Я вернулась домой после работы и сразу почувствовала, что что-то не так. В прихожей стояли коробки, на диване лежали сложенные стопками мои вещи. Дочка Аня металась между комнатами с блокнотом в руках, что-то записывая. Рядом крутился её муж Игорь, таскал мои книги с полок.
— Что происходит? — я сбросила туфли и вошла в гостиную.
Аня обернулась, на лице её мелькнула неловкость, но она быстро взяла себя в руки.
— Мам, привет! Мы тут решили немного навести порядок, разобрать вещи. Ты же давно хотела генеральную уборку?
— Я хотела уборку, а не переезд, — я посмотрела на коробки. — Зачем вы складываете мои вещи?
Аня переглянулась с Игорем. Тот отвёл взгляд, продолжил снимать книги с полки.
— Мама, садись, пожалуйста. Нам нужно серьёзно поговорить.
Я села в кресло, чувствуя, как сердце начинает колотиться. Серьёзный разговор редко означал что-то хорошее.
Аня присела на край дивана, сложила руки на коленях. Она явно готовилась к этому разговору, подбирала слова.
— Понимаешь, мам, мы с Игорем давно об этом думали. У нас скоро родится ребёнок, нам нужно больше места. А у тебя тут двушка, большая, в центре. Мы живём на съёмной однушке на окраине, переплачиваем бешеные деньги.
— И? — я не понимала, к чему она клонит.
— Мы решили переехать к тебе. То есть сюда. В твою квартиру. А тебе снимем комнату в общежитии. Там, конечно, попроще, но зато тебе одной столько места и не нужно. Ты же на работе с утра до вечера.
Я молчала. Просто смотрела на дочь и не могла поверить в то, что слышу.
— Мама, мы с папой уже сняли тебе комнату в общежитии! — продолжила Аня с энтузиазмом. — Восемнадцать квадратов, на первом этаже, удобно. До твоей работы на автобусе двадцать минут. Мы уже внесли предоплату за три месяца.
— Вы что, с ума сошли? — я встала. — Это моя квартира! Я её купила на свои деньги, после развода с вашим отцом!
— Ну мам, не кипятись, — Аня тоже встала. — Мы же не выгоняем тебя на улицу. Мы всё продумали, нашли нормальное жильё. А эта квартира... она большая, нам нужна. У нас ребёнок будет, ему нужна отдельная комната, место для игр.
— А мне что, место не нужно? — я почувствовала, как подступают слёзы. — Я здесь двадцать лет живу! Это мой дом!
— Мам, ну пойми, нам некуда деваться, — голос Ани стал жалобным. — Мы молодая семья, нам помогать надо. А ты что, одной тебе такая огромная квартира?
— Огромная? — я рассмеялась. — Две комнаты — это огромная квартира?
— Для одного человека — да, — подал голос Игорь. — Татьяна Сергеевна, вы же разумный человек. Посмотрите объективно. Вам действительно столько места не нужно. А нам с ребёнком...
— С моим внуком, — перебила я. — С моим внуком, которого вы хотите растить в моей квартире, выселив меня в общагу.
Аня поджала губы.
— Ты драматизируешь. Это не общага, а современное общежитие. Там душ, туалет в комнате, маленькая кухонька. Всё удобства.
— Если там так удобно, почему бы вам туда не переехать? — я скрестила руки на груди.
— Потому что нам нужно две комнаты минимум! — Аня повысила голос. — И потому что ты наша мать и должна нам помогать!
Слова ударили больнее, чем пощёчина. Должна помогать. Значит, помощь заключается в том, чтобы отдать им свой дом и съехать в комнату восемнадцать квадратов.
— Я вам помогаю, — тихо сказала я. — Я деньгами помогаю, продуктами, вещами. Я готова помогать с ребёнком, когда он родится. Но отдать вам квартиру... это не помощь. Это грабёж.
— Мама! — Аня всплеснула руками. — Какой грабёж? Мы же не отнимаем у тебя квартиру! Просто меняемся. Ты переезжаешь в меньшее жильё, мы в большее. Это разумно!
— Разумно для вас, — я взяла сумку. — Но не для меня. И я не соглашусь на это. Никогда.
— Ну и зря, — Аня скрестила руки на груди. — Тогда мы пойдём другим путём. Через суд. Я единственная дочь, у меня будет ребёнок. Суд может обязать тебя предоставить нам жильё.
Я остановилась у двери.
— Ты угрожаешь мне судом? Своей матери?
— Я просто говорю о своих правах, — Аня подняла подбородок. — У нас несовершеннолетний ребёнок скоро появится. А ты живёшь одна в двушке. Закон на нашей стороне.
Я вышла из квартиры и долго стояла на лестничной площадке, не в силах поверить в происходящее. Моя дочь. Моя единственная дочь, которую я растила одна после развода. Которой я отдавала последнее. Ради которой отказывалась от личной жизни, от отдыха, от всего. И вот она стоит и спокойно говорит, что хочет отнять у меня дом.
Я спустилась вниз, села на скамейку во дворе. Достала телефон, позвонила подруге Ларисе. Она была юристом, может, подскажет, что делать.
Лариса выслушала меня и вздохнула.
— Танюш, формально Аня не может отнять у тебя квартиру. Она твоя собственность, куплена на твои деньги, до брака дочери. Никакой суд не обяжет тебя отдавать её.
— Но она говорит про права, про ребёнка...
— Это блеф. Да, есть понятие алиментов на содержание родителей от детей. Но это когда родители нетрудоспособные и нуждающиеся. Ты работаешь, здорова, обеспечиваешь себя сама. Аня ничего не добьётся.
Я выдохнула с облегчением.
— Значит, они не могут меня выселить?
— Не могут. Но, Таня, это же твоя дочь. Вы что, совсем не можете договориться?
— Не знаю, Лар. Я в шоке. Думала, мы нормальные отношения. А они вот так, без спроса, уже сняли мне комнату в общаге и складывают вещи.
— Поговори с ней спокойно. Может, она под влиянием этого Игоря. Зятья иногда плохо влияют на дочерей.
Мы попрощались. Я сидела на скамейке и думала. Когда Аня познакомилась с Игорем, он мне не понравился. Слишком расчётливый, слишком прагматичный. Но дочка была влюблена, и я промолчала. Не хотела портить ей счастье.
Они поженились быстро. Игорь сразу начал намекать, что неплохо бы пожить у меня, пока копят на своё жильё. Я отказала. Сказала, что мне нужно личное пространство. Аня обиделась тогда, говорила, что я жадная, что не хочу помогать молодой семье.
Но я всё равно помогала. Деньгами, продуктами, связями. Устроила Игоря на работу к своему знакомому. Аня работала бухгалтером, но зарплата у неё была небольшая. Я постоянно подкидывала им денег — на еду, на одежду, на технику.
А теперь получается, что этого мало. Им нужна моя квартира.
Я поднялась, медленно побрела к дому. В квартиру возвращаться не хотелось. Зашла в кафе на первом этаже, заказала чай. Сидела, смотрела в окно и не знала, что делать дальше.
Телефон зазвонил. Аня.
— Мам, ты где? Уже поздно.
— В кафе. Не волнуйся.
— Мама, ну давай без обид. Приходи домой, мы всё спокойно обсудим.
— Домой — это куда? В мою квартиру, где вы уже паркуетесь?
Аня вздохнула.
— Ну не паркуемся мы. Просто готовимся. Мам, пойми, нам правда некуда. Съёмная квартира дорогая, скоро декрет, деньги будут только у Игоря. Нам нужна твоя помощь.
— Я готова помогать. Но не ценой своего дома.
— Тогда какой это помощь? — голос Ани стал холодным. — Ты же всё равно там одна сидишь. Что тебе жалко?
— Мне не жалко, Аня. Я просто не понимаю, почему я должна отказаться от своего дома ради вас.
— Потому что мы твоя семья! Потому что я твоя дочь! Потому что у меня скоро родится твой внук!
— И поэтому вы имеете право на мою квартиру?
— Да! — выкрикнула Аня и отключилась.
Я допила чай и поднялась домой. В квартире было тихо, коробки стояли на своих местах. Аня с Игорем, видимо, уехали.
Я разобрала коробки, разложила вещи по местам. Повесила обратно книги на полки. Вернула всё так, как было. Это мой дом. Моё пространство. И никто не имеет права его отнимать.
На следующий день я сменила замки. Аня звонила раз десять, я не отвечала. Потом пришло сообщение: "Ты пожалеешь. Мы больше не семья".
Сердце сжалось. Но я понимала, что если сейчас уступлю, то потеряю не только квартиру. Потеряю себя. Своё достоинство. Своё право на собственную жизнь.
Прошла неделя. Аня не звонила. Я скучала по ней, переживала. Но отступать не собиралась.
Потом позвонил бывший муж, Анин отец.
— Таня, что ты творишь? Дочка в слезах, говорит, ты её бросила.
— Я её не бросала. Я просто не отдала ей квартиру.
— Ну так отдай. Им же нужно, ребёнок будет.
— А мне где жить, Виктор?
— Ну снимешь что-нибудь. Ты же работаешь, зарплата хорошая.
— Почему я должна снимать, а они жить в моей квартире?
— Потому что ты мать! Мать должна помогать детям!
— Помогать — да. Но не в ущерб себе.
Виктор ещё что-то говорил, но я уже не слушала. Положила трубку и заблокировала его номер.
Прошёл месяц. Я привыкла к тишине, к одиночеству. Ходила на работу, возвращалась домой, занималась своими делами. Скучала по дочери, но понимала, что сделала правильный выбор.
Однажды вечером в дверь позвонили. Я открыла. На пороге стояла Аня. Беременный живот уже был заметен, лицо заплаканное.
— Можно войти?
Я молча пропустила её. Мы прошли на кухню, я поставила чайник.
— Мама, прости, — Аня говорила, глядя в стол. — Я была не права. Игорь меня подговорил. Говорил, что ты всё равно одна, что тебе столько места не нужно. Что это справедливо — отдать квартиру молодой семье. А я поверила.
— И что изменилось?
— Мы поругались. Сильно. Я поняла, что он женился на мне ради твоей квартиры. С самого начала это планировал. Говорил, что как забеременею, ты точно не откажешь. Что используем ребёнка как рычаг.
Я поставила перед ней чашку с чаем.
— И ты только сейчас это поняла?
— Да, — Аня вытерла слёзы. — Я была слепой. Думала, он меня любит. А он просто рассчитывал на квартиру. Когда ты отказалась, он стал совсем другим. Грубым, злым. Говорил, что я тряпка, раз не смогла уговорить мать.
— Где он сейчас?
— Не знаю. Ушёл к своим друзьям. Сказал, что подумает, нужна ли ему жена без квартиры.
Я обняла дочку. Она прижалась ко мне, плакала навзрыд. Моя девочка. Моя глупая, доверчивая девочка, которую использовали.
— Что мне теперь делать, мам? У меня скоро ребёнок, а я одна, без мужа, без жилья...
— У тебя есть мама, — я погладила её по волосам. — И есть дом. Наш с тобой дом.
Аня подняла на меня заплаканные глаза.
— Ты серьёзно? После всего, что я сделала?
— Ты моя дочь. Да, ты поступила неправильно. Очень неправильно. Но ты поняла свою ошибку. И я не могу бросить тебя с ребёнком.
Мы обнялись и долго сидели так, молча. Потом я встала, вытерла слёзы.
— Будем жить вместе. Ты с ребёнком в большой комнате, я в маленькой. Только это мой дом, мои правила. И никаких Игорей на пороге, понятно?
Аня кивнула.
— Понятно. Спасибо, мама. Прости меня.
— Прощаю. Но чтобы больше никогда подобного не повторялось.
Она переехала ко мне на следующий день. Привезла свои вещи — немного одежды, книги, документы. Всё остальное осталось у Игоря, но нам это было не нужно.
Мы обустроили детскую в большой комнате. Купили кроватку, пеленальный столик, игрушки. Аня развелась с Игорем, оформила алименты. Устроилась на удалённую работу, чтобы после родов не бросать ребёнка.
Через три месяца родился внук. Маленький, красивый, похожий на Аню в детстве. Мы назвали его Артёмом.
Сейчас прошёл год. Артём растёт здоровым и весёлым. Аня работает, я помогаю с внуком. Мы научились жить вместе, уважать пространство друг друга, договариваться.
Иногда я думаю о том дне, когда дочь объявила, что уже сняла мне комнату в общаге. И благодарю судьбу за то, что нашла в себе силы отказаться. Потому что если бы я тогда согласилась, то потеряла бы не только дом. Я потеряла бы своё достоинство. И возможности научить дочь главному — что настоящая любовь и забота не измеряются квадратными метрами. А уважение и границы важны в любых отношениях, даже между самыми близкими людьми.
🔔 Чтобы не пропустить новые рассказы, просто подпишитесь на канал 💖
Самые обсуждаемые рассказы: