Юля С.

Твоя родня перепутала мою квартиру с бесплатным гаражом, Коленька — Ты коробки на лоджию тащи, а я пакеты пока разберу! Голос свекрови звучал бодро, звонко и по-хозяйски. Даша перешагнула порог своей же квартиры, опустила тяжелую дорожную сумку на пол прихожей и замерла. Прямо по курсу, перекрывая проход в комнату, высилась гора автомобильных покрышек. Слева к обоям жался пузатый телевизор из нулевых, туго перевязанный бечёвкой. В нос ударил стойкий запах старой резины и пыли. — Нина Павловна? Громко спросила Даша, стягивая тёмно-синий пуховик...

— Полина, ну не делай из мухи слона! Подумаешь, скинуться на ремонт. Для общего же блага стараемся. Свекровь по-хозяйски отодвинула рецепты и чеки, разложенные на кухонном столе, и водрузила на освободившееся место свою объемную лаковую сумку. — Строителям нужно отдать задаток прямо сегодня, — безапелляционно заявила Тамара Ильинична. — Они уже материал завезли. Если сейчас бригаду упустим, до осени с дырявой крышей сидеть будем. Полина молча посмотрела на стопку аптечных квитанций, которые свекровь едва не смахнула на пол...

— А я тебе говорю, мясо на котлеты сам перекрутишь! Вера сидела за обеденным столом и не отрываясь смотрела на общую тетрадь в мелкую клеточку. На обложке красовался выцветший рыжий котенок, уголки картона давно замахрились и загнулись от времени. Рядом лежала банковская выписка, распечатанная пару часов назад в терминале на углу улицы. В прихожей раздался шорох, затем хлопнула входная дверь. — Верочка, я пришла! — донесся бодрый, по-хозяйски уверенный голос свекрови. Тамара Ильинична, шурша пузатыми пластиковыми пакетами, вплыла на кухню...

— А мы тут с сюрпризом! Голос Нины Павловны разнёсся по прихожей так громко, что Даша вздрогнула. Она только-только домывала посуду после ужина. Усталость тяжелым грузом висела на плечах после двенадцатичасовой смены в аптеке. Муж ушёл в ванную минут десять назад. Даша сполоснула пальцы под струей воды, обтерла ладони о фартук и выглянула в дверной проём. На пороге стояла свекровь. В цветастом платке, с ярко накрашенными губами и властным прищуром. А за её спиной переминались с ноги на ногу двое совершенно незнакомых людей...

— Оформлять будем на меня, сынок. Так оно надёжнее будет Голос Галины Юрьевны доносился с кухни чётко, без лишних помех. Вера остановилась в прихожей. Она даже не успела стянуть правый кроссовок. Напарница в аптеке попросила подмениться, смена сорвалась, и Вера вернулась в свою съёмную двушку на три часа раньше обычного. — Мам, ну как я Верке это объясню? — забубнил Пашка. В его голосе слышались те самые нотки виноватого школьника, которые всегда выводили Веру из себя. — Мы же десять лет копили. Во всём ужимались...

— Я что, к собственному сыну под дверью выпрашивать разрешение войти должна?! — Коль, а где связка от верхнего замка? Даша перевернула стопку оплаченных квитанций на полке у зеркала. Пусто. Она отодвинула рожок для обуви, заглянула в керамическую плошку для мелочи. Ничего. Только две старые батарейки и скрепка. — Там лежали, — донеслось из кухни. Шуршала вода в раковине, звякала посуда. Коля допивал свой утренний кофе перед работой. — Я вижу, что лежали. Даша скрестила руки на груди. — Вчера вечером были...

Муж разрешил брату продать дачу жены ради общего бизнеса Даша вернулась со второй смены на полтора часа раньше обычного. Тяжело опустила на пол в прихожей два пакета с продуктами. Спина привычно заныла. Она разулась, стараясь не шуметь, и тут же уловила странный запах. В квартире пахло дорогим мужским парфюмом, явно не Колиным, и жареной картошкой с луком. Из-за приоткрытой двери их спальни доносился бодрый баритон Жоры, старшего брата мужа. — Да говорю тебе, Михалыч, тема верняк! — вещал деверь кому-то по телефону...

— Я смотрю, грузчики нынче дорогие, раз ты сам мой телевизор тащишь? Вера остановилась у распахнутой калитки. Пакеты с землей для рассады, которые она несла от автобусной остановки, тяжело оттягивали руки, но она даже не подумала их поставить. Слишком неожиданной оказалась картина. На верхней ступеньке дачной веранды, раскорячившись и тяжело дыша, стоял её бывший муж. Огромная плазменная панель нелепо торчала из рук Вадика, закрывая ему половину обзора. У самого крыльца сиротливо валялся сорванный навесной замок с вывороченной проушиной...

— Куртку-то не помни, она бешеных денег стоит! Лариса Викторовна решительно отодвинула коробку с посудой и потянулась к вешалке. Её взгляд сканировал полупустую прихожую с такой цепкостью, словно она проводила инвентаризацию перед описью имущества. Полина, стоявшая на коленях перед раскрытой спортивной сумкой, даже не обернулась. Она методично укладывала зимние свитеры, стараясь дышать ровно. Последние три года она тянула на себе два салона красоты. Спала по пять часов, моталась по поставщикам, ругалась с арендодателями, выбивала скидки на расходники...

— Я никуда с тобой не поеду. Лиза вцепилась в рукав куртки Степана, стараясь спрятаться за его спиной. Голос её всё равно предательски дрогнул. Нина стояла на крыльце полицейского участка, нервно поправляя шёлковый платок на шее. Мимо проходили люди, но женщину это совершенно не смущало. Она привыкла, что её правила — закон. А любое неповиновение должно караться немедленно. — Ты что удумала? Нина сделала шаг вниз по ступенькам. — Позорить нас с отцом? Заявления какие-то пишешь, что добровольно ушла! Быстро в машину, я сказала...

Из кухни доносился раскатистый мужской смех, шипение масла на сковороде и звон чужой посуды. Лариса замерла с дорожной сумкой посреди собственной прихожей. — Денис, ну куда ты столько льешь? — весело возмущался незнакомый женский голос. — Нам еще залог отдавать, если что испортим! Вон пятно на обоях уже посадил. — Да ладно тебе, Рит, — отозвался бас. — Хозяйка бабка нормальная, дочь ее сказала, она вообще в деревне глухой живет, ей эти обои до лампочки. Лариса медленно стянула туфли у порога. Путевка в санаторий заканчивалась только через пять дней...

Голоса раздались прямо в коридоре. Я стояла на табурете, закидывая зимние вещи на верхнюю полку шкафа, когда входная дверь с шумом распахнулась. Никакого звонка. Просто уверенный толчок, топот нескольких пар ног и громкий, хозяйский голос. — Проходи, Вадик, не стесняйся. Это и твой дом тоже. Мы тут не в гостях. Я чуть не выронила вакуумный пакет с пуховиками. Спрыгнув на пол, шагнула в прихожую. Тамара уверенно стягивала с плеч плащ. Её шёлковый платок с крупными розами был повязан идеальным узлом, губы плотно сжаты, а подбородок вздёрнут так, будто она пришла принимать военный парад...