Ох, как летит время. Как- то неожиданно быстро закончился 1 курс, и разъехались ребятишки на каникулы. Уезжали они счастливые и довольные, потому что впереди целое лето, когда не надо сидеть на скучных парах, и слушать учителей. Гуляй, отдыхай, и радуйся жизни. Ну и что, что всего 2 месяца отдыхать. Тут правильнее будет сказать не всего, а целых два месяца!
Начало тут
Месяцы эти пролетели так стремительно, словно и не бывало их. В последние деньки августа потянулись студенты в городок. Кто на квартиру, кто в общежитие. Это местным проще, а им, иногородним, то ещё удовольствие на несколько дней раньше из дома уезжать!
Вернулись в училище не все. Вася Тихоненко не вернулся, потому что решил, что ни к чему ему такая профессия, Гришу Путилова посадили, а Костя Выходцев забрал документы и уехал в город. Видать, сменила всё же его маман гнев на милость, да пошла у сына на поводу.
Совсем другими дети становятся, когда взрослеют. Да и второй курс, как никак, положено быть серьёзным. Тем более, что и экзамены по школьным предметам впереди, и практика не за горами.
Хоть и проходили студенты практику в училище, но ведь это такая ерунда по сравнению с магазином! Что там та практика в студенческом кафе? Да там и кафе- одно название. Небольшой закуток на первом этаже. И ассортимент скудный.
Да и откуда было взяться богатому ассортименту? Кому он нужен, ассортимент этот, если студенты- народ нищий и голодный. Во все времена так было, а уж в начале нулевых и подавно.
Повара в лаборатории проходили свою практику. Жарили пирожки, чебуреки, беляши. Пирожки с картошкой, с капустой, с луком и яйцами. Беляши конечно же с мясом, но, как шутили сами студенты, которым довелось есть эти беляши, мол, среди обилия лука в тех беляшах от мяса витает лишь тонкий аромат. А чебуреки будущие повара делали с картошкой и солёным салом.
Не сказать, что велико финансирование было у училища. И мяса не так много было, а потому выкручивались, как могли. А может решили, что дорого для студентов чебуреки с мясом? Поди, разберись теперь.
Картошку терли на терке, отжимали, мелко крошили лук, и ещё мельче резали солёное сало. Со спичечную головку кусочки того сала были. Солили, перчили, и делали чебуречки. Дёшево и сердито называется. И вкусно, и не дорого. Это поначалу носами крутили ребятишки, мол, что за глупости- чебуреки с картошкой? А потом ничего, раскупали, ещё и сокрушались, если кому не доставалось.
Изредка делали в лаборатории торты и пирожные, зефир, и сушки. Очень уж популярным были песочные персики с крашеными боками. Свежие, вкусные, рассыпчатые! Глянешь на такой персик, и слюной истекаешь, так охота съесть его!
И тоже все это добро продавалось в студенческом кафе.
Повара готовят, продавцы продают. И одним практика, и вторым. Да и остальные студенты сытые, и училище копеечку зарабатывает. С этих же денег, что с кафе выручали, закупали продукты, и так по кругу.
По организациям ездили будущие продавцы, и тоже продавали продукцию, изготовленную поварами. В те времена не было ещё никаких доставок, и очень уж пользовалось такое передвижное кафе спросом. Едва приезжала машина, уже собирался народ, мол, училище приехало, идём к обеду что-нибудь купим!
Продавцы ездили на выездную торговлю парами. Привёз их водитель, и сидит, ждёт, когда отторгуют девчата.
Поликлиника, полиция, пенсионный фонд, налоговая, администрация. Пока по всем организация проедут, вот уже и закончились пирожки да чебуреки. И день учебный к концу подходит.
Второй курс, кажется, закончился быстрее, чем первый. Вроде вот только учебный год начался, а уже весна на носу, и снова разъехались ребята, разбежались по разным населённым пунктам. Практика- это ведь почти работа. Тем более, что у многих студентов практика была оплачиваемая.
А потом, едва закончилась практика, и снова каникулы. А там уже и третий курс. Последний рывок, и ты взрослый.
Сентябрь 2002 года сплотил эту группу ещё больше. Только повод для этой сплочённости был очень печальный.
В то утро на улице было хмуро и пасмурно. Моросил мелкий дождик, противный ветер лютовал так, что несчастные листья не в силах были удержаться, и летели под ноги хмурым и недовольным прохожим. Да и чего им, прохожим этим, радоваться?
Студенты торопливо бежали на занятия, кутаясь в куртки, стараясь ускориться, потому что и без того хмурое небо ещё сильнее заволокло тучами. Вот-вот такой дождь хлынет, что до нитки в три секунды промокнешь.
Отопление ещё не включили, а потому и в кабинетах было не очень комфортно. Ребятишки шумно рассаживались по своим местам, смеялись, подкалывали друг друга.
Кто-то смотрел в конспект, пытаясь запомнить хоть что-то, ведь как пить дать будет какая-нибудь проверочная! Кто-то, уютно устроившись за партой, положил голову на руки, и досыпал, досматривал сон.
Было обычное, ничем не примечательное утро.
Когда физичка зашла в кабинет с красными, заплаканными глазами, ребята настороженно на неё поглядели. И чего это она ревёт с утра пораньше?
- Ребята, Нину Перову убили...
Вся группа машинально посмотрела на то место, где обычно сидела Нина. Словно хотели ребята убедиться в том, что физичка что-то напутала, и Нина, живая и здоровая, как всегда тихая, незаметная, как мышка, сидит на своём месте, и повторяет конспект.
Нины на привычном месте не было. Только Даша растерянно крутила головой, словно смысл сказанного никак не мог дойти до её мозга.
Да это сказанное вообще не сразу дошло до ребят. Как это- Нинку убили? Когда? Кто?
Ведь ещё в пятницу была она живая, а в понедельник уже нет?
Для подростков смерть вообще тяжело воспринимается. То ли не верят они в то, что никто не живёт вечно, то ли и правда, не откладывается у них в голове, что человек очень хрупкий. А может и живут они с мыслями о том, что уж с ними то точно ничего плохого случиться не может. Да и вообще, как в такое поверишь?
И ладно, когда старик какой помирает, или старуха. Но молодые то зачем? Нинка вот. И пусть она мышь была, зубрилка, заучка, но не могла же она так просто взять, и умереть? Кому она помешала? Кто? Зачем?
Слухи быстро распространяются. Уже после первого урока все училище гудело, как разъяренный пчелиный улей.
Ищут того, кто Нину убил. Пока не нашли, но найдут обязательно! Как пить дать, найдут!
И ведь не просто убили Нину, а надругались над ней. Нелюди! Она вечером поздно от бабушки домой шла, через парк. Не дошла.
На похороны пришла вся группа. Проводить в последний путь Нину.
Стояли эти подростки, сбившись в кучку, сгорбленные, растерянные, оглядывались по сторонам, слушая разговоры и понимали, что и как раньше уже точно не будет. Ни у кого из них. Как- то быстро повзрослели эти ребятишки. Каждый украдкой смотрел в сторону гроба, и внутренне содрагался. Неужели так бывает?
И Сашка Самарев, долговязый парень, весь в наколках, словно не один срок отмотал, тот Сашка, который за словом в карман не лез, и мог послать на три весёлых буквы любого и каждого, не стесняясь своих эмоций, не скрываясь, не прячась ни от кого, вытирал слезы, которые текли ручьём, не переставая. Смешивались эти слезы с дождём, и не понятно было, кто плачет больше: сама природа, или этот паренёк.
Мало кто знал, что они, Сашка с Ниной, с самой весны встречались. А те, кто знал, только удивлялись. Между ними же ничего общего! Где Нина, умница, отличница, и где Сашка? Грубиян, хулиган, да и вообще, исчадие ада.
Продолжение ниже.
Спасибо за внимание. С вами как всегда, Язва Алтайская.