Жизнь у Ивана Петровича завертелась. Миша на тракторе почистил к нему дорогу и немного участок от снега и бурьяна. Притащили к нему вагончик, протянули к нему свет. Вся деревня с интересом наблюдала за происходящим, кто-то давал советы, а кто-то предлагал помощь.
— Так-то разобрать сгнившее и убрать мусор можно и зимой, — кивнул Захар, рассматривая новое жилище Ивана.
— Я тоже так считаю. Только в одиночку тяжеловато будет, а работников из города сюда тащить не хочется.
— Они же у тебя не бесплатно работать будут?
— Нет, конечно, деньги платить буду, - кивнул Иван.
— У меня работник есть — Леня. Сейчас мне особо его помощь не требуется, сам справляюсь, да Василиска иногда подсобить может, да и с деньгами у меня туго. Мужик он ещё молодой, не хилый, работы не боится. Ты с ним поговори, думаю, он не откажется, — предложил Захар.
— О, благодарю за рекомендацию, вдвоём-то ловчее будет, — обрадовался Иван Петрович.
— У бабы Нади ещё спроси. Она всех местных, да и не местных жителей знает, может, ещё найдёшь работника.
— Главное, на пьющего не нарваться.
— Не нарвёшься, нет у нас таких, а то ты не помнишь, - улыбнулся Захар.
— Так они мне не попадались, может, живут где себе тихонечко.
— Нет, нету у нас, я тебе точно говорю, — помотал головой Захар.
— Ладно, верю, — улыбнулся Иван. — Значит, так: завтра же поговорю с Леней. А потом к бабе Наде за советом.
Копирование и перепечатка произведений с канала запрещена автором Евгенией Потаповой и законом об авторском праве.
На следующий день Иван отправился на поиски Лени. Оказалось, что молодой мужчина жил с женой и маленьким сыном в аккуратном домике недалеко от Захара. Леня, коренастый, с умными и добрыми глазами, выслушал предложение и с готовностью согласился, предварительно посоветовавшись с супругой.
— Работать — так работать, — уверенно сказал он, пожимая Ивану руку. — Сидеть зимой без дела — не моё правило. Семью кормить надо. Когда начинать?
— Да хоть сегодня после обеда, — обрадовался Иван. — Будем разбирать завалы внутри.
Затем Иван зашёл к бабе Наде. Она, выслушав его, прищурилась.
— Как начнёшь работать, так сразу найдутся желающие тебе подсобить.
— Правда? — удивился Иван Петрович.
— Так зимой особо развлечений нет, а тут ты со своим домом. Пенсионерам всё равно делать нечего, - подмигнула она.
— Пенсионерам?
— Ты не смотри, что там деды. У них силы ещё полно. У нас место такое.
— Интересно.
— Интересно? — переспросила баба Надя, и в её глазах заплясали весёлые искорки. — Вот увидишь. Стоит только начать — сами придут. У нас тут народ любопытный да работящий. Сидеть по домам — не в характере.
Она оказалась права. Уже после обеда, когда Иван и Леня только стали собирать первый мусор в мешки, к калитке подошёл невысокий, жилистый дед в стёганой куртке и ушанке.
— Здорово, — козырнул он. — Слышал, тут работу дают? Я хоть и на пенсии, а топор в руках держать не разучился. Семёнычем звать.
Иван, немного опешив, кивнул:
— Работы много, Семёныч, — улыбнулся он. — Милости просим. Только платить много не обещаю.
— Мне не за деньги, — махнул рукой дед. — Скучно одному-то. За компанию. Да и посмотреть, что да как у тебя тут.
Вскоре подошёл ещё один — Николай, бывший военный, молчаливый и крепкий, как дуб. Он лишь кивнул в ответ на предложение помочь и сразу взялся за бензопилу, чтобы распилить одно из полугнилых брёвен.
К концу дня на участке Ивана кипела настоящая стройка. Пенсионеры, оказалось, обладали недюжинной силой и сноровкой. Они ловко управлялись с ломами и лопатами, разбирая завалы, их шутки и подначки наполняли морозный воздух особым, братским теплом.
Леня, работая рядом с дедами, только удивлённо покачивал головой:
— Я же говорил, у нас народ — золото. Сильнее иных молодых.
Иван смотрел на эту картину — на своих нежданных помощников, на дымок из трубы вагончика, на постепенно расчищаемый дом — и чувствовал, как на душе становится светло и спокойно. Он был не один. Он был среди своих.
Вечером, когда работа была закончена, Иван позвал всех к себе в вагончик угостить чаем с печеньем.
— Ну что, мужики, выручайте и дальше. Завтра будем крышу разбирать.
Старики переглянулись.
— Придём, — хором ответили они. — Тут дело интересное затеял. Глядишь, и мы свои старые кости разомнём с пользой.
Они разошлись по домам, а Иван остался стоять у своего будущего жилища. Из трубы соседней избы Оксаны поднимался ровный столб дыма. На мгновение ему показалось, что в окне мелькнула её фигура. Возможно, она тоже наблюдала за сегодняшней суетой. И почему-то ему очень захотелось завтра увидеть и её у своей калитки. Хотя бы для того, чтобы спросить совета.
На следующее утро Иван проснулся затемно. Мороз скрипел за стенками вагончика, а он с нетерпением ждал, когда же начнётся новый день. Первым делом растопил печку, сварил крепкий кофе. Только сделал первый глоток, как услышал снаружи скрип снега.
Выглянул в окошко — и обомлел. У его калитки стояли не только вчерашние помощники, но и ещё несколько новых лиц. Две бойкие бабушки в валенках и платках, Анфиса и Матрёна, принесли с собой целую кастрюлю домашних пирожков.
— Что встал, хозяин? — крикнула Анфиса. — Народ кормить надо! Работать будем — силы потребуются!
Иван поспешно открыл дверь:
— Бабушки, да вы бы предупредили... Я бы хоть стол приготовил.
— Мы сами с усами! — махнула рукой Матрёна. — Сейчас разберёмся.
Пока мужики разгружали инструменты, бабушки ловко организовали в вагончике стол, расставили еду. Вскоре аромат свежего чая и горячих пирожков разнёсся по всему участку.
Иван с удивлением наблюдал за этой организованной суетой. Он и глазом моргнуть не успел, как работа закипела с новой силой. Леня с Николаем забрались на крышу, аккуратно снимая прогнившие доски. Семёныч с ещё одним дедом, Фёдором, разбирали остатки внутренних перегородок.
Вдруг Иван заметил, что к калитке прихрамывая медленно подходит Оксана. Она остановилась поодаль, наблюдая за происходящим с привычной настороженностью.
Иван, отложив лом, направился к ней:
— Доброе утро, соседка. Не ожидал тебя здесь увидеть.
— Народу у тебя много, — заметила она, кивком указывая на работающих. — А толку? Крышу зимой разбирать — не самое умное решение. Ночью снег пойти может.
— Знаю, — вздохнул Иван. — Но и оставлять как есть нельзя — совсем рухнет. Думаю, сегодня успеем подпорки поставить и брезентом накрыть.
Оксана молча оценивающе посмотрела на крышу, потом на Ивана:
— Если так, то мои советы тут не требуются, — улыбнулась она. — Хотя сколько лет дом стоял с прохудившейся крышей, и сруб совсем не пострадал. Ладно, мешать не буду. Если чего надо будет, то заглядывай.
Она развернулась и пошла домой. Иван смотрел, как она уходит, опираясь на трость, и чувствовал, что лёд между ними начал понемногу таять. Возможно, баба Надя была права насчёт этого места — оно действительно собирало людей, возвращало их к жизни.
К вечеру, когда основные работы были закончены, а крыша надёжно укрыта брезентом, все собрались в вагончике Ивана. Бабушки разливали по кружкам горячий чай, мужики делились историями из прошлого.
Иван смотрел на эти лица, раскрасневшиеся от мороза, слушал их разговоры и смех, и впервые за долгие годы почувствовал себя по-настоящему дома. Не в доме со стенами, а там, где его ждут и принимают таким, какой он есть.
— Завтра будем фундамент под печь готовить, — объявил он, и в его голосе звучала уверенность. — Кто сможет — приходите.
— Обязательно придём! — хором откликнулись собравшиеся.
Иван улыбнулся. Его новая жизнь только начиналась, но он уже знал — здесь, в этой деревне, среди этих людей, он обрёл то, что искал всю свою жизнь. И никакие трудности его теперь не пугали.
Автор Потапова Евгения