Они сидели вдвоём за кухонным столом, как тридцать лет назад.
Прошла неделя после звонка Лене. Андрей ходил на работу, возвращался домой, ужинал с матерью, смотрел телевизор. Обычная жизнь. Только телефон молчал — Лена не звонила, не писала. Словно её и не было.
Галина Петровна старалась не показывать радость. Готовила любимые блюда сына, покупала его любимое печенье, включала фильмы, которые они смотрели вместе. Но в её глазах мелькала тревога — она понимала, какой ценой достался этот выбор.
На работе Андрея спрашивали про свадьбу. Он отвечал уклончиво — отложили, переносим, обстоятельства. Коллеги понимающе кивали, больше не спрашивали.
В пятницу позвонил Павел.
— Ну как ты?
— Нормально.
— Андрюх, не ври. Встретил Лену вчера. Она сказала, что всё отменено.
— Да.
— И что дальше?
— Не знаю. Живу.
— С мамой?
— С мамой.
Павел помолчал.
— Слушай, давай выпьем сегодня? Посидим, поговорим.
— Не могу. Мама ужин готовит.
— Андрей, тебе тридцать два года!
— И что?
— И то, что ты живёшь, как пенсионер!
— Это моя жизнь, Паш.
— Твоя. Только почему-то распоряжается ею мама.
Андрей отключился. Злился не на друга — на себя. За слабость, за неспособность выбрать, за то, что выбрал неправильно.
Или правильно?
Вечером Галина Петровна предложила сходить в театр.
— Билеты есть на завтра. Пойдём?
— Мам, я не в настроении.
— Андрюша, нельзя же так. Жизнь продолжается.
Продолжается. Но какая жизнь? Та же, что была до Лены. Словно этих двух лет не было. Словно он не планировал свадьбу, не выбирал кольца, не мечтал о детях.
В субботу он всё-таки пошёл в театр. Сидел рядом с матерью, смотрел на сцену, но не видел ничего. В антракте Галина Петровна встретила знакомую.
— Галочка! Сто лет не виделись! Это твой сын? Какой взрослый! Женат?
— Холостой пока, — ответила мать.
— Ой, у меня племянница есть! Чудесная девочка! Давай познакомим?
Андрей отошёл к окну. Внизу, на площади перед театром, целовалась пара. Молодые, счастливые. Как они с Леной год назад.
После спектакля шли домой пешком. Галина Петровна что-то рассказывала про актёров, про постановку. Андрей кивал, не слушая.
— Сынок, ты меня вообще слышишь?
— Слышу, мам.
— Что я сказала?
— Про актёров.
Она остановилась.
— Андрюша, давай поговорим.
— О чём?
— О Лене.
— Зачем? Всё уже решено.
— Ничего не решено. Ты несчастлив.
— Я нормально.
— Не ври мне. И себе не ври.
Они сели на лавочку в сквере. Вечер, фонари, редкие прохожие.
— Мам, я сделал выбор.
— Неправильный выбор.
Андрей удивлённо посмотрел на мать.
— Ты же хотела, чтобы я остался.
— Хотела. Но не так. Не через твоё несчастье.
— Я не несчастлив.
— Андрюша, я же вижу. Ты ходишь, как призрак. Не ешь, не спишь. Это не жизнь.
— А что ты предлагаешь?
— Позвони ей. Извинись. Попроси вернуться.
— Она не вернётся.
— Откуда знаешь?
— Знаю Лену. Она не прощает предательства.
— А может, любит? И простит?
Андрей покачал головой. Лена гордая. Принципиальная. Такие не возвращаются.
Дома Галина Петровна заварила чай, достала печенье.
— Знаешь, я думала эти дни. Может, я действительно старомодная? Цепляюсь за прошлое?
— Мам, не начинай.
— Нет, послушай. Вот Вера Ивановна живёт с дочерью. Но они же не счастливы! Ругаются постоянно, зять пьёт, внуки неуправляемые.
— И что?
— А то, что жить вместе — не всегда хорошо. Иногда лучше отдельно, но в любви.
— Поздно об этом думать.
— Почему поздно? Тебе тридцать два, не восемьдесят два.
Андрей допил чай, пошёл к себе. Лёг на кровать, достал телефон. Фотографии с Леной — сотни. На море, в горах, дома. Счастливые, влюблённые.
Удалить? Оставить?
Оставил.
В понедельник на работе его вызвал начальник.
— Андрей Михайлович, есть предложение. Командировка в филиал. На полгода.
— Куда?
— Екатеринбург. Повышение, прибавка к зарплате, оплачивают жильё.
— Я подумаю.
— Думайте. До пятницы нужен ответ.
Вечером рассказал матери. Она выслушала, кивнула.
— Поезжай.
— Мам, это полгода.
— И что? Я не маленькая.
— Ты будешь одна.
— Андрюша, я всю жизнь одна. С тех пор, как отец ушёл.
— Но я же был рядом.
— Был. И я благодарна. Но нельзя всю жизнь жить для матери.
— А для кого?
— Для себя. Для любимой женщины. Для детей, которых у тебя пока нет.
Андрей смотрел на мать. Седые волосы, морщинки у глаз, усталые руки. Всю жизнь для него. А он?
— Мам, я не могу тебя бросить.
— Ты не бросаешь. Ты живёшь свою жизнь.
— А ты?
— А я буду жить свою. Может, запишусь на танцы. Или на английский. Всегда мечтала.
— Правда?
— Правда. Просто некогда было. Сын, работа, дом.
Ночью Андрей не спал. Думал. Екатеринбург — далеко. Новый город, новые люди. Возможность начать заново.
Или сбежать?
Утром встретил во дворе соседку с собакой. Молодая женщина, недавно переехала.
— Добрый день!
— Здравствуйте!
— Вы Андрей? Галина Петровна про вас рассказывала.
— Да, я.
— Она замечательная! Помогла мне с документами для ЖКХ. Я бы без неё не разобралась.
— Она такая. Всем помогает.
— Повезло вам с мамой!
Повезло. Или наоборот?
В среду Андрей дал ответ начальнику — согласен на командировку. Тот обрадовался, начал рассказывать про условия, про задачи. Андрей слушал вполуха.
Вечером собирал чемодан. Галина Петровна помогала — складывала рубашки, проверяла документы.
— Мам, ты точно будешь в порядке?
— Буду. Не маленькая.
— Я буду звонить каждый день.
— Не надо каждый день. Раз в неделю достаточно.
— Мам...
— Андрюша, живи. Пожалуйста. Для меня.
В пятницу утром taxi подъехало к подъезду. Андрей обнял мать.
— Береги себя.
— И ты береги.
Сел в машину, посмотрел в окно. Галина Петровна стояла в дверях, махала рукой. Маленькая, седая, одинокая.
В аэропорту ждал у выхода на посадку. Достал телефон. Набрал сообщение Лене: «Уезжаю в Екатеринбург. Надолго. Прости за всё».
Отправил. Ответа не ждал.
Но он пришёл. Через минуту.
«Удачи».
Всего одно слово. Но в нём — всё. И прощание, и прощение, и точка.
Объявили посадку. Андрей встал, взял сумку. Впереди — новый город, новая работа, новая жизнь.
Или старая, просто в другом месте?
В самолёте сидел у окна. Внизу — город, где остались мама и несостоявшаяся невеста. Две женщины, которых он любил. Одну выбрал, другую потерял.
Правильно ли?
Стюардесса предложила чай. Андрей отказался. Закрыл глаза, откинулся на спинку кресла.
Под крылом самолёта проплывали облака. Белые, чистые, невесомые. Как мечты о семье, которой не будет.
Или будет. Когда-нибудь. С кем-нибудь. Где-нибудь.
В Екатеринбурге шёл снег. Андрей вышел из аэропорта, поймал такси. Назвал адрес временной квартиры.
Город встретил холодом и безразличием. Чужие улицы, чужие дома, чужие люди.
Хорошо. Среди чужих легче забыть своих.
Дзен Премиум ❤️
Всем большое спасибо за лайки, комментарии и подписку) ❤️
Навигация по каналу Юля С.
Ещё рассказы: