«Деревенский дед» решил взять очередную «музыкальную паузу» и вернуться в годы своей юности. На сей раз разговор пойдёт о блатной тематике 1960-1970-ых, которую долгое время было принято недооценивать и считать музыкой для маргиналов, однако именно с этими песнями страна живёт уже не первый десяток лет.
Если же говорить о том, что предшествовало зарождению русского шансона, нужно обратить взгляд к эпохе «песен на костях», когда развивалась знаменитая подпольная индустрия записи и тиражирования песен. Разумеется, всё это появилось не на пустом месте: была традиция ресторанного исполнения, подобные песни вовсю звучали в эмигрантской и криминальной среде.
Именно тогда люди начали уже не просто петь блатной фольклор, но и специально сочинять, записывать и исполнять песни, отсылающие к блатной, к дворовой традиции и имеющие признаки, по которым эту традицию опознавали. Авторские стили (и у сочинителей, и у исполнителей) стали оттачиваться, всё это направление (или стиль) в целом стало профессионализироваться, что и знаменовало рождение русского шансона.
Особенно активно этот процесс происходил на периферии. С некоторыми знаковыми (но, увы, подзабытыми) представителями ресторанного шансона тех лет мы сегодня познакомимся.
Коренной одессит Владимир Сорокин (настоящее имя Евгений Оршулович) родился в 1936 году и всю жизнь прожил в родном городе. Рано остался без родителей и воспитывался в семье деда, хорошо знакомого с известным главарём одесских налётчиков Мишкой «Япончиком».
В 1955 году после смотра художественной самодеятельности он был принят в коллектив самодеятельности одесского дворца культуры железнодорожников. Вскоре начинаются его выступления в студенческом театре миниатюр, а затем - в одесском студенческом самодеятельном коллективе при Молодёжном театре драмы Дворца Студентов, где Оршулович стал первым исполнителем юмористических миниатюр и сатирических скетчей молодого одесского сатирика Жванецкого.
Но уже через несколько лет он устраивается на место конферансье в областную филармонию и долгое время является постоянным ведущим на концертах гастролировавших в Одессе известных советских артистов.
В конце 1970-ых он перешёл на работу в одесский парк культуры и отдыха, где начал свою певческую карьеру под псевдонимом «Владимир Сорокин», подпольно записывая альбомы с классическими «блатными» песнями и песнями разных авторов. Записывались альбомы в частных студиях одесских коллекционеров и звукооператоров. Его записи быстро расходились по стране, и имя Владимира Сорокина стало хорошо известно поклонникам жанра. Официально его альбомы никогда не издавались, но отдельные песни неоднократно издавались в серии «Классика Русского Шансона», а также в многочисленных сборниках.
Авторство многих песен, первым исполнителем которых он был, до настоящего времени не установлено. Кроме большого количества аудиозаписей, сохранилось несколько любительских видеозаписей с участием Сорокина, сделанных незадолго до его смерти. Скончался он 7 октября 1995 года.
Яркий представитель легендарной эпохи русской подпольной песни 1970-1980-ых (в этом ряду Аркадий Северный, Константин Беляев, Николай Резанов и другие) Александр Лобановский родился в 1935 году в Ленинграде. Его литературно-музыкальное наследие составляет более полутора тысяч песен и стихов, но если бы он написал только «Балладу о свечах», то всё равно остался бы в памяти любителей бардовской песни, как гений.
Свой путь первый советский бард начал в 1960-ых, когда понятия «авторская песня» ещё не существовало, а гитаристов приглашали в компанию, чтобы потанцевать под разудалые мелодии. Лобановский был первым, у кого в трудовой книжке появилась запись «автор-исполнитель».
Песни он писал, в основном, на свои стихи. Наиболее известные из них: «Баллада о свечах» («Сгорая плачут свечи»), «Очарована, околдована» (на стихи Заболоцкого), «Бабье лето» («Осень катится, осень катится, в ноги катится…»), «Серые шинели» («Мимо русского села русская пехота…»), «Ах, сенокос» («Я по должности техник-дантист, по призванию я оптимист…»). Предмет особой гордости Лобановского - создание в пятидесятых-шестидесятых годах жанра эротической песни. В те годы таких песен просто не существовало, а слово «секс» было под запретом.
В его биографии был юрфак Ленинградского госуниверситета, который он так и не осилил – был отчислен за академическую задолженность и систематические пропуски занятий. Но всё же приобретенные знания не пропали даром - два года несостоявшийся юрист проработал следователем в Тосненском райотделе милиции. И именно здесь впервые испытал неодолимую тягу к творчеству, к песенному гитарному исполнительству.
Позднее судьба прилично помотала Лобановского: рабочий на заводе в Ленинграде, смотритель кладбища в Ленинградской обл., взрывник на свинцовом руднике в Северной Осетии, завклубом в Магаданской области, грузчик в Нагаевском порту, рабочий-шурфовщик в прибалхашской пустыне, руководитель агитбригад в разных клубах, рабочий в геофизической партии на Хибинах, солист-вокалист ресторанного оркестра в Воркуте. А ещё он несколько лет провёл в заключении в Коми АССР и работал на стройках народного хозяйства в Княжпогосте. Согласитесь, впечатляет!
С 1969 года он стал выступать от различных филармоний на профессиональной эстраде. Но более двадцати лет его имя находилось в «черных списках» деятелей культуры, о которых не должны были упоминать СМИ, а редкие гастрольные поездки проходили лишь по специальным разрешениям. Только в 1987 году после отмены цензурных списков состоялся первый концерт Лобановского в Ленинграде – он стал первым, у кого на афише появилось слово «бард».
В 1990 году многим поклонникам шансона запомнилась его судебная тяжба с известным автором-исполнителем Михаилом Звездинским, присвоившим (по мнению Лобановского) его песни «Сгорая, плачут свечи», «Очарована, околдована», «Проститутка Буреломова», «Шёл я в ночь», «Увяли розы», «Сенокос» и «Нерусь». Несмотря на то, что Лобановский суд выиграл, в Российском авторском обществе авторами большинства всех спорных песен указаны оба.
Патриарх бардовской песни, потерянный, запутавшийся в своих страстях и поступках несчастный и одинокий человек, скончался 3 августа 2015 года.
Самобытный композитор и исполнитель песен собственного сочинения Владимир Шандриков (настоящая фамилия по отцу - Шендриков) родился в 1940 году в Омске.
В 1964 году поступил в Пензенское художественное училище, но был исключён за участие в подписании письма в газету «Советская культура» о недостатках экспериментальной программы в своём училище. Заметим, что в борьбе за правду Шандриков не стеснялся применять физическую силу, за что трижды побывал под судом. Один из судов завершился серьёзным приговором - три года лишения свободы за умышленное причинение тяжких телесных повреждений. Находясь в заключении, он сочинил свои первые песни на тюремную тематику, а будучи на хозработах на строительстве Дома культуры МВД, сумел в 1972 году осуществить первую студийную запись. Альбом разошёлся в так называемом «магнитиздате», и после освобождения начались первые полуофициальные выступления.
Шандриков слабо владел гитарой, а потому на концертах и в записях ему неизменно помогал аккомпаниатор-гитарист. Многие песни 1970-ых написаны им под влиянием творчества Высоцкого и исполнены в схожей манере, в связи с чем авторство некоторых из них (например, «Ну, я откинулся! Какой базар-вокзал?») порой ошибочно приписывается Высоцкому, а самого исполнителя земляки называли «омским Высоцким».
В 1977 году по приглашению подпольного импресарио Владислава Коцишевского (создателя и продюсера легендарного ансамбля «Черноморская чайка») Шандриков приехал в Одессу, где записал три концерта с Аркадием Северным, ставшими знаковыми в его музыкальной биографии.
При этом первое официальное выступление Шандрикова состоялось лишь в 1986 году на городском конкурсе самодеятельной песни. А первый студийный альбом «На улице Тарской» (до настоящего времени не изданный) был им записан спустя десять лет, когда автор был уже серьёзно болен. В 2003 году вышел его альбом «Где мои берега» (два диска) на основе тех одесских концертов 1977 года. Владимир Шандриков не дожил несколько недель до его выхода...
Всего Владимир Шандриков написал около двухсот стихов (большинство из них стало песнями) и свыше 500 частушек. Сам он о своём творчестве отзывался вот так:
В своих песнях-картинках, песнях-сценках, какими я сам их считаю, потому что никто и никогда меня специально не учил ни петь, ни сочинять - я стараюсь избегать всего того, что набило уже оскомину трафаретности, елейности, пустозвонства и т. д. Возможно, этим и привлекательны мои вещички, интересен какому-то кругу я сам, как оригинальный автор. Я совершенно не понимаю, как можно всю свою жизнь петь две-три песни, пусть даже и очень нравящиеся слушателям. И расцениваю это как скудоумие и нищенство духовное. Плюс к этому - трусость: «А вдруг лучше не получится?
В.Шандриков умер 1 февраля 2003 года. Похоронен в родном Омске.
Одним из наиболее популярных советских ресторанных исполнителей шансона считался Евгений Чумаченко, работавший директором ресторана «Днепр» в Голой Пристани (Херсонская область), где организовал ансамбль «Ритм» и с которым часто выступал с концертами.
Во время службы на Черноморском флоте (1951- 1955гг.) он научился играть на баяне, а вскоре и на гитаре. Окончил музыкальную школу. Всю жизнь занимался музыкой, коллекционировал концерты исполнителей тех времён. Свои первые песни он записывал на рентгеновскую плёнку, за что его друзья прозвали «Сухумский Лещенко». Наиболее удачными были его песни на стихи Сергея Есенина. Много песен писались им в домашних условиях, для памяти и для друзей.
Умер 16 мая 2020 года в возрасте 88 лет.
Его сыновья Александр и Геннадий пошли по стопам отца - также поют и записывают песни, известно несколько альбомов в их исполнении.
Актёр симферопольского цыганского театра «Ромэн» исполнитель романсов Евгений Свешников, получивший театральное образование в Москве, перепел почти весь репертуар Петра Лещенко.
По воспоминаниям близких, замечательный лирический тенор с профессионально поставленным голосом мало в чём уступал Лемешеву и Козловскому. Так получилось, что человек, которого должен был знать весь мир, давал концерты в небольших клубах Крыма. Но народ его знал и шёл на концерты...
Из-за войны Свешников так и не закончил горьковскую консерваторию, да и карьеру свою певческую не сделал. Но он пел так прекрасно, что никакой консерватории не нужно было! Его слушали и никто не спрашивал: есть ли у вас музыкальное образование? Когда он пел (зачастую без всяких репетиций), зал замирал. При этом он долго не задерживался ни в одной филармонии: увы, несоответствие репертуара! Он (репертуар) у него был обширный - лирика, русские и цыганские романсы.
Вместе с Коцишевским и ансамблем «Черноморская чайка» Свешников записал семь альбомов. Умер 16 марта 1998 года в возрасте 71 года. Похоронен в Симферополе.
Читайте мои последние публикации на канале:
Уважаемые читатели, проявляйте уважение к автору и друг к другу, воздерживаясь от откровенных оскорблений, хамства и мата в комментариях!