В 1940 году Сталин приказал убить Троцкого. Эта дата имеет значение, поскольку помогает понять мотивы диктатора.
К 40-му году Сталин вполне сформировавшееся чудовище, его власть фактически самодержавна. По стране вот уже несколько лет катится большой террор, оставляя за собой широкую кровавую просеку. Нет никого, кто мог бы оспорить законность или хотя бы эффективность сталинской диктатуры. Все газеты и радио подконтрольны партии, а значит ему лично, тысячи граждан, объявленных врагами, посажены или расстреляны. Те, кто еще не попал в жернова репрессий, либо все понимают и молчат, либо наивно и самозабвенно славят "великого вождя" и "отца народов".
В 40-м году Сталин уверенно делит с Гитлером территорию Европы, половина Польши уже оккупирована советскими войсками. Все предупреждения, что Гитлеру верить нельзя, он игнорирует. Образ богоподобного вождя, знающего все лучше других, в общих чертах уже сложился.
Так чего ему опасаться какого-то изгнанника?
Зачем, когда ты уже единоличный правитель, неподконтрольный никому, заказывать убийство своего старого противника, очень немолодого человека со слабым здоровьем, живущего не просто за границей, а за океаном - в далекой Мексике? Ну пишет он там что-то в своих книжонках и местных газетенках - кому есть до этого дело?
Однако не так это виделось самому Сталину.
Газета "Правда" спустя двое суток после убийства Троцкого сообщила:
"В могилу сошёл человек, чье имя с презрением и проклятием произносят трудящиеся во всём мире, человек, который на протяжении многих лет боролся против дела рабочего класса и его авангарда — большевистской партии."
Тут ложь в каждом утверждении, что вообще характерно для газеты "Правда".
Троцкий боролся именно со Сталиным, с его режимом, его злоупотреблением властью, его паразитированием на идеях, которые сам Троцкий считал благородными и прогрессивными.
Не стану строить предположения, что окажись Лев Давыдович на месте Сталина, он, возможно, был бы ничуть не лучше, учитывая его роль в гражданской войне и "красном терроре". Речь сейчас вообще не о том, кто лучше, а кто хуже.
Важно другое: Троцкий был убит не за то, что мог стать конкурентом Сталина в борьбе за власть - он давно не составлял конкуренции, а лишь за то, что не желал молчать. За то, что бесконечно критиковал "эффективного менеджера" и предлагал альтернативную стратегию построения коммунизма.
Инакомыслие во все времена было для страны Советов смертным грехом, заслуживающим соответствующего приговора. Псевдо-коммунизм Сталина являлся по сути этакой квази-религиозной догмой, а религия, как известно, еретиков не жалует.
И потому Троцкий не просто был убит, а убит с демонстративной, ужасающей жестокостью, чтобы послать ясный сигнал: это политическая расправа, и так будет с каждым, кто посмеет говорить неудобную правду о "великом вожде".
Советский Союз, построенный - по крайней мере теоретически - на революционных идеях свободы, равенства и братства, легко жертвовал этими принципами, когда дело касалось сакральности власти или ее идеологии. Насилие как важнейший метод политической борьбы считалось совершенно законным и приемлемым, оно было социально одобряемым. Стоило объявить кого-то врагом, как отовсюду слышались призывы "раздавить гадину".
Эта привычка успешно пережила СССР и прекрасно укоренилась в современной России.
Однако разве левые силы в других странах строже придерживаются собственных демократических принципов?
10 сентября этого года в городе Орем, штат Юта, 22-летний левый радикал Тайлер Робинсон застрелил популярного американского блогера, консервативного публициста Чарли Кирка.
Я, признаться, о нем ничего не знал до тех пор, пока Чарли не убили. Так часто бывает: гибель известного человека порой превращает его в мученика за идею, в настоящую икону. Видимо, с Кирком будет так же. Уже поговаривают, что его смерть станет поворотным моментом в истории США.
Якобы сейчас президент Трамп, большой поклонник Кирка, начнет принимать некие решительные меры, идущие вразрез с демократическими принципами. Например, Трамп уже заявил, что намерен признать леворадикальное движение "Антифа", членом которой являлся Робинсон, террористической организацией. Президент назвал движение "опасной, разрушительной и радикальной левой угрозой" и потребовал провести тщательное расследование источников её финансирования.
Разумеется, американские демократы тут же объявили это посягательством на фундаментальные права и свободы. Не без оснований, конечно. Однако вот вопрос: а убийство человека, говорившего то, что не нравится левым фанатикам, это демократический акт? Он не нарушает прав тех, кто придерживается иной точки зрения? Права на жизнь, как минимум.
Я уж не говорю про свободу слова.
Может это такое же "очистительное насилие", как в случае убийства израильских детей террористами ХАМАСа? Ведь оно тоже выдается за "освободительную борьбу" против воображаемого колониализма, расизма, фашизма, капитализма... (можно подставить тут любые "измы"). Посмотрите на фото братьев Бибас, двух рыжиков, растерзанных этими "освободителями". Они правда кажутся кому-то оккупантами, колонизаторами и виновниками любых бед местных арабов?
Можно ли считать, что если на твоем знамени начертан лозунг "За все хорошее против всего плохого", то это развязывает тебе руки на любые зверства? Ты просто громко провозглашаешь: "Я хороший! У меня есть право" и с чистой совестью (или что там у тебя) идешь убивать женщин и детей. Вот так это работает?
Похоже, что многие в мире думают именно так.
Буквально накануне убийства Чарли Кирка в США было опубликовано очень любопытное исследование, проведенное организацией Foundation for Individual Rights and Expression (FIRE), согласно которому каждый третий студент в Америке считает допустимым применять насилие, чтобы сорвать неугодное им выступление на кампусе. Ведущие университеты США по праву считаются оплотом левых взглядов, и их студенты - поколением, которое станет определять будущее американской демократии.
«Больше студентов, чем когда-либо, считают насилие и хаос приемлемой альтернативой мирному протесту. Это не либеральная или консервативная проблема — это американская проблема».
(Главный исследователь FIRE Шон Стивенс)
Сегодня проблема уже вполне глобальна.
Гибель Кирка, как и расправа над Троцким, это символическая акция. В обоих случаях убит не политик, не конкурент в предвыборной гонке, а человек, распространяющий свои идеи посредством слов. Он никому ничем не угрожает, просто заставляет публику думать и подвергать сомнению те нарративы, что обрушивает на их головы однобокая пропаганда.
Если за такое можно убивать, то выходит, что свобода слова отнюдь не фундаментальная ценность для левых сил, которые мнят себя демократами и либералами.
Вернее так: свобода слова для них, безусловно, священна, но при одном условии - если сказанное укладывается в их идеологические установки. А если нет, включается "культура отмены", вплоть до отмены физической, как произошло с Кирком.
Но без подлинной свободы слова демократии не бывает. Посмотрите на Северную Корею, на Иран, на Россию. Там, где выражение собственных взглядов, простое высказывание, пост в соцсетях или в популярном блоге может стоить человеку свободы или жизни, ни о каких других свободах, ни о равенстве, ни о братстве говорить уже не приходится.
Война против свободы слова - это война против демократии как таковой. Поразительно, что развязана она теми, кто считает себя носителями демократических идей.
Ну не иронично ли?
Убийство Троцкого и убийство Кирка продиктованы идеологической нетерпимостью, оправдывающей насилие. Свобода слова приносится в жертву политической целесообразности. Сталину устранение Троцкого было необходимо для укрепления личной власти и единства идеологии. А в современных "демократиях" политики и медиа могут манипулировать общественным мнением, представляя оппонентов как "опасных экстремистов", что оправдывает их подавление.
Приведу цитату очень мудрой женщины, неоднократно подвергавшейся отмене со стороны так называемой "прогрессивной общественности":
"Если вы считаете, что свобода слова существует для вас, но не для ваших политических оппонентов, это анти-либерализм.
Если никакие контраргументы не могут изменить ваши убеждения, это фундаментализм.
Если вы считаете, что государство должно наказывать тех, у кого иные взгляды, это тоталитаризм.
Если вы считаете, что политических оппонентов следует наказывать насилием или смертью, это терроризм".
(Джоан Роулинг, писательница)
Казалось бы, это вполне очевидно.
Но опираться на логику и здравый смысл больше не модно. Теперь принято оперировать эмоциями, они дают выход негативу и позволяют перекричать любые противоположные высказывания.
Лев Троцкий писал в своих дневниках: "Без свободной критики нет подлинной демократии". И доказал правоту этого высказывания собственной гибелью.
Чарли Кирк имел репутацию противоречивого человека.
С одной стороны он был сторонником теорий заговора и нес порой несусветную дичь, а с другой, как бы парадоксально это ни звучало, был способен проявлять гораздо больше здравого смысла, чем его противники.
В частности он последовательно, аргументированно отрицал любые обвинения в адрес Израиля в геноциде и военных преступлениях.
Кстати, для справки отмечу на полях, что потомки Рафаэля Лемкина, автора термина "геноцид", потребовали от властей американского штата Пенсильвания лишить "Институт по предотвращению геноцида имени Лемкина" права использовать его имя, поскольку эта структура вводит общественность в заблуждение, искажая суть понятия и используя его для антиизраильских нападок.
Проще говоря, всякий, кто использует слово "геноцид" в отношении действий Израиля, намеренно или по глупости перевирает истинное значение этого термина.
Для Чарли Кирка это не подлежало сомнению.
Погибшего блогера можно уважать или критиковать за многие его высказывания, но он никогда не считал, что противоположное мнение следует искоренять. С какими бы оголтелыми противниками он ни имел дело, Кирк всегда был готов к дискуссии, умел выслушивать и спорить, опираясь не на эмоции, а на логику, факты и здравый смысл. Будучи убежденным республиканцем, он действовал гораздо более демократично, чем все те, кто его ненавидел.
То же самое можно сказать в отношении Израиля.
Посмотрите, как обезумевшая левая публика в разных условно-демократических странах радуется "нестабильности" в нашей стране и пророчит скорый крах Израиля. Ведь люди тут выходят на улицы, перекрывают дороги и требуют отставки правительства, в Кнессете одни министры обвиняют других в госизмене, пресса вообще высказывается кто во что горазд - активизировать войну, прекратить войну, строить новые поселения, снести старые поселения, выселить всех арабов, дать арабам государство, плюнуть на международную изоляцию, повиниться и подставить другую щеку, положиться на милость Всевышнего...
Это ли не признак приближающейся гражданской войны?
Нет, это признак совсем другого явления. Наши критики его сильно подзабыли. Оно называется "демократия".
При том, что в Израиле сегодня, как говорят эксперты, самое правое правительство в истории государства, оно, как ни странно, заботится о соблюдении демократических принципов даже в разгар тяжелейшей войны. Ничего не запрещая, никому не затыкая рот, никого не лишая гражданства, не сажая и не убивая за мнение, отличное от того, что высказывает политическое руководство страны. Ни закона об иноагентах, ни скорых судов с неизбежными расправами "по законам военного времени".
Тогда как критики Израиля из самых свободолюбивых, самых развитых и прогрессивных стран, кажется, ушли от демократии так далеко, что значение этого слова стало для них столь же туманным, как и смысл термина "геноцид".
Пытаюсь ли я сказать этой статьей, что левые политические силы - однозначное зло, а правые их прямая противоположность? Нет, ничего подобного я не утверждаю.
Я пытаюсь сказать, что если ты в своих убеждениях руководствуешься ненавистью, то изволь говорить это открыто. Не пытайся убеждать людей, что убиваешь кого-то из человеколюбия. Совершая самостоятельно или оправдывая убийство невинных людей (то есть безоружных, не нападавших на тебя и не угрожавших тебе), ты перестаешь быть либералом, в одночасье предаешь все принципы, которые до этого горячо отстаивал - на словах. И превращаешься в убийцу или пособника убийц, в монстра.
Будем честны, Грете Тунберг плевать и на экологию, и на судьбу жителей сектора Газа. Ей важен хайп, самопиар и сытая жизнь при полном отсутствии какой-либо работы.
Испанскому премьеру Педро Санчесу безразлично, кто и кого убивает в Газе. Он глупый и безответственный болтун, которому хочется сохранить свое кресло как можно дольше. Он не задумывается, какую бомбу замедленного действия подкладывает под всей Испанией своей палестинолюбивой политикой.
Как и президент страны, которая в ходе своей Великой революции выработала самый прекрасный лозунг "Liberté, Égalité, Fraternité" - Свобода, Равенство, Братство. Макрон так старается польстить своим избирателям-мусульманам, что готов мать родную продать, лишь бы те его не скинули раньше времени. А ведь они уже могут.
Сейчас террористы его благодарят, но припомнят ли они прежние заслуги Макрона, когда после евреев придут резать французов?
Сдается мне, что все это хоровое пение псевдо-демократов в признании несуществующего "палестинского государства" гораздо ярче свидетельствует о закате демократии, чем наша израильская "нестабильность". Когда-то еврейское государство создавалось, заимствуя лучшее у США и Европы. Мы многому научились у развитых стран.
Сегодня уже им самим пора брать пример с Израиля. Пока что далеко не все они это поняли. Когда-нибудь непременно поймут.
Лишь бы для них не стало слишком поздно.
#сталин #троцкий #трамп #террор #инакомыслие #цензура #израиль #война #демократы #республиканцы #свободаслова #полотическиеубийства #диктатура #демократия #врагнарода #репрессии
*Комментарии приветствуются, но если не можете быть корректными, лучше ничего не пишите. Удалю и заблокирую.
**Если эта статья показалась вам важной и интересной, публикуйте ссылку на нее в соцсетях, советуйте знакомым, правда нуждается в распространении.