После окончания Великой Отечественной войны, вооруженные силы СССР стали непревзойденной силой в сухопутных операциях на континенте, но вынуждены были столкнуться с новым стратегическим вызовом — Холодная война, что развязалась уже в июне 1945 года, вынуждала реорганизовать как сами Вооруженные силы, так и полностью заменить вооружение всей армии. В ходе решения этих задач, на помощь советским конструкторам пришел весь накопленный военный опыт, включавший в себя, в том числе и форсирование многочисленных европейских рек. Именно этот опыт показал критическую нехватку специализированных плавающих бронированных машин, способных с ходу преодолевать водные преграды и захватывать плацдармы. Для решения этой задачи были инициированы несколько конкурирующих проектов, среди которых особое место занимал опытный легкий танк К-90. С него началась история нового плавающего танка СССР.
История создания
Нужно сказать, что разработка боевых машин-амфибий в СССР началась не впервые — незадолго до той войны, в серию пошли плавающие танки Т-37/38, разрабатывался также бронеавтомобиль-амфибия, а в недрах конструкторских бюро, на записках можно найти упоминания об очень грубых, эскизных работах по плавающим танкам. Но в годы войны о подобных разработках думать не давали — вся советская “оборонка” работала над выпуском серийных танков, которые так были нужны для скорейшей Победы. Но и забыть об этих проектах не давали — уже к концу 40-х, когда потребовалось перевооружение армии, о них вспомнили. Разработать новый проект, впоследствии получивший индекс К-90, поручили Особому конструкторскому бюро (ОКБ) Инженерного комитета Сухопутных войск, под руководством главного конструктора А.Ф. Кравцева, под началом которого сформировалась основная концепция будущей машины. Ключевой особенностью проекта стал прагматичный, инженерный подход к производству, а также наработки по предыдущим машинам, сохранившиеся в архивах ГАУ/ГБТУ ВС СССР. Вместо создания всех узлов с нуля, конструкторы приняли решение широко использовать освоенные промышленностью и проверенные в эксплуатации агрегаты от серийной техники. Основными донорами компонентов стали грузовой автомобиль ЯАЗ-200 и гусеничный артиллерийский тягач М-2, что сулило значительное удешевление и упрощение будущего серийного производства.
Такой подход во многом был продиктован спецификой самого разработчика — проект разрабатывал не один из гигантов советского танкостроения, как это было принято ранее, а инженерное ведомство, для которого вопросы стандартизации и экономической эффективности часто стояли на первом месте. При этом, параллельно с К-90, разработка конкурирующей машины велась в рамках другого, более специализированного подхода. Изначально, еще в 1946 году, задача была поручена заводу № 112 (он же «Красное Сормово»), однако их опытный образец 1948 года не выдержал испытаний. После этой неудачи, 15 августа 1949 года работы по созданию будущего ПТ-76 (проект «Объект 740») были переданы во Всесоюзный научно-исследовательский институт транспортного машиностроения (ВНИИ-100). Таким образом, соревнование шло между двумя разными школами: инженерно-унификаторской (К-90) и специализированной танкостроительной («Объект 740»).
Производство двух опытных образцов танка К-90 в 1950 году также было поручено не профильному танковому заводу, а Военному ремонтному заводу №2 Главного бронетанкового управления (ВРЗ №2 ГБТУ). Этот факт дополнительно подчеркивает экспериментальный статус проекта. К лету 1950 года обе конкурирующие машины были готовы к решающему этапу — сравнительным полигонным испытаниям, которые должны были определить, какой из подходов окажется более жизнеспособным и какая машина поступит на вооружение Советской Армии. Испытания вскрыли ряд критических недостатков конструкции К-90, которые и привели к отрицательному заключению комиссии. Во-первых, были отмечены низкие водоходные качества машины. Переднее расположение тяжелого моторно-трансмиссионного отделения, вероятно, приводило к ненужному дифференту на плаву, что снижало устойчивость и скорость. Танк развивал на воде скорость до 9,6 км/ч, уступая «Объекту 740», который благодаря более совершенной гидродинамике корпуса и водометному движителю показывал скорость свыше 10 км/ч.
Во-вторых, подтвердились опасения относительно надежности трансмиссии. Сложная и перегруженная система, собранная из автомобильных компонентов, не выдерживала специфических нагрузок, возникающих при движении тяжелой гусеничной машины по пересеченной местности и на плаву. Постоянные поломки стали главным свидетельством системного просчета в самой философии проектирования. Наконец, комиссия указала на недостаточную защищенность водоходного движителя. Несмотря на оригинальную конструкцию рулей-крышек, открытые гребные винты были признаны более уязвимыми к повреждениям от подводных препятствий или при выходе на берег по сравнению с полностью скрытым в корпусе водометом «Объекта 740». По совокупности этих недостатков танк К-90 был признан уступающим своему конкуренту, и его дальнейшая разработка была прекращена.
Таким образом, история К-90 — это не рассказ об изолированном проекте, а драма “социалистического” соревнования, которое должно было определить облик советских амфибийных сил на десятилетия вперед. Несмотря на ряд оригинальных и перспективных решений, судьба К-90 была предрешена в ходе прямых сравнительных испытаний. Эта статья, основанная исключительно на документальных фактах, подробно рассматривает историю создания, конструктивные особенности и причины неудачи танка К-90 — проекта, чье поражение стало неотъемлемой частью триумфа одного из самых известных плавающих танков в мире, ПТ-76.
Судьба двух построенных прототипов К-90 сложилась по-разному. Один из них, прошедший модернизацию ходовой части и башни по результатам испытаний, был передан в Военно-исторический музей бронетанкового вооружения и техники в Кубинке, где и находится по сей день, служа уникальным памятником инженерной мысли. Шасси второго прототипа "пристроили" в Центральном научно-исследовательском испытательном институте инженерных войск имени Д.М. Карбышева, где оно использовалось в качестве базы для отработки газодинамической установки инженерного минного тральщика. Проекты развития на базе К-90, такие как бронетранспортер К-78, так и остались на чертежах. Таким образом, танк К-90 вошел в историю не как победитель, а как важный участник гонки, чье поражение было необходимой жертвой, принесенной для рождения легенды.
Описание конструкции
Наиболее примечательной чертой танка К-90 стала его оригинальная и нетрадиционная для советского танкостроения компоновочная схема. Силовая установка и трансмиссия были размещены в передней части корпуса, а боевое отделение со смещением к корме. Агрегаты трансмиссии располагались последовательно вдоль продольной оси машины. По замыслу конструкторов, такое решение давало важное тактическое преимущество: при прямом положении башни ствол 76-мм орудия не выходил за габариты корпуса, что улучшало маневренность в лесистой местности или городских условиях и снижало риск повреждения пушки. Однако эта же компоновка создавала потенциальные проблемы с распределением веса и дифферентом на плаву, что впоследствии сыграло свою роль в оценке его амфибийных качеств.
Бронированный корпус
Корпус танка К-90 сваривались из катаных стальных броневых листов и обеспечивали исключительно противопульную и противоосколочную защиту, что соответствовало требованиям к легкой разведывательной машине. Боевая масса танка составляла 10,5 тонны, что позволило не тратить большое количество времени на проектирование водоизмещающего корпуса. Бронирование было дифференцированным и спроектированным с широким применением рациональных углов наклона для повышения снарядостойкости. Верхняя лобовая деталь корпуса имела толщину всего 6 мм, но была расположена под углом 78 градусов к вертикали. Основная средняя лобовая плита имела толщину 15 мм при углах наклона от 35 до 40 градусов, а нижняя — 15 мм под углом 55 градусов. Борта корпуса защищались броней толщиной от 8 до 10 мм, а корма, крыша и днище имели толщину 6 мм.
Литая башня обтекаемой формы также имела рациональные углы наклона. Ее лобовая часть защищалась 15-мм броней под углом 45 градусов, борта и корма — 12-мм броней, а крыша — 6-мм листом. Экипаж танка состоял из трех человек — механик-водитель размещался в отделении управления в левой носовой части корпуса, командир машины, выполнявший также функции наводчика, и заряжающий находились в башне: командир слева от орудия, заряжающий — справа. Для удобства их работы пол боевого отделения был закреплен на погоне башни и вращался вместе с ней, что считалось довольно прогрессивным решением для того времени.
Вооружение
Основным вооружением танка являлась 76,2-мм нарезная пушка ЛБ-76Т с длиной ствола 46,1 калибра. Это орудие было достаточно мощным для борьбы с легкой бронетехникой, полевыми укреплениями и пехотой противника, что полностью соответствовало задачам разведывательной машины. Боекомплект пушки состоял из 40 выстрелов. Орудие позволяло вести огонь в диапазоне углов вертикальной наводки от - 5 до +30 градусов, а башня обеспечивала круговой обстрел по горизонтали.
В качестве вспомогательного вооружения использовался 7,62-мм пулемет СГ-43 с боекомплектом в 1000 патронов. В источниках есть некоторые расхождения относительно его установки — некоторые из них указывают на спаренную с пушкой компоновку, другие говорят о размещении в отдельной амбразуре справа от орудия. Для наведения вооружения на цель командир-наводчик использовал телескопический шарнирный прицел ТШК-9.
Двигатель, трансмиссия и ходовая часть
Сердцем машины служил четырехцилиндровый двухтактный дизельный двигатель ЯАЗ-204 производства Ярославского автомобильного завода. Этот силовой агрегат развивал мощность 140 л.с. при 2000 об/мин, что при боевой массе танка в 10,5 тонн обеспечивало удельную мощность около 13,3 лошадиных сил на тонну веса — вполне адекватный показатель для техники того периода. Однако если двигатель был относительно надежным, то трансмиссия стала ахиллесовой пятой всей конструкции. Она представляла собой сложную последовательную цепь агрегатов, многие из которых были заимствованы у автомобильной техники и плохо приспособлены к нагрузкам гусеничной амфибии.
Крутящий момент от двигателя передавался через однодисковый главный фрикцион сухого трения на двухвальную коробку передач автомобильного типа, имевшую пять скоростей вперед и одну назад. Далее в конструкции стояли раздаточная коробка, механизм главной передачи в виде конического редуктора, многодисковые бортовые фрикционы (механизм поворота), ленточные тормоза и простые бортовые редукторы. Все эти узлы соединялись между собой карданными валами, что создавало множество точек потенциального отказа. Именно эта избыточная сложность и использование неспециализированных компонентов предопределили низкую надежность трансмиссии, выявленную на испытаниях.
Ходовая часть имела индивидуальную торсионную подвеску. Применительно к одному борту она состояла из пяти односкатных штампованных опорных катков с наружной амортизацией, ведущего колеса кормового расположения и направляющего колеса спереди. В изначальном проекте вместо традиционных поддерживающих катков использовались так называемые направляющие полозки. Однако испытания показали неэффективность такого решения, и в ходе модернизации их заменили на три стандартных цельнометаллических поддерживающих катка на борт.
Движение на плаву обеспечивалось двумя гребными винтами диаметром 600 мм, расположенными в специальных туннелях в кормовой части днища. Привод к ним осуществлялся от раздаточной коробки через отдельные коробки реверса, что позволяло танку маневрировать за счет изменения тяги винтов. Управление на воде также осуществлялось парой водоходных рулей, установленных за винтами. Конструкторы применили остроумное решение: на суше створки рулей складывались, образуя защитные крышки для ниш гребных винтов, что было инновационной, но, возможно, излишне усложненной деталью.
Приборы наблюдения и связи
Для ориентации на местности и ведения боя экипаж был оснащен набором оптических приборов. Механик-водитель вел наблюдение через два призменных смотровых прибора, установленных в крыше корпуса перед его люком. В распоряжении командира была командирская башенка со смотровыми блоками по периметру, а также отдельный прибор наблюдения МК-4 в крыше башни.
Для поддержания связи с другими подразделениями и внутри машины танк оснащался стандартным для того времени комплектом оборудования. Внешняя связь обеспечивалась радиостанцией 10РТ-26. Для коммуникации между членами экипажа использовалось танковое переговорное устройство ТПУ-47 на трех абонентов.
Электрооборудование
Электрическая система танка была выполнена по стандартной однопроводной схеме с напряжением бортовой сети 24 В. Источниками энергии служили генератор ГСК-1500 мощностью 1,5 кВт и две аккумуляторные батареи марки 6СТЭ-140. Эта система обеспечивала работу радиостанции, переговорного устройства, приборов внутреннего освещения и наружной световой сигнализации.
Заключение
Опытный легкий плавающий танк К-90 представляет собой отличный пример амбициозного, но в конечном счете неудачного инженерного проекта. В его конструкции были заложены интересные и передовые идеи, такие как компоновка с невыступающим стволом орудия или многофункциональные рули-заслонки. Однако эти инновации не смогли компенсировать фундаментальные недостатки, коренившиеся в самой концепции машины: избыточно сложная и ненадежная трансмиссия, основанная на неспециализированных агрегатах, и неоптимальная для амфибии компоновка.
Тем не менее, величайший вклад К-90 в историю советского танкостроения заключается именно в его неудаче. Проведенные сравнительные испытания наглядно и безапелляционно продемонстрировали превосходство концепции «Объекта 740» с его кормовым расположением двигателя, гидродинамически совершенным корпусом и инновационным водометным движителем. Это позволило военному руководству с полной уверенностью сделать выбор в пользу будущего ПТ-76 и запустить его в массовое производство, избежав дорогостоящей ошибки.
С вами был Историк-любитель, подписывайтесь на канал, ставьте «лайки» публикациям, впереди ещё много интересного!
Подписывайтесь также на Телеграм-канал - в нём можно узнавать о выходе новых публикаций.