Глава ✓292
Начало
Продолжение
Сколь же забавны на сторонний взгляд все эти салонные расшаркивания.
Этикет, конечно, вещь необычно полезная!
Для Мэри Лариной, выросший в простом фермерском доме и наводящей лоск в комнатах и коридорах Лонгборна все правила этикета, что вдалбливались в головы мисс казались тонким и прочным кружевом. Оно украшает, придаёт законченность образу, но при этом размывает четкость облика, скрываеи изьяны и очерчивает границы.
Кому, и насколько глубоко поклониться, перед кем необходимо склониться в глубоком пардоне реверансе, а кому и любезного кивка головой достаточно. В какой последовательности и с кем войти в обеденную залу, что салфетку накрахмаленную надобно даме положи́ть расправленной на колени, а левой ручкой отламывать маленькие, на один укус, кусочки хлеба, а не откусывать от ломтика. Как правильно есть спа́ржу, и что от котлеты на тарелке не отрезают за раз более трёх кусочков, что на выгнутую часть вилки салат нагребают ножом, а не накалывают оной кусочки овощей.
Главное и второстепенное перемешано и спутано, как тонкая и прочная белая льняная нить: не распутать не разорвать.
Как без ущерба для репутации опереться на подставленную любезно мужскую руку, о чём можно говорить за столом или на светском рауте, декольте какой глубины уместно на бале и каков должен быть фасон утреннего платья и платья для визитов. Как правильно махаться веером, отчего нельзя быть на бале в лопнувшей перчатке, что делать, если штанина панталон вдруг посреди танца падает с ноги и как намекнуть кавалеру, что он уже изрядно подшофе и ему пора освежиться.
Порой, присутствуя на балах и сопровождая Анну Алекссеевну на светских раутах, Мэри Ларина радовалась, что не принадлежит к высшим светским кругам и подобающего воспитания не получала. Оттого и бросались ей в глаза нарочитые игры разума, отсеивающие плебеев от аристократов.
О чем после и рассказывала своей покровительнице, непосредственно и искренне, живо изображая в лицах свои впечатления от забавных и нелепых, на её взгляд, светских привычек.
Танцовать на балу с супругом не положено.
Партнёров по танцам вечно не достаточно и кавалер должен оказывать внимание многим хорошньким дамам, замужним скучающим, на выданье, помолвленным и старым девам, матронам и дебютанткам. А что жена? Супруга также может и должна оказывать вежливое внимание прочим кавалерам, даже волокитам, выпившим лишнее и сыплющим плоскими казарменными остро́тами. И всё с милой улыбкой, держа́ лицо, Хотя за некоторые слова больше хочется надавать по физиономии или выцарапать наглецу глаза. Но нельзя! Можно краснеть, бледнеть и делать вид, что ты - мебель.
И отказаться от приглашения к танцу, если нет ангажемента от другого - дурной тон. Фи! Да любая деревенская девчонка на танцульках имеет право отклонить приглашение неприятного ей парня. Безо всяких реверансов: не нравится он ей, и дело с концом!
Стараться видеть в человеке лишь хорошее и находить оправдание его дурным манерам и тщательно скрывать свои подлинные чувства. О! Это так знакомо по мисс Джейн. Эта наивность и чёткое следование правилам светского поведения едва не стоило ей в семейного счастья.
Она была бесконечно благодарна Анне Алексеевне за эту науку, возможность стать частью этого мира, а то, что мир оказался вовсе не так идеален, как рисовало воображение... Стоит ли винить общество, если розовые очки - на твоих глазах?
А то, что эти правила сохраняются и передаются из поколения в поколение уже не одну сотню лет не свидетельствует ли о том что эти правила работают?
Просто ты - другой.
За эту зиму Мэри отчётливо поняла, что несмотря на то, что её Мишенька теперь дворянин, на балах ей скучно. Она испытывает подлинное наслаждение разбираясь в цифрах, договариваясь и торгуясь с купцами, выплетая сложные узоры из мелкого речного переливчатого жемчуга.
Пройдет много лет, и русский поэт Валерий Брюсов напишет строки:
Руки, вечно молодые,
Миг не смея пропустить, Бусы нижут золотые
На серебряную нить. Жемчуг крупный, жемчуг малый
Нижут с утра до утра,
Жемчуг желтый, жемчуг алый
Белой нитью серебра.
Кто вы, радостные парки,
Вы, работницы судеб?
Нити пестры, нити ярки,
В белом блеске я ослеп.
Не моя ли жизнь — те нити?
Жемчуг — женские сердца?
Парки вещие, нижите
Яркий жемчуг до конца!
Выбирайте, подбирайте
Жемчуг крупный и простой,
Круг жемчужный завершайте
Быстро-нижущей иглой!
Нить почти полна! немножко
Остается бус, — и вот
Золоченая застежка
Ожерелье — Смерть — замкнет!
Совсем немного времени осталось, и это общество расколется на два лагеря: понимающих и непонимающих, что произошло 14 декабря на Сенатской площади.
Продолжение следует ...
Карта для донатов в Сбере неизменна, 2202 2069 0751 7861