Сашку Самарева тоже в милицию вызывали, опрашивали, выясняли, где он был в то время, когда с Ниной беда случилась.
А где ему быть? Приехал из дома в воскресенье вечером, да в общаге был. Они толпой на лестнице, между вторым и третьим этажом до самого отбоя сидели, на гитаре бренчали. А после отбоя, завесив дверь одеялом, чтобы вахтерша свет не увидела, в карты резались до полуночи.
Начало тут
И вахтерша подтвердила, что на месте Сашка был, и пацаны из комнаты тоже.
В общем, так и отпустили Самарева, но предупредили на всякий случай, мол, вдруг что вспомнишь, так сразу приходи.
А что ему вспоминать, если они с Ниной в последний раз в пятницу в училище виделись?
Сашка сам не свой ходил, сильно переживал. Даже хотел отчислиться, да Софья на пару с директором отговорили его, мол, глупо это, Саша. Перед самым финишем сдаться, сложить ручки, и бросить всё. Доучись уж, будь добр. И за себя, и за Нину. Она бы рада была, Саша.
Сжал Сашка кулаки, а потом бессильно опустил руки. Нашли ведь больную точку, психологи хр@новы!
Нина, Ниночка! Что же ты так неаккуратно?
А ведь только Нина и верила в него, Сашку. Поддерживала, помогала с учёбой, и всегда говорила, мол, всё у тебя получится, Саша! И, несмотря на всё его выходки, никогда не боялась она его.
Девок боялась. Нельку со своей свитой, третьекурсниц, которые недалеко от Нельки ушли, а его, Сашку, не боялась. Всегда списать давала, на контрольных и свой вариант успевала решить, и ему, Сашке, шпору передавала.
Они и встречаться тайком начали. Да и то, как встречаться! На перемене постоят в уголке, вот и все встречи. Ну и по городу несколько раз гуляли.
Они тогда разговаривали много. Поначалу про ерунду всякую говорили, потому что не представляли и сами, что между ними может быть общего.
О кошечках да собачках говорили. О природе, о погоде. О том, чего хотят от жизни. Нина призналась, что всегда мечтала научиться на гитаре играть, но пальцы, мол, короткие, и словно деревянные. Я, мол, кузнечика даже не могу сыграть, не получается.
Сашка тогда пообещал, что обязательно научит её играть на гитаре.
Обманул, получается. Не научил. Не успел.
А потом Нина, доверчиво заглядывая ему в глаза, спросила, мол, ты же со мной ходишь не шутки ради, Сашка? Не по приколу? А то знаешь, сколько случаев бывает, когда на спор там, или просто посмеяться. Я ведь не переживу, если ты просто так, ради шутки.
Да какие к чёрту шутки?
Сашка и сам не знал, почему его так тянет к этой тихой, домашней девчонке, которая не может ответить грубостью на грубость, обидой на обиду, и ударом на удар.
А потом, когда Нина рассказывала о своей семье, о том, что мама никогда её не то, что не била, пальцем не трогала, но даже не ругала, вспомнил Сашка себя, свою семью, и своё безрадостное детство.
Как отчим лупил его всем, что попадало под руку, как мать отвешивала ему подзатыльники, как не слышал он никогда ни от матери, ни от отчима доброго слова.
Где уж ему, Сашке, добрым быть? Он наоборот хотел казаться злее, чем был на самом деле, а вот поди ж ты, не боялась его Нина.
Вот взять например ту же Нельку. Она ведь дура. Мозгов нет, только гонору столько, что изо всех щелей лезет. И удел ее- малолеток вокруг себя собирать, потому что ровесники не пойдут за Нелькой. За ним, Сашкой, шли, а ща Нелькой нет, потому что дура.
Топнет Нелька ногой, а Нина в комок сжимается, и голову от страха поднять боится. Потому что не знает, как поступить. Потому что другая она, Нина. Слабая, да. Но в то же время чистая, светлая.
Отберут у Нины сумку, кидают её, пинают, а Нина плачет, уговаривает, чтобы отдали, да глупо руками размахивает.
Пожалел её однажды Сашка. На первом курсе дело было, уже после того, как Лизка к ним в группу пришла. Ох и устроила же Лизка в тот день кучу малу! Да Лизка вообще молодец девка. Лихо девок построила. Это ведь с её появлением порядок в группе появился. И уроки срывать перестали, да и вообще, как- то спокойнее стало, дружнее.
Нелька тогда обозлилась, но к Лизке подходить побоялась. Себе дороже. Решила она злость свою на Нине выместить. Отобрали они у неё сумку, и не кидать стали, а ногами топтать, да пинать по всему кабинету.
Не выдержал Сашка. Одно дело когда просто покидали, и отдали, а тут- ну зачем это?
Отвесил Сашка подзатыльник Нельке, сумку отобрал, и вернул Нине. А Нельке пригрозил, мол, ещё раз увижу- худо будет.
Струсила Нелька, испугалась. А потом и вовсе, уехала домой на выходные, и больше не вернулась.
Нина тогда на Сашку другими глазами посмотрела. Может разглядела в нём то, что не увидели другие? Да какая теперь разница? Нет больше Нины, а он, Сашка, есть.
Права Софья. Он должен доучиться. Не ради себя, ради Нины.
А потом нашли виновника. Мужичка бездомного, который обитал в заброшенном домишке рядом с парком поймали, а он возьми, да и признайся, мол, я это, я эту девчонку пришиб.
Конечно, мало кто верил в виновность этого ханурика. Ну какой с него убийца? Он хоть и пьянчужка, но безобидный, незлобивый. Ну ходил по городку, побирался, мелочь клянчил у прохожих. Но чтобы убить? Это вряд ли.
Но наверное милиции виднее. А может и правда, взял мужичок грех на душу по пьяному делу? Кто его знает? Чужая душа- потемки.
Жизнь текла своим чередом. Студенты учились, учителя учили. Повара готовили, продавцы продавали. И только изредка в разговорах вспоминали ребята Нину. Всё равно жалко её. Жила себе, никого не трогала, и вот тебе!
Закончился очередной учебный год. Первокурсники перешли на второй курс, второкурсники на третий, а третьекурсники уходили из училища навсегда.
С выпускным у них сразу как-то не заладилось. Поначалу что-то планировали, предлагали варианты, спорили, советовались.
Девчата - активистки предлагали собраться большой и дружной компанией, и отпраздновать выпускной в столовой, или в кафе. Мол, и учителей наших позовём, и мастеров. Родители приедут. Весело будет, интересно, и такая память будет!
Мальчишки эту затею сразу отмели, мол, ни выпить, ни закусить. Детский сад, честное слово! Мол, лучше на озеро уехать, там и заночевать. Красота, мы сами по себе, и никого лишнего, никакого контроля.
Девочки, сморщив носы, сообщили, что до озера ещё на чём-то добраться надо. Кто нас туда повезёт? Да и заночевать тоже так себе идея. Надо палатки с собой тащить, да и готовить опять же. Да и вообще, многих родители не отпустят, потому что недостаточно ещё выросли.
В общем, спорили, спорили, а потом успокоились. Решили, что потом, на месте решат, что делать.
Когда до вручения дипломов оставались считанные дни, оказалось, что и торжественная часть у них под большим вопросом.
В актовом зале произошло возгорание. Не сказать, что большое, но запах гари витал по всему училищу. А в самом актовом зале почерневшие стены навевали страх, панику, тоску и уныние.
Всех студентов распустили по домам чуть раньше, а дипломы группе выпускников выдавали в фойе, на первом этаже. Сначала выдали дипломы группе поваров, а следом и продавцам. Парни, трактористы и сварщики, получили свои дипломы ещё утром, и уже разбрелись, кто куда. Местные собрались кучкой, и ушли праздновать на речку, общагинские разъехались по домам.
Не было ни у кого ни счастья, ни радости. Лишь растерянность и удивление от осознания того, что ты теперь взрослый.
И даже те ребятишки, которые мечтали о том, что вот, мол, получу диплом, и пошлю весь коллектив далеко и надолго, лишь растерянно оглядывались по сторонам.
Вот она, взрослая жизнь. Мечтали, строили планы, думали о том, лишь бы скорее закончить эту шарагу.
Закончили, и что теперь?
И ладно местные. Им всегда было проще. Что во времена учёбы, когда отучился день, и домой, к мамке под крылышко, что сейчас.
Пусть маленький городок, но всё же работу найти можно. А вот тем, кто приехал на учёбу из деревень, как быть? Работы там днём с огнём не сыщешь. И ведь в то время, пока учились ребятишки, пока были под надзором мастеров, как- то не так представлялась им эта взрослая жизнь. Всё виделось по другому, а на деле оказалось очень страшно.
Сумки с вещами собраны, дверь в общежитие для них закрыта.
Постояв немного у крыльца, поговорив с Софьей, и попрощавшись, ребята разошлись в разные стороны. Местные выпускники пошли по домам, приезжие ребята гурьбой двинулись в сторону вокзала.
Софья, смахнув слезу, крикнула им вслед, мол, в добрый путь, ребята! Пусть всё у вас будет хорошо!
И, покачав головой, прошептала, мол, ребята, ребята! И пришли не по людски, и ушли без почестей. Даже не проводили вас по человечески!
Окончание напишу завтра.
Спасибо за внимание. С вами как всегда, Язва Алтайская.