Марина стояла в спальне с сумкой в руках.
Андрей смотрел на нее непонимающе.
— Ты серьезно? Из-за какой-то пасты?
— Не из-за пасты. Из-за отношения.
— Марин, ну что ты как маленькая? Мама не со зла. Она просто не подумала.
— Она никогда не думает. И ты тоже.
Сумка была небольшая — пара вещей, документы, витамины для беременных. Большой живот мешал застегнуть молнию.
— И надолго ты к маме? — спросил Андрей.
— Не знаю.
— Мариш, через два месяца рожать. Нам вместе быть надо.
— Вместе — это когда муж защищает жену. А не молчит, когда её обижают.
Из кухни донесся голос свекрови:
— Марина! Обед готовить пора!
Марина вышла из спальни. В коридоре столкнулась с Костей.
— О, куда собралась?
— К маме.
— А обед кто готовить будет?
— Валентина Петровна. Или Алла. Или ты сам.
— Шутишь? Я готовить не умею.
— Научишься.
Свекровь вышла из кухни.
— Марина, ты меня слышала? Котлеты надо делать. Дети ждут.
— Я уезжаю, Валентина Петровна.
— Куда это?
— К маме. Отдохнуть.
— Отдохнуть? А кто готовить будет? Убирать? У нас гости!
— Вы справитесь.
Свекровь покраснела.
— Андрей! Ты слышишь, что твоя жена вытворяет?
Андрей вышел из спальни.
— Мам, она обиделась. Пусть съездит, остынет.
— Обиделась! На что обижаться? На то, что её кормят, поят, крыша над головой?
— На то, что меня за человека не считают, — сказала Марина.
— Не неси чушь! — свекровь повысила голос. — Носишься со своей беременностью, как будто ты первая в мире рожаешь! Я троих родила и никогда не капризничала!
— Это не капризы. Я хотела есть. Приготовила еду. А вы всё съели, не оставив мне ни кусочка.
— Подумаешь, трагедия! Голодной осталась!
Свекор вышел из гостиной с газетой в руках.
— Что за шум?
— Марина истерику закатила. Из-за завтрака.
— Женские глупости, — махнул рукой Петр Иванович. — Гормоны играют.
Марина пошла к двери.
— Стой! — крикнула свекровь. — Если уйдешь — не возвращайся!
— Мам! — Андрей попытался вмешаться.
— Молчи! Твоя жена совсем обнаглела. Живет в моем доме, ест мою еду, а еще недовольна!
— Я работаю, — тихо сказала Марина. — Половину продуктов покупаю на свою зарплату.
— Работаешь! До декрета две недели осталось. А потом что? Сидеть будешь, нахлебницей.
Марина открыла дверь.
— Я к маме. Если Андрей захочет — пусть приезжает.
Вышла. За спиной хлопнула дверь.
На улице было холодно. Ноябрь, мокрый снег. Марина подняла воротник пальто — живот уже не давал застегнуться.
До остановки пять минут. Сумка тяжелая, поясница болит. На автобусной остановке села на лавочку. Малыш толкался, будто чувствовал мамино состояние.
— Тихо, милый. Всё хорошо. Поедем к бабушке. Она нас накормит.
Автобус пришел через десять минут. Марина села у окна. Ехать сорок минут — мама жила в другом районе.
Телефон зазвонил. Андрей.
— Марин, вернись. Мама не со зла. Она переживает.
— За обед переживает?
— Не только. Ну признай, ты правда много капризничаешь последнее время.
— Капризничаю?
— Ну да. То одно хочешь, то другое. То плачешь, то смеешься.
— Я беременна, Андрей. Седьмой месяц. Гормоны, усталость, отеки. Это нормально.
— Мама говорит, она проще рожала.
— Твоя мама родила последнего ребенка тридцать лет назад. Она уже забыла, как это.
— Не говори так о моей матери!
— А ты не говори так о своей жене.
Марина сбросила вызов.
Телефон зазвонил снова. Она выключила звук.
Мама встретила на пороге. Обняла, насколько позволял живот.
— Доченька, ты такая бледная. Проходи скорее.
Квартира у мамы маленькая, однокомнатная. Но уютная. Пахнет выпечкой.
— Сырники готовы. И суп сварила куриный. Ты же любишь.
— Мам, спасибо.
Марина села за стол. Мама поставила перед ней тарелку сырников. Горячих, румяных. Рядом сметана, варенье.
— Ешь, милая. Тебе сейчас силы нужны.
Марина взяла сырник, откусила. Слезы потекли по щекам.
— Доченька, что случилось?
Рассказала. Про пасту, про свекровь, про Андрея.
Мама слушала, кивала. Потом вздохнула.
— Эх, Мариша. Тяжело тебе там.
— Мам, я больше не могу. Сил нет.
— Понимаю. Живи у меня пока. Места мало, но как-нибудь устроимся.
— А когда малыш родится?
— И с малышом устроимся. Не первый ребенок в этой квартире. Ты же здесь выросла.
После обеда Марина легла на диван. Мама укрыла её пледом.
— Отдыхай. Я в магазин схожу.
Марина задремала. Проснулась от звонка в дверь.
Мама открыла. Голос Андрея:
— Здравствуйте, Нина Васильевна. Марина здесь?
— Здесь. Проходите.
Андрей вошел в комнату. В руках букет цветов.
— Мариш, прости меня. Я дурак.
— Что случилось?
— После твоего ухода мама заставила меня готовить обед. Я два часа мучился с котлетами. Ничего не получилось. Сжег всё. Дети плакали, что есть хочется. Алла истерику закатила. Батя на маму наорал, что в доме бардак.
— И?
— И я понял, сколько ты делаешь. Каждый день. Беременная. А мы даже спасибо не говорим.
Марина села на диване.
— Андрей, дело не в благодарности. Дело в уважении. В заботе. Я твоя жена, ношу твоего ребенка. А меня даже покормить не могут.
— Я понимаю. Прости. Давай домой вернемся. Я с мамой поговорил. Она больше так не будет.
— Не верю.
— Мариш, ну не могу я без тебя. И малышу отец нужен.
— Отец нужен. Но не такая семья. Где беременную женщину морят голодом и заставляют прислуживать.
— Что ты предлагаешь?
— Снимем квартиру. Отдельно. Будем жить вдвоем. Втроем, когда малыш родится.
— Дорого это.
— Ты хорошо зарабатываешь. Я после декрета тоже выйду на работу.
— А мама что скажет?
— Андрей, ты женат на мне или на маме?
Он помолчал.
— На тебе. Но мама — это святое.
— Святое — это семья. Твоя семья. Жена и ребенок.
— Ладно. Подумаю.
Андрей ушел. Марина осталась у мамы.
Вечером пришло сообщение от свекрови:
"Марина, одумайся. Не позорь семью. Возвращайся."
Марина не ответила.
Через два дня Андрей написал:
"Нашел квартиру. Двушка, недалеко от твоей работы. Переезжаем?"
"А твоя мама?"
"Обиделась. Но это её проблемы."
"Когда смотреть?"
"Завтра в три. Заеду за тобой."
Квартира оказалась хорошей. Светлая, теплая. Кухня большая.
— Здесь я буду готовить для тебя, — сказал Андрей. — Научусь. Ютуб в помощь.
— Правда?
— Правда. Я понял одну вещь. Семья — это не там, где тебя кормят. А там, где о тебе заботятся. Где думают, ела ли ты.
Марина обняла мужа.
— Я тоже буду готовить. Когда смогу. Но не потому, что обязана. А потому, что люблю.
— И я люблю. И больше никогда не дам тебя в обиду. Даже маме.
Через неделю они переехали. Свекровь демонстративно не помогала. Зато помогали мамина подруга и Андреев друг.
В первый вечер в новой квартире Андрей приготовил ужин. Простой — макароны с сыром. Но сам. Поставил перед Мариной тарелку.
— Ешь первая. Ты же беременная. Тебе важнее.
Марина ела и плакала. От счастья.
А через два месяца родился сын. Андрей сам готовил Марине еду в роддом. Борщ получился пересоленным, котлеты жесткими, но это была еда, приготовленная с любовью.
Свекровь пришла через неделю после родов. Принесла пеленки.
— Как вы тут?
— Хорошо, — ответила Марина, кормя малыша.
— Андрюша, ты похудел. Плохо питаешься?
— Нормально питаюсь, мам. Сам готовлю.
— Сам? Зачем?
— Затем, что Марина восстанавливается после родов. И кормит нашего сына.
Свекровь поджала губы, но промолчала.
Дзен Премиум ❤️
Всем большое спасибо за лайки, комментарии и подписку) ❤️
Навигация по каналу Юля С.
Ещё рассказы: