- Умаялся мальчишка. - Тамара Аркадьевна посмотрела на спящего на тахте мальчика.
Они с Ксенией чистили грибы, а Ваня, рассматривающий какую-то книгу, неожиданно опустил голову на диванную подушку и почти мгновенно уснул. Хозяйка встала, уложила его поудобнее, поправила подушку, ласково провела рукой по волосам. Книгу отложила в сторону.
- Русская мифология... - Прочитала Ксения. - Интересуетесь? Их поэтому так зовут?
Она кивнула на дремлющую на топчане у входа кошку и настороженно поднявшего уши пса.
- Интересуюсь. - Немногословно усмехнулась Тамара Аркадьевна, вновь принимаясь за чистку грибов.
- А вы давно живёте здесь?
- Двенадцать лет. - Спокойно отозвалась она. - А ты подумала, что я как Агафья Лыкова, всю жизнь в лесу? Нет, Ксения. Городская я. И никогда раньше не жила в деревне, а уж тем более на хуторе. Только жизнь иначе рассудила.
- Поэтому я и не поняла сначала. У вас речь интересная. Иногда обычная, а иногда словно местный говор. Ещё названия эти славянские, словно сказку рассказываете.
- Неудивительно. Я теперь тоже здешняя, больше десяти лет прошло, вот и речь такая. Среди людей живу, хоть и одна. А славяне... Когда-то, Ксения, я диссертацию защищала по славянской мифологии. Потом лекции читала. А потом... Да ладно, не об этом речь. Но интерес остался. За темой слежу, книги заказываю, когда выходит новое что-то.
- Скучаете по работе?
- Нет. - Слишком быстро ответила Тамара Аркадьевна. - Я на заслуженной пенсии. Чего мне скучать?
Дальше готовили молча. Но, вспомнив, как их спасительница поладила с Ваней, Ксения опять не выдержала.
- Тамара Аркадьевна, а у вас дети есть? Простите, если лезу не в своё дело, но Ваня к вам потянулся так сразу.
- Дочь. Взрослая. - Неохотно ответила хозяйка. - У неё своя жизнь.
И такая горечь прозвучала в этой короткой фразе, что Ксения решила больше не расспрашивать ни о чём Тамару Аркадьевну и заговорила на отвлечённые темы: о грибах, ягодах и лесном быте. Теперь та рассказывала охотно. Видно было, что давно не разговаривала ни с кем просто так, по душам, между домашними делами. Картошка и жаркое из лисичек томились в сковороде. Разбуженный вкусными запахами проснулся Ваня.
- А дядя Женя приехал?
- Должен был уже. - Тамара Аркадьевна посмотрела на часы. - Если не заплутал.
- Хорошо вы спрятались! - Засмеялся Ваня. - Ни мы пешком не нашли, ни дядя Женя на машине.
- Выходит, хорошо. - Тамара Аркадьевна улыбнулась невесело. - Покормить тебя, Иван?
- Нет, я дядю Женю подожду. А во двор выйти можно?
- Иди. - Кивнула хозяйка. - Не тюрьма у меня здесь. Только в лес не уходи. Белобог, присмотри.
Пёс вильнул хвостом и выбежал вслед за мальчиком.
- Слушается он вас как. - Удивилась Ксения. - Словно понимает всё, что ему говорят.
- А он и понимает. Восемь лет живёт со мной. Я его в лесу нашла, как раз в зиму дело было. Он застыл совсем в сугробе. Чистый волчонок был с виду. Только вот волчата обычно весной рождаются, а на календаре конец декабря. Принесла его домой, отогрела, выкормила. С тех пор не расстаёмся мы.
- А почему всё-таки Белобог? Вы Ване говорили, но на самом деле получается, что это вы его спасли и из леса вывели, а не он вас.
- Не он, говоришь? Знаешь, Ксюша... - Она сказала это так рассудительно и по-доброму, будто мама, что Ксении на минуту показалось, что она дома с родителями на кухне. - Бывают в жизни человека такие периоды, что свет белый не мил, что настолько беспросветно всё, кажется, дальнейшее существование бессмысленно. И вдруг совершенно неожиданно появляется тот, кто крепко держит тебя на этом свете, не даёт шагнуть в пропасть, заставляет просыпаться утром, готовить еду, заглядывает в глаза и в душу, и держит за край одежды острыми белыми ещё молочными зубами. И ты понимаешь, что ты нужна, что без тебя он пропадёт, что...
Ксения слушала с широко раскрытыми глазами, и почему-то ей хотелось плакать, столько в словах женщины было скрытой боли и любви.
- Мама, там дядя Женя приехал! - На пороге появился радостный Ваня. Посмотрел на Ксению, и улыбка его погасла. - А ты что? Нога опять болит, да?
- Нет. Всё хорошо, Ванюш.
- Скажи дяде своему, пусть сюда идёт. Картошка стынет. - Тамара Аркадьевна внимательно посмотрела на Ксению и сказала тихо. - Прости, девочка, мою невольную слабость. Не бери в голову.
Евгений быстро поднялся на крыльцо. Шагнул в дом.
- Здравствуйте. Это с вами я разговаривал? Спасибо вам за всё. Ксюш, что с ногой?
- Женька, да не паникуй. Уже всё нормально.
- Нормально. Но я бы всё же сделала рентген. - Заметила Тамара Аркадьевна. - Я не врач. Вдруг трещина.
- Я врач. - Женя присел. - Дай посмотрю.
Он быстро размотал бинт, прощупал ногу сестры.
- Растяжение. А повязку кто накладывал?
- Это тётя Тома. - Вмешался Ваня. - В лесу поясом завязала, а дома уже бинт.
- Вы молодец. - Женя встал. - Всё очень грамотно сделали. Мы поедем, ещё раз спасибо.
- Никуда не поедете, пока не поедите. - Тамара Аркадьевна решительно ставила тарелки на стол. - Зря, что ли, родные твои грибы собирали, а потом мы с Ксенией обед готовили?
- Кстати, про грибы. - Женя повернулся к сестре. - Ксюш, ну что ты как ребёнок? Что тебя в незнакомый лес понесло? Как вы вообще умудрились заблудиться?
- Прости, Жень. Мы ждали тебя, ждали. Ване стало скучно, и мне самой на месте не сиделось. Вот и отправились в поход.
Евгений покачал головой.
- Дядя Женя, не ругай маму! - Заступился Ваня. - Правда, это я просился куда-нибудь пойти. Зато у нас получилось самое настоящее приключение! И тётю Тому мы встретили. И Белобога, и Макошку! Если бы не мамина нога...
- Хороший племянник, доктор, растёт у тебя. - Тамара Аркадьевна протянула гостю вилку. - Настоящий мужчина. Никому мать не даёт в обиду. И послушать его сейчас тебе стоит. Ты лисички-то ешь пока, полезные они.
- Ну вы даёте все. - Женя взял вилку и, с облегчением рассмеявшись, признался. - Переволновался жутко.
- Прости ещё раз, братишка. - Ксения обняла брата. - Как там твой пациент?
- Спасли Фёдора. - Он с удовольствием поддел вилкой картошку с грибами. - М-м, вкусно.
Разговоры незаметно закрутились вокруг районной больницы.
- Не едет в эту глушь никто. - Тамара Аркадьевна вздохнула. - Вот ты, Женя, по всему видно, хороший врач. Остался бы?
- Сложный вопрос. - Евгений замялся. - Меня в своей больнице дела ждут и пациенты.
- Ты не смущайся, не смущайся. Это я так. Понимаю всё. А хорошие врачи везде нужны, и в твоей больнице тоже.
* * * * *
- Странная она, да? - Женя посмотрел в зеркало. Ваня снова дремал, свернувшись на заднем сидении. - Это у Ваньки от переизбытка эмоций, не волнуйся, Ксень.
- Местные её зовут Лесничихой. - Задумчиво произнесла сестра. - Она почти ничего о себе не рассказала. Только то, что живёт здесь двенадцать лет и что раньше была преподавателем в каком-то вузе. Но знаешь, Жень, я вот прямо чувствую, что в жизни этой женщины произошла какая-то трагедия. Ну не может человек вот так просто уйти от всех в лес. Она с такой тоской говорила о прошлой жизни, о дочери.
- У неё и дочь есть?
- Есть. Взрослая. Только Тамара Аркадьевна сказала о ней так скомканно и торопливо, что я почти ничего не поняла. Может быть, поссорились? Хотя странно, с виду она такая отзывчивая и доброжелательная женщина.
- Ой, Ксюш. В каждой избушке свои погремушки. Откуда нам знать, что между ними произошло. Может быть, она для других хорошая, а для собственного ребёнка хуже врага. Что скажешь, так не бывает?
- Да бывает, Женька, конечно, бывает. Но она с такой любовью смотрела на Ваню, что я кожей почувствовала, как она одинока. Знаешь, если человек был на грани, он меняется.
- А с чего ты взяла, что она была на грани?
- Поняла.
Ксения замолчала и уставилась в окно.
- Ксюх, не дуйся. - Женя не выдержал её молчания. - Я же не говорю, что она плохая. Просто мало ли что там у неё было в жизни.
- Я не дуюсь, Жень. Просто задумалась. Мне жаль её, понимаешь? Она нас с Ванькой спасла. А сама... Если человеку хорошо, то у него глаза не такие, и мысли не такие. Вдруг я тоже что-то могу для неё сделать, просто пока не знаю этого.
- Но раз она не просила, зачем лезть? Это твоя журналистская сущность тебе покоя не даёт. Говорила мама: «Ксения, журналист — не профессия, точнее, профессия не для тебя».
- Ну, здесь мама была права. Журналиста из меня не получилось. Поэтому и сижу за компьютером в своём офисе.
- Надавил на больное? Прости. Ну, хочешь, я спрошу об этой твоей Лесничихе у персонала больницы? Они наверняка знают. К ним же все обращаются.
- Спроси. - Оживилась Ксения. - Я хочу хоть что-то узнать о ней, пока мы находимся здесь. Иначе потом буду думать и не прощу себе бездействия.
На следующий день решали, что всё-таки делать с домом.
- Давай оставим, Ксень. - Женя похлопал ладонью по стенам. - В такой глуши ну за какую цену мы его продадим? А я в отпуске подремонтирую, будем сюда с Михой на рыбалку выбираться.
- Миха - это невролог ваш?
- Ну да. Михаил Васильевич. Помнишь, я рассказывал? Кстати, хочешь познакомлю? Здесь хорошо, тихо, спокойно. Со связью проблемы. Вот мы как раз всех и предупредим на работе, чтобы не дёргали, всё равно не дозвониться. Ваньку брать с собой будем.
- Мам, давай оставим. - Ваня подпрыгнул. - Я с дядей Женей и Михал Васильевичем приезжать буду.
- А ты откуда его знаешь?
- Так мы же на футбол вместе ходили.
- Это когда тебя болельщики чуть не растоптали? Представляю, что вы здесь втроём устроите.
- Ксюша, можно напомню? После футбола Ваньке только куртку порвали немного. А кто-то увёл ребёнка в глухой незнакомый лес...
- Между прочим, в целой куртке. И в целой привела обратно.
- Ну, привела его и тебя заодно твоя Лесничиха.
- Мама, мы сможем тётю Тому навещать с Белобогом! - Снова влез Ваня.
- Ксюш, если тебе деньги нужны, то давай я тебе какую-то сумму дам. Тебе сколько нужно?
- Вы меня так убеждаете, как будто я сказала «нет».
- А ты не сказала?
- Я даже рта не успела открыть.
- Значит, ты согласна не продавать дом?
- Женя, ну, конечно, согласна. Если ты считаешь, что он нам или тебе нужен, то пусть остаётся. Я на это наследство даже не рассчитывала. Мы с тобой и тётю нашу не знали совсем.
- О, Ксень! Хорошо. Знаешь, я сегодня поеду в район. Фёдора проверю после операции и заодно спрошу про твою новую знакомую, обещал ведь.
- Дядя Женя, ты опять уедешь? - Огорчился Ваня.
- Сегодня я быстро, Вань. - Пообещал Женя. - Туда и обратно. Просто этот мужчина, так уж получилось, теперь немного и мой пациент. Я должен его посмотреть, чтобы, когда мы уедем, быть уверенным, что с ним всё в порядке.
- Клятва, да? - Протянул мальчик. - Мама говорила.
- И клятва тоже. - Женя подмигнул племяннику. - Всё, не скучайте, я скоро.
Он не обманул. Вернулся и тут же окликнул Ваню:
- Собирайся, Ванёк, порыбачить успеем. Как раз вечерний клёв скоро начнётся.
- Ура!!! - Мальчик заметался по дому. - Мама, где моя удочка?
- Удочка твоя у меня в багажнике. - Крикнул со двора Женя. - Ксюш, хлеб есть на подкормку? А то я не подготовил ничего.
- Сейчас принесу. И спрей от комаров не забудьте. Жень, ты узнал что-нибудь?
- Не так много, но кое-что есть. Вернёмся и поговорим, хорошо? А то времени мало, а нам ещё червей копнуть надо. Ваня, готов?
- Готов! Готов!
Ванька, шлёпая сапожками, бежал к машине. Ксения улыбнулась, глядя на его счастливое лицо. Хорошо, что у её сына есть такой дядя. С отцом Ване не повезло, но её брат очень любит племянника, и сынишка, к счастью, не обделён мужским воспитанием и общением.
Когда машина скрылась за поворотом, она принялась наводить порядок. Ей вдруг захотелось такой же строгой сдержанной чистоты, как в доме у Тамары Аркадьевны, и Ксения прикидывала, что нужно поменять, чтобы в последующем приезжающему сюда Жене, да и ей самой было комфортно...
Продолжение будет опубликовано 21 августа
*****************************************
📌 Подписка на канал в Телеграм 🐾
***************************************