Не сплетни, а факты

Когда-то имя «королевы шансона» автоматически ассоциировалось с хрипотцой в голосе, драмой в текстах и очередным разорванным залом. Сейчас всё иначе: обсуждают не столько песни, сколько ценник, райдер и то, что происходит на сцене, когда выключают студийные фильтры. На концерты по-прежнему идут толпы, но выходят они уже не всегда с теми эмоциями, за которыми приходили. При всех спорах вокруг её живого вокала гонорар певицы продолжает уверенно ползти вверх. В этом году, к примеру, сумма за выступление выросла ещё на полмиллиона рублей...

Обычный утренний поход к педиатру для одной челябинской семьи закончился не справкой и рецептом, а приездом полиции и уголовным делом. Детская поликлиника, где обычно максимум драма — это «пить сироп или таблетки», неожиданно превратилась в площадку для агрессивного шоу с угрозами врачу и истерикой на весь коридор. Как визит к доктору довёл отца семейства до статуса фигуранта дела о хулиганстве — разбираемся по шагам. История уже не ограничивается пересудами в родительских чатах. После того как запись конфликта разошлась по местным пабликам, её внимательно изучили правоохранительные органы...

В российской эстраде звание "новая Долина" давно перестало звучать как орден за заслуги. Скорее, это такой вежливый способ намекнуть: с характером у артиста всё настолько ярко, что про вокал вспоминают в последнюю очередь. Сейчас под этим неофициальным титулом чаще всего всплывает имя Люси Чеботиной — певицы, вокруг которой смешались разговоры о «звёздной болезни», завышенных требованиях, громких ссорах и очень специфическом чувстве юмора. Свою историю Люся рассказывает обычно с самого драматичного места — детства...

Все привыкли к образу Ксении Собчак как единственной наследницы знаменитого политика: папа — Анатолий Собчак, мама — Людмила Нарусова, семейный портрет знаком наизусть. Но у этой истории есть вторая, почти не освещённая линия — старшая дочь Мария и её мама Нонна Гандзюк. О них долгие годы предпочитали не вспоминать публично, хотя именно с этой семьи у Собчака началась его личная жизнь. Формально у Анатолия Собчака две дочери — Мария и Ксения. На практике они никогда не стали близкими. Не помогли ни общая кровь, ни статус известного отца...

В конце декабря у Ларисы Долиной произошла сцена, которая за пару часов разлетелась по соцсетям. Нет, это была не премьера песни и не выход на сцену — просто переезд. Но именно во время погрузки коробок в грузовики дочь певицы Ангелина Миончинская вдруг расхохоталась так, что в ступор впали и журналисты, и случайные прохожие. На фоне судебных решений, разговоров про «эффект Долиной» и квартиру за 112 миллионов этот смех прозвучал особенно громко. 29 декабря 2025 года к дому в Ксеньинском переулке подъезжает такси...

9 января 2026 года. Пока одни артисты выкладывают из шампанских бокалов слово «перезагрузка», у Филиппа Киркорова год стартовал с другого слова — «конец». На публике он появляется в чёрном строгом костюме без страз и пайеток, будто собрался не на праздник, а на собственные поминки по прежнему образу. Скромность в одежде должна была намекнуть на новое начало, но выглядит это скорее как знак капитуляции. Ещё недавно он любил рассказывать, как выбирает костюмы в бутиках Италии, отдыхает во Франции и даёт приватные концерты в Испании...

История с критикой Сергея Соседова давно уже вышла за рамки очередной «грязной перебранки в шоу-бизнесе». У одних включился режим: «Да ладно, опять ноет», у других — тихий восторг: «Наконец-то кто-то сказал вслух то, что мы уже десятый год шепчем телевизору». И чем дольше разбираешься в том, что именно он сказал, тем яснее становится: проблема не в характере критика, а в том, как устроено наше телевидение. Соседов описывает эфир очень просто: это уже не витрина культуры, а клуб по пропускам. Вход строго по спискам, выход — только когда рейтинг упадёт ниже плинтуса...

Интернет уже несколько дней играет в любимую народную игру: «Угадай, кто отец ребёнка Виталины Цымбалюк-Романовской». Одни клянутся, что разгадали тайну по взгляду, другие приближают фотки до пикселей. А Виталина в это время спокойно ходит по премьерам, аккуратно подкидывая дрова в костёр интереса и ни на один прямой вопрос честно не отвечает. Поводом для нового витка споров стала премьера российского боевика «Завербованный» в центре Москвы. Туда Виталина явилась не одна: рядом с ней был молодой мужчина и… её маленькая дочь Виктория...

История с квартирой Ларисы Долиной сначала казалась обычной светской драмой: звезда, мошенники, жадность, слёзы — стандартный набор. Но чем дальше, тем сильнее ощущение, что нас аккуратно держат за зрителей, а не за свидетелей. Особенно в тот момент, когда заслуженный юрист России Михаил Барщевский в эфире осторожно произносит: «Решение Верховного суда выглядит странно», а затем незаметно покидает свой пост при этом самом суде. Совпадение? Формально — да. По ощущениям людей — совсем нет. Обычный человек может сколько угодно возмущаться в комментариях, это никого не трогает...

Звёздные скандалы обычно крутятся вокруг денег, квартир и громких имён. Но история Ларисы Долиной неожиданно подсветила ещё одну тему — тех, кто живёт на орбите вокруг звезды и держится за её фамилию как за спасательный круг. Пока юристы спорят о квадратных метрах в Хамовниках, публика прицельно рассматривает семейный тыл певицы. И в этом свете особенно отчётливо проявляется фигура Ангелины Миончинской — дочери, администратора, директора и, по сути, человека, чья карьера целиком построена на словах «моя мама — Лариса Долина»...

Пока юристы ставят в деле жирную точку, кажется, что сама Лариса Долина делает вид, будто никакого приговора не было. Квартира в Хамовниках по решению Верховного суда ей больше не принадлежит, исполнительное производство запущено, приставы готовы действовать. А в это время в ленте — бикини, белый песок и вид с террасы люксового номера в Эмиратах. Контраст получился такой, что сдержать возмущение смогли далеко не все. И тут в кадр заходит Сергей Соседов, который традиционно не подбирает слов и не пытается никого пожалеть...

Агата Муцениеце всего полтора месяца как стала мамой в третий раз, а уже успела и выйти в свет, и устроить небольшой взрыв в соцсетях. Одним постом она задела сразу две темы: культ «вечных мамочек-ангелов» и моду на истощённые тела. Началось всё с одной реплики, сказанной как будто шутя. На вечеринке Агата, сияя в нарядном платье, вдруг заявила, что ей надоело смотреть в ленте на чрезмерно исхудавшие фигуры и что пора перестать гоняться за размером XS любой ценой. Она предложила, по сути, простую вещь: перестать поклоняться крайностям и вернуть в моду живое, здоровое тело...