(основано на реальной истории)
Восемнадцатый день рождения Ани должен был стать праздником. Торт ждал своего часа на кухне, подарки лежали нераспакованными, а в гостиной висла тишина, которую можно было резать ножом.
— Ты что себе позволяешь? — отец возвышался над дочерью, размахивая дневником с тройками. — Думаешь, раз совершеннолетняя стала, можно расслабиться? Я тебе покажу, как старших не уважать!
Анна сидела на диване, спокойная до жути. В руках у неё лежал старый телефон отца — тот самый, который он считал потерянным уже год.
— Покажешь? — голос девушки звучал ровно, без эмоций. — А измены свои маме ты уже показал?
Сергей Михайлович замер на полуслове.
— Что ты несёшь?
— А то, что у тебя есть ещё одна семья. Баба по имени Марина и сын Денис. На два года младше меня.
В комнату влетела мать, услышав повышенные голоса. Бабушка Вера поспешила за ней, придерживая сердце рукой.
— Анечка, что происходит? — Людмила Петровна растерянно смотрела на дочь, потом на мужа.
— Мама, садись. — Анна повернула экран телефона к собравшимся. — Сейчас я покажу тебе, с кем папа провёл прошлые выходные. И позапрошлые. И ещё много-много выходных.
Первый скриншот. Переписка: «Солнце моё, скучаю. Денис спрашивает, когда папа приедет».
Второй. Фотография: мужчина в знакомой куртке держит на руках мальчика у ёлки.
Третий. Сообщение: «Переведи на продукты, зарплата задерживается».
— Господи... — бабушка схватилась за спинку кресла. — Что же это делается...
Людмила смотрела на экран, и лицо её из бледного становилось красным, из красного — фиолетовым.
— Серёжа, — прошептала она. — Скажи, что это не ты.
— Люся, это... это не то, что ты думаешь...
— А что я думаю? — голос матери дрогнул. — Что ты столько лет водил меня за нос?
Сергей метнулся к дочери, попытался выхватить телефон.
— Откуда у тебя это? Ты что, рылась в моём телефоне?
— Не трогай её! — Людмила встала между мужем и дочерью. — Не смей к ней прикасаться!
— Мам, всё нормально. — Анна продолжала листать скриншоты с пугающим спокойствием. — Вот ещё интересное. Папа жаловался Марине, какая у него дома тяжёлая жизнь. Цитирую: «Жена постоянно ворчит, дочка хамит, денег не хватает». А вот тут он обещает увезти их в отпуск на деньги, которые мы с тобой копили на дачу.
Бабушка опустилась в кресло, тяжело дыша.
— Серёжа, миленький, — голос старой женщины дрожал, — скажи, что это какая-то ошибка. Скажи, что моя внучка врёт.
— Бабуль, я год это собирала. Хочешь, покажу ещё? — Анна достала свой телефон. — Вот папа покупает коляску. А это он выбирает квартиру. Однокомнатную, но зато только для своей новой семьи.
— Откуда... как ты... — Сергей осел на диван.
— Как я узнала? — Аня впервые за весь вечер улыбнулась, но улыбка эта была страшнее крика. — Очень просто. Год назад ты попросил меня найти твой старый телефон. Помнишь? Сказал, там важные контакты остались. Я нашла. И не только контакты.
В прихожей послышались шаги. В дверях появился младший брат Максим.
— А что у нас тут концерт? — четырнадцатилетний подросток оглядел собравшихся. — Чего все такие кислые? День рождения же...
— Максик, иди к себе, — тихо сказала мать.
— Не-а, — мальчик плюхнулся на пуф. — Интересно же. Аня, ты что-то натворила?
— Я? — девушка посмотрела на брата. — Я ничего не натворила. Это папа натворил.
— Замолчи! — взорвался Сергей. — Ты не имеешь права...
— Не имею? — Анна встала. — А ты имел право обманывать нас семь лет? Ты имел право тратить мамины деньги на свою любовницу? Ты имел право называть нас обузой?
— Я никого так не называл!
— Неправда. — голос Анны стал ледяным. — Вот переписка. Цитирую дословно: «Устал от обузы, от всех этих нахлебников. Хочется просто жить для себя».
Людмила всхлипнула и закрыла лицо руками.
— Двадцать лет... двадцать лет я дура была...
— Мам, не надо. — Анна подошла к матери. — Ты не дура. Ты просто верила.
— А зря верила! — женщина резко подняла голову. — Серёжа, убирайся из дома. Сейчас же.
— Куда я пойду? Это мой дом!
— Твой? — голос Людмилы стал стальным. — Дом записан на меня. Машина тоже. А твоя зарплата, судя по скриншотам, уже лет пять уходит в другую семью.
Максим растерянно смотрел по сторонам.
— Пап, это правда? У тебя есть другая семья?
Сергей молчал, глядя в пол.
— Отвечай мальчику, — потребовала бабушка. Голос её звучал слабо, но твёрдо. — Хватит врать.
— Да, есть. — мужчина поднял голову. — И знаете что? Я не жалею. Там меня любят. Там меня ценят.
— А мы тебя, значит, не любили? — прошептала Людмила.
— Любили... как умели.
— Как умели?! — взорвалась женщина. — Я тебе борщи варила, рубашки гладила, твою мать выхаживала, когда она болела! А ты? Ты где был, когда Аня в больнице лежала с аппендицитом? На работе! А где работа была? У этой твоей любовницы!
Сергей встал, направился к выходу.
— Все вы озлобленные. Жить с вами невозможно.
— Стой, — окликнула его Анна. — Я ещё не всё показала.
Мужчина обернулся.
— Что ещё?
— А вот это. — девушка продемонстрировала последний скриншот. — Твоя Марина спрашивает, когда ты разведёшься. А ты отвечаешь: «Скоро, дорогая. Подожди ещё немного. Младший сын подрастёт, и я буду свободен».
Максим вскочил с пуфа.
— То есть ты ждал, когда я вырасту, чтобы свалить?
— Максим... — Сергей протянул руку к сыну.
— Не трогай меня! — мальчик отшатнулся. — Не трогай!
— Все... — устало произнесла Людмила. — Хватит. Сергей, собирай вещи. Завтра подам на развод.
— А жить где буду?
— Не знаю. У Валеры попросись, у твоего брата. Или к своей прошмандовке иди сразу.
— Она не готова...
— Ах, не готова? — ядовито усмехнулась Анна. — Семь лет встречались, а она не готова? Может, она тоже кого-то водит за нос?
Сергей схватил куртку и направился к двери.
— Вы ещё пожалеете.
— Нет, — твёрдо сказала бабушка. — Жалеть будешь только ты.
Дверь хлопнула. В квартире повисла тишина.
***
Два месяца спустя
Анна сидела на кухне, готовилась к ЕГЭ. Мать мыла посуду, младший брат делал уроки. Привычная тишина, но уже другая — без напряжения, без ожидания подвоха.
— Анечка, — тихо позвала Людмила, — ты не жалеешь?
— О чём?
— Что рассказала нам тогда всё. Может, стоило... потерпеть как-то...
Анна отложила учебник.
— Мам, ты хочешь, чтобы он вернулся?
— Не знаю. Привычка, наверное. Двадцать лет всё-таки.
— А я знаю. — девушка подошла к матери. — Тебе стало легче дышать. Ты перестала вздрагивать, когда телефон звонит. Перестала проверять каждую копейку в кошельке.
— Но денег стало меньше...
— Зато они наши. А не уплывают в другую семью.
Максим поднял голову от тетрадки.
— А он звонил. Вчера. Хотел поговорить.
— И что ты ему сказал?
— Что занят. — мальчик пожал плечами. — А вообще мне всё равно. У меня есть мама и сестра. Они мои самые близкие люди. И этого мне хватает с головой.
Анна улыбнулась — впервые за долгое время искренне.
— Знаешь, Макс, может, мы и правда озлобленные. Но зато честные.
— Лучше быть злой, чем обманутой, — согласилась Людмила.
Вечером Анна сидела в своей комнате и смотрела на старый отцовский телефон, который он тогда так и не забрал. Все скриншоты были сохранены — доказательства его лжи и её правды.
Девушка долго держала палец над кнопкой "Удалить". Что толку хранить это? Отец живёт теперь в гараже у дяди Валеры, работает водителем где-то — прежнюю работу пришлось оставить из-за скандала. Марина почему-то тоже от него отвернулась. Видимо, ей нужен был не разведённый мужчина, а тайный любовник со стабильным доходом.
Бабушка Вера приходит в себя медленно. Всё спрашивает: "Как же так получилось?" Как будто можно найти момент, когда всё пошло не так, и исправить.
А Анна знает: ничего исправлять не нужно. Она сделала то, что должна была сделать. Сказала правду. Пусть и жестокую.
Телефон завибрировал. Сообщение от отца: "Анечка, можем поговорить?"
Девушка долго смотрела на экран, потом набрала ответ: "Мне нечего тебе сказать. И тебе нечего мне сказать. Мы сказали друг другу всё в мой день рождения."
"Я хочу объяснить..."
"Объяснения не изменят фактов. Ты врал много лет. Это единственный факт, который важен."
"Ты разрушила мою жизнь."
Анна усмехнулась и набрала последнее сообщение:
"Я не разрушала твою жизнь. Я просто показала, какая она есть на самом деле. Разница огромная."
Потом она всё-таки нажала "Удалить" и стёрла все скриншоты. Они больше не нужны. Правда уже высвобождена, как джинн из бутылки.
***
За окном шёл снег. Скоро весна, скоро выпускные экзамены, скоро взрослая жизнь. Анна подумала: может, она и правда жестокая. Но в этой жестокости есть что-то правильное. Что-то, что позволяет дышать полной грудью.
Мама больше не плачет по ночам. Бабушка перестала каждый день ждать, что Серёжа одумается и вернётся.
А сама Анна... она поняла, что взрослость — это не возраст. Это способность принимать решения и отвечать за них. Даже если эти решения делают больно. Даже если после них никто не остаётся победителем.
Иногда правда — это просто правда. Голая, неудобная, болезненная. Но без неё жить нельзя.
Потому что ложь, какой бы сладкой она ни была, рано или поздно разъедает всё изнутри. А правда хотя бы даёт шанс начать заново.
Анна закрыла учебники и легла спать. Завтра новый день. Без лжи. И обмана. Пусть и без иллюзий тоже.
Но зато честный.
Здесь пишут о том, что знакомо каждому — подпишитесь, если любите рассказы из жизни на основе реальных событий ПОДПИСАТЬСЯ ➡🗞