Дом бабы Люси хранил много воспоминаний. Вот только приятными их бы не назвал никто. Для Зои этот дом стал символом неволи. Она ненавидела его в детстве, в юности, а к старости казалось, что она уже к нему привыкла.
Начало здесь. Предыдущая глава 👇
Может, потому, что она не оказывала сопротивления. Сделав несколько попыток вырваться из-под Люськиного гнёта в молодости, и попав в ещё большую от неё зависимость, она уже не чаяла, что день освобождения когда-нибудь настанет.
Смирилась. Подчинилась. Люся от всех этого добивалась.
Внутри всё бурлило и кипело. И не от радости, а от растерянности. Как дальше жить? Зоя не знала, как распорядиться свободой. Она привыкла подчиняться. Привыкла, что за неё всё решает Люська.
К старости она даже испытывала к ней что-то вроде дружеской привязанности. Да и Люська ослабила гнёт с возрастом. Больше внимания уделала своему участку, внуку, скотинке… Корове своей любимой.
Корову с пастбища не привели. Видимо, кто-то уже присвоил её себе. И неужели не бояться Димки? Зря, очень зря.
- Когда я помру, этот дом не будет пустовать, – как-то после пары стаканов «компотика», протянула Люська. – Родовое место. Моё место. Моя земля. Моя деревня. Я здесь хозяйка! И когда я его освобожу, приедет Игорь. Ну или Дима, хотя он у меня непутёвый. На Игоря больше надежд возлагаю.
- Помри сначала, – вздохнула Зойка.
- Не вздыхай. Меня не станет, ты по наследству детям моим перейдёшь. Внуку. Он всё знает. Хороший мальчик, послушный. Но ежели что, у меня и запасной вариант имеется.
Зоя вздрогнула. Она замерла возле ненавистного и при этом такого родного дома, и не знала, как поступить. Точнее, знала, но решиться не могла. Она видела, что в шаге от неё справа кто-то замер. Слева происходило то же самое. И это был не Дима. Он не стал бы красться в ночи к дому матери и деда.
К своему дому.
А Зоя хотела освободиться. Сделать хоть что-то! Ей не нужно было, чтобы всё началось сначала. Игоря нет, Люськи тоже. Есть проклятый дом и Дима. С племянником она сделать ничего не может, а вот с этой халупой…
А будь что будет!
Она достала из огромного кармана фартука припасённую банку с остатками керосина. На кой шут она стояла у неё двадцать лет в сарае? Видимо, ждала этого момента. Быстро, насколько позволяла старость, она открыла крышку и плеснула содержимое на стену. Да-а, совсем немного получилось.
Достала спички. Раз! И в свете огня она вдруг увидела, что к дому с разных сторон стекаются люди.
Соседи. Кто же ещё?
Она услышала запах бензина и вдруг поняла: все пришли к дому с одной целью. Сжечь его. Сжечь дотла!
Спичка в руках догорела, и Зойка зажгла ещё одну. В этот раз она сразу кинула её в дом, но та потухла в полёте. Кто-то рядом хмыкнул. Третья попытка тоже не увенчалась успехом, но и другие не стояли просто так. Прошло меньше минуты, как сразу в нескольких местах загорелось пламя.
Совсем недолго в его свете Зоя видела соседей. Она знала каждого. И соседи видели её. Но никто не остался стоять и смотреть, как она. Люди направились к курятнику, хлеву и сараю.
Отойдя шагов на двадцать от горящего дома, Зоя уселась на холодную землю и смотрела, как хорошо разгорается старый дом. Она не боялась, что пламя перекинется на какой-то другой дом. В их деревне все строились на расстоянии друг от друга. Почему? Зоя не знала. И никогда об этом не задумывалась.
Слышны были шаги и громкое кудахтанье: это соседи забрали кур, а те, разбуженные среди ночи, были напуганы. Вскоре второе пламя разгорелось и в хлеву. Никто не хотел, чтобы здесь осталось хоть что-то, хоть один угол. Нет. Пусть всё сгорит!
Зоя посмотрела, как пламя с хлева перекидывается на уже пустой курятник, и вдруг вспомнила…
- Мама! – кричала она и колотила по доскам. – Люська! Дура! Выпусти!
- За дуру отдельно ответишь, – раздался рядом голос.
- Открой! Мне страшно! Меня мамка ждёт!
- Она уже ушла. Тебя никто не ждёт. Захочу, оставлю тебя там насовсем. Потом спустя много-много лет найдут твои косточки… А меня, наверное, уже и в живых не будет. Никто, кроме меня, это потаённое местечко не знает.
- Твой папка меня услышит!
В ответ маленькая Зоя услышала смешок.
- Он в курятнике и не бывает. В сарай редко шастает. Я у него на принеси да поднеси. Бабка Клава не выходит из дома почти… Сиди…
Второй и третий раз сидеть там было уже не так страшно, но сейчас, спустя годы…
- Дело у меня к тебе серьёзное, – за чашкой чая произнесла Люська.
Зоя едва заметно вздрогнула. Давненько соседка к ней с «делами» не приходила. Она уже как-то и расслабилась.
- Девка у меня… Ох, чую, не так просто оказалась! И от Игоря весточек нет. А должен был заехать. Повидать старуху.
- Может, дела какие в городе задержали? Севодни позвони да расспроси.
- Нет. Сходи к нему. Погляди, приезжал, али не приезжал. Вот, – баба Люся достала ключ из кармана. – Там открыто обычно, но вдруг… В общем, на рассвете ступай.
- А с девкой, что делать будешь? – осторожно поинтересовалась Зойка.
- То же, что и с тобой в детстве, – ухмыльнулась Люська. – Потащу её с собой, яйца собирать. Ну она одно-то точно разобьёт! Криворукая. Вот и посажу её, подумать над содеянным. А там ты уже обернёшься…
- И чего? Дальше-то чего? Девку куда денешь?
- Много будешь знать, плохо будешь спать. Только запомни: не смей её выпускать! Чтобы ни случилось, пущай сидит. Поняла? А то я не посмотрю на то, как ты раздобрела, и тебя саму туда впихну. А не влезешь… по кусочкам запихаю!
Зоя кивнула, глядя, как недобро блеснули глаза Люськи.
Теперь же она смотрела на занявшийся курятник и с ужасом думала, что девчонка там. Она встала и подошла ближе. И теперь услышала отчаянным стук по доскам изнутри. Именно там, где она девчонкой не раз бывала в заключении.
***
Настя задремала. Она не собиралась спать, но усталость от стояния целый день на ногах, как-то сама собой её сморила. Болело уже всё тело! Больше всего шея, плечи, ноги… От холода зуб на зуб не попадал, и мелькнула мысль: а проснётся ли она, если заснёт? Но и бороться с напавшей на неё сонливостью было почти невозможно.
Да и она не хотела. Устала.
Очнулась она как-то резко. Словно кто-то её встряхнул, но рядом никого не было видно. Настя не понимала, что происходит. Вроде только задремала, как вдруг проснулась. И свет какой-то появился, но на рассвет было не похоже. И тут она почувствовала запах дыма.
Пожар? Она закашлялась. «Видимо бабка узнала про внука и решила меня сжечь», – промелькнула в голове мысль. Но умирать не хотелось. Только не вот так, запертой в узком вонючем месте.
- Помогите! – хрипло закричала она и что есть мочи, заколотила по доскам. Сил не было. От холода руки и ноги её плохо слушались. И стук получился слабым, но Настя не собиралась сдаваться. Страх, который она давно уже не испытывала, сейчас придавал ей силы.
Внезапно она услышала шаги. Набрав в лёгкие больше воздуха, она крикнула:
- Помогите! – но с губ сорвался лишь натужный шёпот. От холода сел голос. Тогда девушка заколотила по доскам, привлекая внимание, но никто не спешил её освобождать.
Она остановилась и прислушалась. Снаружи кто-то скулил. Собака?
Настя не могла видеть Зою, которая сидела на траве, опустив голову и раскачиваясь взад-вперёд. Она хотела выпустить девчонку, хотела! Но не могла. Люська запретила.
- Тебя нет… ты померла… Почему же я несвободна? – тихо скулила она.
А Настя тем временем уперлась правой рукой в стену курятника, левой в стену сарая, и стала двумя ногами быть по доскам. Какие хорошие доски! Но одна всё же поддалась. С едва слышным хриплым:
- Есть! – она подскочила и в образовавшуюся щель просунула руку. У Насти не получалось нащупать шпингалет или замок. Дышать становилось труднее, её душил кашель. Тогда она принялась руками раскачивать доску.
Зоя этого не видела. Не видела, как разошлись все соседи. И не слышала даже, как вокруг дома бегает Дима с громким матом:
- Да я всех ***! ***! *** ***, ***! Урою! – и он пытался тушить дом.
Она не заметила, как у неё за спиной из укрытия вывалилась и тут же шлёпнулась на четвереньки Настя. Она кашляла, задыхалась и Зою тоже не сразу заметила. А заметив, отпрянула.
Бабка, но не та. Девушка перевела взгляд на пылающий дом, горящие хозяйственные постройки… Быстро сообразила, что пламя само не перекинулась бы с дома сюда… Поджог.
- Мама! Прости! Прости! – орал Дима, продолжая вёдрами таскать воду.
- Не ослушаюсь… Нет… – вдруг пробормотала Зоя, И Настя сделала ещё один осторожный шаг прочь от бабки, с трудом сдерживая рвущийся из лёгких кашель. Надышалась!
Бабка раскачивалась по кругу. Сидела на коленях и качалась, бормотала, выла… Она напоминала сумасшедшую! Последний раз оглядев всё вокруг, она вдруг подумала: «Да все мы психи», – и стала пробираться к соседнему участку. Ей удалось выбраться никем не замеченной, и она, под покровом ночи, перебежками, кинулась прочь из страшного места.
***
Пожарные прибыли, когда занялся рассвет, а дом уже догорал. Пожар перекинулся на несколько деревьев, но благо ветра не было. Зоя очнулась, когда её тронули за плечо.
- Женщина, с вами всё в порядке? Помощь нужна?
Она подняла глаза на говорившего. Парнишка-пожарный. Оглядела его и медленно перевела взгляд на курятник. Он почти догорел. И только одна доска валялась чуть в стороне.
«Выбралась. Сама», – подумала Зоя с облегчением. Она хотела ей открыть проход. Хотела. Но… не смогла ослушаться Люську. Даже теперь, когда её нет.
- Может, скорую? Что вы здесь делаете?
- Подругу оплакиваю, – произнесла Зоя, ни на секунду не покривив душой. – Подруга у меня умерла…
И она в самом деле расплакалась.
***
Новый день выдался приятно-тёплым. По просёлочной дороге шла девушка. Вся грязная, заляпанная сажей. Она шла, сама не зная, куда держит путь. Она наслаждалась свободой и только немного переживала, что снова пришлось покинуть насиженное место.
Ах, Игорь!
Девушка шла долго. Нашла ручей, как смогла, умылась и попила, и снова шла дальше. Солнце поднялось высоко, потом как-то незаметно стало садиться всё ниже и ниже…
Просёлочная дорога уперлась в асфальтированную трассу, и девушка, не думая, пошла вдоль неё. Почти сразу рядом остановилась машины.
- Девушка, с вами всё в порядке? – раздался приятный мужской голос. Бархатистый, обволакивающий. Как она любит.
Настя остановилась, равнодушно скользнула взглядом по говорившему (чертовски привлекательному мужчине!), и пожала плечами.
- Может, вас подвезти?
- Подвезите.
- А вам куда?
- Мне всё равно… Я потеряла всю семью.
- Соболезную вам, – сочувственно проговорил мужчина, помогая ей застегнуть ремень. Они тронулись в путь. – А как вас зовут?
- Настя.
- Бедная Настя, – пропел мужчина. – А я Олег. У меня, знаете ли, сегодня тоже потери крупные… Бабушки не стало, а её дом сгорел. Отец пытался потушить, на него балка упала… Его тоже теперь нет, но мы с ним особо никогда не общались. А спустя пару часов неподалёку нашли тело моего сводного брата Игоря… Вот с ним мы были хорошими друзьями с тех пор, как узнали о существовании друг друга. И всё произошло не где-то там, а здесь, недалеко, в деревне Дубровка. Слыхали о такой?
Настя в ужасе перевела взгляд на говорившего. Про сводного брата она ничего не знала. А тот вёл машину уверенно и самодовольно ухмылялся, словно точно знал, кого он везёт.
***
Машина ехала и ехала по трассе, просёлочным дорогам, увозя в неведомом направлении двух людей, о которых больше никто и никогда не слышал.
Конец. Разбор рассказа автором здесь.
Вы можете поблагодарить меня за повесть донатом (пожертвованием) на карту 5599 0020 0897 2392 (юмоней). Или через кнопку поддержать автора (ладошка с сердечком в конце каждой главы).
Возможно, вас заинтересуют другие истории. Например: