Ты прям как акула бизнеса, – подшучивал Артём, глядя, как она строит таблицы.
– Кто-то же должен держать тебя в узде, – отвечала она, но в её голосе уже не было прежней горечи.
Маша, тем временем, всё чаще проводила время в кофейне. Ей нравилось помогать Даше за стойкой, разносить пирожные и даже придумывать названия для новых напитков. Однажды она предложила про яблоки – в память о дачных яблонях. Лена, услышав это, почувствовала укол в сердце, но улыбнулась.
– Отличное название, солнышко, – сказала она, обнимая дочь. – Мы обязательно добавим его в меню.
Но дома напряжение всё ещё витало в воздухе. Маша скучала по даче, и Лена это видела. Однажды вечером, когда они вдвоём лепили пельмени, Маша вдруг спросила:
– Мам, а мы когда-нибудь снова будем ездить за город? Ну, как раньше?
Лена замерла, держа в руках кусок теста.
– Не знаю, Маша, – честно ответила она. – Но я обещаю, что мы найдём место, где тебе будет так же хорошо, как на даче.
Маша кивнула, но её взгляд остался задумчивым.
Кульминация наступила неожиданно. Сергей назначил встречу, чтобы подписать договор о второй точке. Лена и Артём сидели в его офисе – строгом, с большими окнами и видом на шумный город. Сергей разложил на столе документы, улыбаясь своей профессиональной улыбкой.
– Всё готово, – сказал он. – Осталось только подписать. Но я хочу ещё раз уточнить: вы оба в деле?
Артём посмотрел на Лену. Она знала, что от её ответа зависит всё. Если она скажет «нет», Артём не станет спорить – он обещал. Но если скажет «да» … Это будет шаг в неизвестность.
Лена глубоко вдохнула, чувствуя, как сердце колотится. Она вспомнила дачу – запах яблонь, скрип качелей, смех Маши, бегающей по траве. Потом вспомнила кофейню – звон чашек, улыбки клиентов, гордость в глазах Артёма, когда он видел, как их дело оживает. И, наконец, вспомнила себя – ту Лену, которая когда-то мечтала о чём-то большем, чем таблицы и отчёты.
– Я в деле, – сказала она, удивляясь собственной решительности.
Артём улыбнулся так, словно ему подарили весь мир. Сергей кивнул, протягивая ручку.
– Отлично. Тогда за работу.
Подписание договора стало поворотным моментом. Лена и Артём с головой ушли в подготовку новой точки. Лена взяла на себя переговоры с поставщиками и контроль бюджета, Артём – дизайн и маркетинг. Они спорили, смеялись, иногда ругались до хрипоты, но каждый раз находили компромисс.
Вторая кофейня открылась через три месяца. Она была меньше первой, но уютнее – с деревянными полками, заставленными книгами, и детским уголком, который Лена настояла добавить для семей с детьми. В день открытия Маша гордо разрезала ленточку, а Даша устроила мастер-класс по рисованию на кофейной пенке.
– Мам, это круче, чем я думала! – воскликнула Маша, обнимая Лену. – Я теперь тоже хочу открыть кофейню, когда вырасту!
Лена рассмеялась, чувствуя, как отпускает что-то тяжёлое, сидевшее в груди всё это время.
Но вечером, когда кофейня опустела, а Маша уехала ночевать к бабушке, Лена и Артём остались вдвоём. Они сидели за стойкой, пили чай с мятой и молчали, наслаждаясь тишиной.
– Лен, – Артём взял её за руку. – Я знаю, что ты до сих пор думаешь о даче. И я никогда не прощу себе, что сделал это без тебя.
Она посмотрела на него, но не стала спорить. Дача всё ещё была раной, хоть и не такой острой.
– Я учусь прощать, – тихо сказала она. – Но это не просто, Артём. Ты забрал у нас не только дом, но и доверие.
– Я знаю, – он опустил голову. – И я сделаю всё, чтобы вернуть его.
Лена молчала, глядя на его руку, сжимающую её пальцы. Она вдруг вспомнила, как они впервые поехали на дачу – молодые, влюблённые, с кучей планов и без единой мысли о том, как всё может пойти не так.
– Я хочу верить тебе, – сказала она наконец. – И я вижу, как ты стараешься. Но нам нужно договориться – навсегда. Никаких секретов. Никаких решений за моей спиной.
– Клянусь, – он посмотрел ей в глаза. – Всё, что у нас есть – кофейни, деньги, планы – теперь общее. Ты мой партнёр, Лен. Во всём.
Она кивнула, чувствуя, как внутри разливается тепло. Не всё было идеально. Рана от потери дачи всё ещё ныла, особенно когда Маша вспоминала яблони. Но Лена видела, что они строят что-то новое – не только бизнес, но и семью, где каждый имеет голос.
Прошло полгода. Вторая кофейня приносила стабильный доход, а первая стала местной достопримечательностью. Лена и Артём наняли ещё одного бариста, чтобы у них было больше времени для Маши. Они начали выезжать за город – не на дачу, а в небольшие домики, которые снимали на выходные. Там Маша бегала по траве, собирала цветы, а Лена с Артёмом пили кофе на веранде, обсуждая планы на третью точку.
Однажды вечером, когда они вернулись из такой поездки, Лена нашла на столе конверт. Внутри был договор – на покупку небольшого участка земли в часе езды от города.
– Что это? – спросила она, глядя на Артёма.
– Я нашёл его на прошлой неделе, – он улыбнулся, но в его голосе была лёгкая неуверенность. – Это не дача. Пока. Но… мы могли бы построить там что-то своё. Я не подписывал ничего, Лен. Хочу, чтобы ты решила.
Лена смотрела на договор, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Это не была их старая дача. Но это был шанс начать заново.
– Вместе, – повторила она, беря его за руку. – Давай попробуем.
Маша, услышав про участок, тут же начала рисовать план будущего домика – с качелями и яблонями. Лена смотрела на её рисунок и думала, что, может быть, они не потеряли дачу, а просто нашли новый путь к своему счастью.
Рекомендуем: