Глава 1
1941 год.
- Анна Васильевна, Анна Васильевна! - к учительнице во двор вбежала Машутка. Волосы её были растрепаны, глаза горели огнем, и щеки пылали от багрового румянца.
- Что случилось, Маша? Отчего ты так выглядишь, будто за тобой черти гонятся?
- Война, Аннушка Васильевна! Сейчас у сельского совета сбор будет. Вот я за вами и пришла.
- Ты чего такое говоришь? Какая война? - у Анны похолодело всё внутри.
- Немцы напали на Советский Союз. Пойдемте, Анна Васильевна.
Учительница побежала вслед за девочкой только чтобы убедиться, что она что-то неправильно поняла. Но у здания сельского совета уже столпились люди. Был там и Василий Петрович с Мишуткой на руках. Он мрачно смотрел на толпу, в глазах его было много печали и тоски. Увидев, что Маше не показалось, и что действительно началась война, Анна заплакала, прижимая к себе девочку.
***
- Разве можно вас призывать? - она возмущенно ходила по избе. - У вас двое детей на руках, они сироты.
- Знаете, столько детишек сиротами станут, прежде чем мы прогоним эту нечисть с нашей земли?
- Но всё же... У вас двое детей, оставшихся без матери. Как же так?
- Анна Васильевна, у моих детей есть родные бабушка и дедушка, - он сел на стул, сложил локти на стол и обхватил руками голову, - как, впрочем, и у Савельева, который отец шестерых детей. Есть бабушки и дедушки - детей к ним, и на фронт иди. Знаете, а я ведь не против. Одна мысль, что пока мои друзья будут Родину защищать, а я здесь за детскими спинами прятаться, изводит меня.
- Ни разу я их здесь не видела, бабушку и дедушку ваших. Хорошо, даже если у детей они есть, если даже их заберут, будет ли им там спокойно? - Анна посмотрела ему в глаза и всё поняла: сейчас пока не призывают вдовцов, и он врет, Василий сам поехал в военный комиссариат. Вот почему вчера он просил её за детьми присмотреть, дела у него в городе были! Конечно! Только вот дети... Видимо, он решил, что родители в столь тяжелое время смягчат свои сердца и примут ребятишек. Мужская городость, конечно. Как же - друзья его воевать станут, а он дома отсиживаться?
- Анна Васильевна, спокойно будет, когда Великая Отечественная война закончится, когда враг с земли нашей убежит, поджав хвост. А пока всем надо потерпеть. Завтра поеду к родителям, помирюсь с ними, объясню, как дело сложилось. У меня есть еще шесть дней. Кто бы подумал, что именно война сможет помирить меня с отцом и матерью.
Анна смотрела на мужчину и испытывала чувство жалости. Они никогда не говорили про его родителей, но знала она от односельчан, что Василий из другого колхоза, что там отец его был то ли председателем, то ли еще каким-то важным человеком, и женить его Петр Иванович мечтал на дочке своего друга. А тот возьми, да и влюбись в Татьяну. О девчонке нехорошие слухи шли, впрочем, ничем не подтвержденные, но Пётр Иванович о такой невестке и слушать не желал. А Василий возьми, да и уйди из дома. Тогда отец и запретил ему на пороге появляться. Кроме Василия у Петра Ивановича и его супруги Натальи было еще трое сыновей и две дочки, вот те отца радовали, жили по его усмотрению, а старший сынок непокорным оказался, вот и осерчал на него отец. Внуков от "гулящей" невестки даже видеть отказывались. А Василий тоже гордость имел, не сказал им никому, и весточку не послал, что Татьяна померла. Теперь же вот настало время, когда нужно примириться...
- Василий Петрович, а что если вы... - она не знала, как ему сказать, но всё же набралась смелости: - что если вы женитесь на мне?
- Это как так? - он удивился не меньше девушки, которая сама не знала, как посмела такое предложить. - Зачем вам это?
- Вот так. Вы через шесть дней на фронт отправитесь. А дети... Я хочу быть с ними, но кто они мне? Душевную привязанность к делу не пришьешь. А так они со мной останутся, я уж за несколько месяцев будто сроднилась с ними.
- А что же дальше будет, Анна? - впервые за несколько месяцев Василий обратился к ней, не добавив отчества.
- Василий Петрович, Василий... Что будет дальше - жизнь покажет. Я о детях думаю сейчас. Даже если ваши родители смилостивятся, а я уверена, так и будет, то Маша и Миша... Они же их не знают. Родители могут забрать их к себе, а это другой дом, другая школа, другие друзья.
- А как же потом?
- А потом мы сможем развестись. Я ведь не по-настоящему вам предлагаю пожениться, а только ради детей. Я уверена, Василий, вы вернетесь и всё будет хорошо. Я уверена, что это всё ненадолго, - она заплакала, а Василий, взяв её руку, тихо произнес:
- Вы чудесная женщина, Анна. Моя жена, Царствие ей Небесное, была такой же доброй и сердечной, а теперь мне судьба послала вас.
- Я не заменю никогда вам вашу жену, не стану детям родной мамой, но подарю им любовь и ласку, покуда вы сражаться будете за нашу Родину.
На следующий день они отправились в сельский совет, где их расписали. И в тот же день мать Василия прибыла в село вместе с Петром Ивановичем.
Они проводили на фронт трех своих сыновей и приехали, чтобы попросить прощения у сына, которого могут больше не увидеть.
- Правильно, что приехали, - произнес Василий. - Сам к вам собирался.
Наталья стояла во дворе и кого-то выглядывала.
- Не Татьяну ли ищешь? - спросил Василий, проследив за матерью.
Она промолчала, ничего не сказала.
- Здесь её нет. Уж полтора года как в сырой земле лежит, схоронил я любовь свою.
- Что ты такое говоришь, сынок? - отец подошел к сыну, мать заохала, начала причитать. - Почему же нам весть не сообщил?
- А надо было? - Василий усмехнулся. - Вы ведь Татьяну так невзлюбили, что и от меня пожелали отказаться. Когда мой первенец, Машутка, родилась, я вам весточку послал, поздравил с тем, что вы бабушка и дедушка. Но не было от вас ответа, будто не получали вы ни то мое послание, ни следующие.
Десять лет, вы только вдумайтесь, сколько времени прошло!
Не было от вас весточки, когда Татьяна вторым забеременела. Несколько лет у нас детишек не было после Маруськи, а тут радость такая. Но и снова тишина. Вы так горды были, что не могли за сына порадоваться. Вот и не написал вам, что померла Татьяна при родах, осиротив детей. Я тоже гордость имею!
- Прости, сынок, прости, - мать зарыдала, отец мрачно стоял и смотрел на ворота. Что тут скажешь? Не по его сын сделал, обиделся он крепко на парня. И послания получал, да вот только втемяшил себе в голову, что не хочет он видеть невестку Татьяну, гулящую, как про неё говорили. И гордыня не позволяла приехать, внуков увидеть. А оно вон как повернулось. Все эти десять лет отец обиду лелеял, да внуков от любимых невесток да зятьев нянчил. Так и пролетело время. И коли бы не война, кто знает, может быть и не приехали бы они.
- Забирают меня, - произнес он, оторвав мать от себя. - Скоро ухожу на фронт.
- А дети как же? С кем дети будут?
- С моей новой женой. Её Анной звать, она учитель Маши.
- Хорошая женщина? - настороженно спросила Наталья.
- Замечательная, мама, - улыбнулся он.
- Конечно, только вот теперь, раз мы примирились, можем забрать твоих детей, нечего им с мачехой жить, небось, обижать станет. Ты говорил, что старшую дочь Машей звать, а сына?
- Мишей. Не стал я мудрить. Только видишь как, мама, получается - дети вас не знают, к Анне они привыкли. Им с ней будет хорошо. И обижать она их не будет.
- Он прав, мать, - отец наконец подал голос. - В нашем доме теперь Санькины и Андреевы жены живут с детьми, уж даже на печи места нет. Может быть и в самом деле будет лучше, чтобы они с этой учительницей пожили.
***
Узнав, что прибыли родители Василия, Анна не пришла в его дом. Пусть она вот уже сутки, как его жена, но ведь это не по-настоящему! К тому же ей были неприятны люди, которые вычеркнули из своей жизни сына на долгие годы только потому, что им невестка не нравится. А вдруг и она не ко двору придется? Да и пусть бабушка с дедушкой с внуками пообщаются. Она сомневалась, что те вот так возьмут, и потребуют внуков им отдать, покуда сын воюет.
И она была права. Увидев Машутку, Наталья не почувствовала к ней тепло, которое должна ощущать бабушка. А всё потому, что девочка на мать очень сильно была похожа. А вот Мишеньку с рук она не спускала, только Маша, чувствовавшая холодность бабки и деда, ревностно следила за ними, оберегая от всего брата.
- А где же супруга твоя? Неужто не придет? - Петр Иванович покачал головой.
- Она папина жена по документам, а вообще Анна Васильевна моя любимая учительница, и живет она в другом доме. Мы перейдем жить к ней, когда папа уедет.
- Невоспитанная ты, Мария, - Наталья строго посмотрела на внучку. - Дедушка отцу вопрос задавал, а ты влезаешь.
- Мама, Маша правду говорит. Анна моя жена по документам.
- Всё у тебя вечно не по-людски, - покачала головой Наталья Васильевна.
Они остались до самого дня, пока Василий не ушел на фронт. Познакомились и с Анной, придя к ней в дом. Разговаривала она с ними холодно, потому что сразу увидела их отношение к Машеньке. Это внука они с рук не спускали, а девочку будто не замечали. Неужто до сих пор злятся на Татьяну, что ныне уже покойница? А теперь они в Маше видят её...
Когда родители Василия уехали, Анна перешла жить к нему. А всё оттого, что дом, который колхоз ей выделил, у неё забрали. Замуж вышла? Ступай к мужу. Нечего жить на два дома. В тот домик сразу вселилась молодая семья.
- А говорила, что не выйдешь замуж за Ваську, - смеялись местные кумушки. - А оно вона как обернулось.
- Я вышла за Василия ради детей. Только вам ведь всё не объяснишь.
- Вот вернется твой муженек, посмотрим. Люб он тебе, люб. И не отрицай!
Анна ничего на это не ответила. Она сама не знала, что ждет её впереди. И будет ли этот брак настоящим, или же разойдутся они и каждый пойдет своей дорогой.
Главное, чтобы вернулся живым!
ПРОДОЛЖЕНИЕ