При упоминании индекса "СУ-152" в памяти ценителей военной истории немедленно возникает образ легендарного "Зверобоя" времен Великой Отечественной войны — тяжелой самоходной установки на базе танка КВ-1С, одним своим появлением наводившей ужас на вражеские экипажи. Однако существует и другая машина с этим названием, не успевшая обрести громкую славу, но ставшая важной вехой в развитии советской артиллерии. Речь идет о послевоенной опытной самоходной гаубице СУ-152Г, также известной под заводским обозначением "Объект 108". Это была совершенно новая и по концепции, и технологическому уровню боевая машина, воплотившая в себе передовые идеи конструкторской школы послевоенного периода. Проект СУ-152Г стал ярким представителем короткой, но насыщенной эпохи расцвета ствольной артиллерии в СССР, периода между окончанием Второй мировой войны и началом "ракетной эры". Эта самоходка успешно прошла все испытания, была рекомендована к принятию на вооружение, но в итоге стала жертвой не технических недостатков, а кардинальной смены военно-политического курса руководства страны, оставшись в истории лишь в виде единственного опытного образца.
История создания
История "Объекта 108" началась в конце 40-х годов ХХ века, когда Советская Армия приступила к масштабному перевооружению и анализу боевого опыта. Стало очевидно, что самоходные установки военного времени, созданные в спешке на базе существующих танков, нуждаются в замене на новое поколение техники, спроектированной с нуля под конкретные задачи. Официальный старт работам был дан Постановлением Совета Министров СССР № 2252-935 от 22 июня 1948 года, согласно которому предусматривалось создание целого семейства новых самоходных артиллерийских установок. Работы по новой машине поручили прославленному конструкторскому бюро ОКБ-3 Уральского завода тяжелого машиностроения (УЗТМ) в Свердловске, которое возглавлял талантливый инженер Лев Израилевич Горлицкий. Ключевой идеей проекта была унификация: создание единого шасси, на котором можно было бы монтировать различные артиллерийские системы. Так, параллельно со 152-мм гаубицей СУ-152Г ("Объект 108") велась работа над 100-мм противотанковой САУ СУ-100П ("Объект 105"). Такой подход, при предварительных расчетах, сулил огромные выгоды в производстве, обслуживании и обучении экипажей.
Опытный образец СУ-152Г был готов к весне 1949 года и уже со 2 по 17 июня того же года приступил к заводским испытаниям. САУ подвергли серьезной проверке — она прошла почти 900 километров по полигону и произвела почти полторы сотни выстрелов. Испытания подтвердили верность заложенных в машину решений — прочность машины, скорострельность и характеристики САУ признали удовлетворительными. Однако, как это часто бывает с передовой техникой, выявились и "детские болезни". Много нареканий вызвала новая для танкостроения гусеничная цепь с резино-металлическими шарнирами, а также сами траки, которые оказались недостаточно надежными. После устранения первоочередных замечаний, в 1950 году СУ-152Г была вновь направлена на государственные испытания. Она проходила их уже не одна, а вместе с унифицированной СУ-100П и еще одной опытной машиной — СУ-152П ("Объект 116"). В ходе этих испытаний, были выявлены общие конструктивные недостатки базового шасси СУ-100П. Процесс доводки и совершенствования унифицированного шасси затянулся на несколько лет и продолжался вплоть до июня 1955 года.
В конечном итоге, после устранения всех недостатков, СУ-152Г вместе с СУ-100П успешно прошла государственные испытания. В 1955 году обе машины были официально приняты на вооружение Советской Армии, что стало высшим признанием их технических достоинств. Казалось, проекту дан зеленый свет, но именно в этот момент в его судьбу вмешалась большая политика. Никита Сергеевич Хрущёв, увлеченный перспективами ракетного оружия, принял решение о сворачивании большинства программ по разработке и производству классической ствольной артиллерии, включая и указанные выше проекты — это решение поставило крест на серийном производстве СУ-152Г. Проект, прошедший весь сложный путь от чертежной доски до приказа о принятии на вооружение, был остановлен в шаге от конвейера. В результате был построен лишь один прототип этой уникальной машины.
Описание конструкции
Конструктивно СУ-152Г представляла собой самоходную артиллерийскую установку с открытым расположением орудия на легкобронированном, но высокомобильном гусеничном шасси. Эта концепция была сознательным отходом от тяжелобронированных штурмовых орудий времен войны. Приоритет отдавался не защищенности в прямом огневом контакте с противником, а тактической гибкости, скорости и способности быстро развертываться для оказания огневой поддержки с закрытых позиций. При боевой массе в 23,8 тонны машина имела длину корпуса около 6,5 м, ширину 3,1 м и высоту чуть менее 2,3 м, что делало ее достаточно компактной для своего калибра.
Бронированный корпус
Корпус СУ-152Г сваривался из катаных стальных броневых листов, уровень бронирования машины изначально проектировался как противопульный и противоосколочный, что полностью соответствовало тактической роли машины. Лобовая часть корпуса, имевшая клиновидный профиль для повышения снарядостойкости, была защищена наиболее мощными бронелистами толщиной до 25 мм. Бронирование других участков корпуса варьировалось от 18 мм на ответственных участках до 8-10 мм на менее важных. Такая защита гарантированно спасала экипаж и внутренние компоненты машины от огня стрелкового оружия и осколков снарядов, но не была рассчитана на противостояние противотанковым средствам.
Компоновка корпуса была “модернистской” — моторно-трансмиссионное отделение располагалось в передней части корпуса справа. Слева от него находилось отделение управления с рабочим местом механика-водителя. Такое решение позволило освободить всю центральную и кормовую части шасси под просторное боевое отделение. Именно эта компоновка стала ключом к размещению мощной артиллерийской системы с большими углами наведения. Боевое отделение было открытым сверху, что обеспечивало экипажу из пяти человек прекрасный обзор и удобство работы, но делало его уязвимым для атак с воздуха. Для частичной защиты с боков и сзади предусматривались откидные броневые щитки. Боекомплект размещался вдоль задней стенки боевого отделения.
Вся конструкция машины демонстрирует целостный подход, где каждый элемент подчинен общей цели. Желание получить мощное орудие с широким сектором обстрела логично привело к выбору открытой тумбовой установки. Такая компоновка, в свою очередь, делала тяжелое бронирование не нужным, так как экипаж все равно оставался уязвимым. Отказ от толстой брони позволил сэкономить вес, который был использован для размещения мощного двигателя и обновленной ходовой части, что в итоге и обеспечило машине прекрасную мобильность. Таким образом, огневая мощь диктовала компоновку, компоновка определила уровень защиты, а уровень защиты позволил достичь высокой подвижности.
Вооружение
Сердцем СУ-152Г была 152-мм гаубица Д-50 (также встречается обозначение Д-50/Д-1), разработанная в КБ "Уралмаша". Это орудие являлось глубокой модернизацией прекрасно зарекомендовавшей себя в годы войны буксируемой гаубицы Д-1 образца 1943 года. Занятно, что баллистика и используемые боеприпасы у самоходного и буксируемого вариантов были идентичны, что значительно упрощало снабжение и подготовку артиллеристов. Орудие имело ствол длиной 28 калибров, а для снижения силы отката оснащенный эффективным двухкамерным дульным тормозом. Для запирания канала ствола служил вертикальный клиновый полуавтоматический затвор с плавающим выбрасывателем, что способствовало увеличению темпа стрельбы. Заряжание было раздельно-гильзовым, а для облегчения работы заряжающих на серийных машинах планировалась установка механического досылателя, однако опытный образец его не имел.
Орудие устанавливалось на поворотной тумбовой установке в центре боевого отделения. Такое решение обеспечило САУ выдающиеся секторы обстрела. В вертикальной плоскости гаубица наводилась в диапазоне от -5 до +40 °, что позволяло вести огонь как прямой наводкой, так и по навесной траектории. В горизонтальной плоскости сектор наведения составлял внушительные 143° (по 71,5° вправо и влево от продольной оси машины). Это давало возможность вести огонь по широкому фронту без необходимости разворота всего корпуса, что является критически важным тактическим преимуществом. Практическая скорострельность достигала 3-4 выстрелов в минуту. Данные о возимом боекомплекте в источниках разнятся: наиболее часто упоминается цифра в 42 выстрела раздельного заряжания, однако в некоторых документах фигурирует число 23. И учитывая мнение большинства источников, мы также будем “плясать” от цифры 42 снаряда в боекомплекте.
Для ведения огня из основного орудия рабочее место наводчика было оборудовано оптическими прицелами ОП1-7 и ЗИС-3, которые позволяли эффективно решать задачи как при стрельбе с закрытых позиций, так и прямой наводкой. Никакого вспомогательного вооружения на машину не устанавливалось, так как по техническому заданию, СУ-152Г не предусматривалась как “машина первой линии” — ей полагалось двигаться позади атакующих порядков или вести огонь по цели с закрытых позиций.
Двигатель, трансмиссия и ходовая часть
Высокие динамические характеристики СУ-152Г обеспечивал двенадцатицилиндровый V-образный четырехтактный дизельный двигатель В-54-105 жидкостного охлаждения. Этот силовой агрегат развивал мощность 400 лошадиных сил (что эквивалентно 294 кВт) при 2000 об/мин. Для машины массой 23.8 тонны это давало превосходную удельную мощность, что и являлось залогом ее мобильности. Двигатель позволял самоходке развивать по шоссе максимальную скорость до 65 км/ч, а запас топлива в 407 литров обеспечивал запас хода в 290 км. Но был и еще один нюанс — двигатель В-54-105, хоть и был создан на базе серийного двигателя В-54 (от среднего танка Т-54), имел следующие отличия: в насосе НК-10 отсутствовал пружинный корректор, была изменена конструкция выпускных патрубков, впускного коллектора, привода вентилятора и крышки водяного насоса, масляный фильтр "Кимаф-СТЗ" устанавливался на отдельном кронштейне, дополнительно размещался генератор Г-74 мощностью 3 кВт — благодаря всему этому, моторесурс был увеличен, а также конструкция радиаторной решётки были изменена для повышения эффективности охлаждения.
Машина базировалась на оригинальном шасси ГМ-100, разработанном для САУ СУ-100П. Ходовая часть включала индивидуальную торсионную подвеску, которая для повышения плавности хода на высоких скоростях была дополнена гидравлическими амортизаторами телескопического типа на передних и задних узлах подвески. Применительно к одному борту ходовая часть состояла из двенадцати обрезиненных опорных катков и шести обрезиненных поддерживающих роликов. Гусеничная цепь была мелкозвенчатой, с экспериментальными резино-металлическими шарнирами, которые доставили много хлопот на ранних этапах испытаний. Машина обладала хорошей проходимостью, будучи способной преодолевать подъемы крутизной до 30° и броды глубиной до 1 метра.
Электрооборудование
Подробная техническая документация по электрооборудованию "Объекта 108" не сохранилась в открытых источниках. Однако, учитывая высокую степень унификации с САУ СУ-100П и общие принципы конструирования советской бронетехники тех лет, можно с уверенностью предположить, что на машине была установлена стандартная однопроводная бортовая сеть постоянного тока напряжением 24 В. Источниками энергии служили генератор, приводимый в действие основным двигателем, и аккумуляторные батареи. Эта система обеспечивала работу стартера двигателя, радиостанции, приборов внутреннего и внешнего освещения, а также электроприводов механизмов наведения, если таковые предусматривались конструкцией.
Внешняя радиосвязь поддерживалась радиостанцией 10-РТ. Переговоры между членами экипажа осуществлялись через аппаратуру внутренней связи ТПУ-47-3 на три абонента — конструкторы считали правильным решение, где связью обеспечивались механик-водитель, командир машины и наводчик — обоим заряжающим команды отдавали командир или наводчик, находившиеся по обе стороны от орудия.
Заключение
Самоходная гаубица СУ-152Г "Объект 108" по праву может считаться одной из самых совершенных и перспективных разработок в своем классе на рубеже 1940-х и 1950-х годов. Советским конструкторам удалось создать технически сбалансированную машину, в которой гармонично сочетались мощнейшее 152-мм орудие, превосходная для своего времени мобильность и продуманная компоновка. Она успешно прошла весь цикл сложнейших испытаний и была рекомендована к серийному производству, что является лучшим подтверждением ее конструктивного совершенства. Если бы история пошла иным путем, и СУ-152Г поступила в войска, Советская Армия получила бы в свое распоряжение мобильное артиллерийское средство, значительно превосходящее аналоги времен войны и во многом предвосхитившее облик самоходных гаубиц следующего поколения, таких как знаменитая 2С3 "Акация".
Однако "Объект 108" стал ярким примером того, как технологический прорыв и инженерный успех могут быть перечеркнуты одним политическим решением. Машина родилась в неподходящее время — на заре ракетной эры, когда вера в традиционную артиллерию на высшем государственном уровне подорвали. В окончании, наследие СУ-152Г — это история о нереализованном потенциале. Она осталась в истории не как грозное оружие, а как памятник инженерной мысли и свидетельство того, что судьба даже самой совершенной боевой машины зависит не только от ее тактико-технических характеристик, но и от господствующей военной доктрины и политической воли. Это история о вершине конструкторской мысли, путь которой был внезапно прерван на самом взлете.
С вами был Историк-любитель, подписывайтесь на канал, ставьте «лайки» публикациям, впереди ещё много интересного!
Подписывайтесь также на Телеграм-канал - в нём можно узнавать о выходе новых публикаций.