— После декрета на прежнюю должность не рассчитывай! — предупредил директор, забыв про трудовой кодекс.
Марина застыла в дверях кабинета, растерянно сжимая в руках заявление о декретном отпуске. Василий Петрович даже не взглянул на неё — продолжал что-то печатать на компьютере, словно произнесённая фраза была чем-то обыденным, вроде пожелания хорошего дня.
— Что, простите? — голос Марины дрогнул.
Василий Петрович оторвался от монитора и посмотрел на неё поверх очков.
— Я говорю, место твоё занять придётся, сама понимаешь. А когда вернёшься, устроим тебя куда-нибудь. Может, в отдел документации, там как раз человек нужен.
Марина почувствовала, как к горлу подступает ком. Отдел документации — это архив на первом этаже, без окон, с вечно гудящей вентиляцией и стопками старых бумаг до потолка. После должности начальника отдела продаж, которую она занимала последние три года, это было равносильно ссылке.
— Но ведь по закону... — начала она.
— По закону, по закону, — передразнил Василий Петрович. — Закон законом, а жизнь жизнью. Бизнес не ждёт, пока ты с пелёнками возишься. Я не могу три года держать место пустым, сама понимаешь.
— Полтора, — машинально поправила его Марина. — Я планирую выйти через полтора года.
— Неважно! — отрезал директор. — Всё равно это слишком долго. Нам нужен человек сейчас, а не через полтора года.
Марина глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в руках. Она не ожидала такой реакции. Конечно, она знала, что Василий Петрович — человек старой закалки, для которого бизнес всегда стоял на первом месте. Но ведь они работали вместе почти семь лет! Она прошла путь от рядового менеджера до начальника отдела, не раз выручала компанию в трудных ситуациях, привлекала новых клиентов...
— Василий Петрович, я не понимаю, — голос предательски дрожал, но Марина старалась говорить твёрдо. — Я хорошо справляюсь со своими обязанностями, отдел под моим руководством показывает стабильный рост. В чём проблема?
Директор вздохнул и снял очки.
— Мариночка, ты не понимаешь. Беременность, роды, ребёнок — это всё очень сложно. Я по своей жене помню. Сил не останется ни на что. Какая работа? Какие клиенты? Ты через полгода уже на стену будешь лезть от недосыпа и хронической усталости. Я же о тебе забочусь.
— Но это моё право — решать, справлюсь я или нет, — возразила Марина. — И по трудовому кодексу за мной должны сохранить место.
— Да помню я про твой кодекс! — рассердился Василий Петрович. — Сейчас я возьму временно человека на твою должность. А когда вернёшься — будет видно. Иди, Марина, готовься к материнству. Это у тебя теперь главная работа.
Он снова уткнулся в монитор, давая понять, что разговор окончен. Марина постояла ещё несколько секунд в дверях, надеясь, что директор смягчится или хотя бы взглянет на неё. Но Василий Петрович демонстративно застучал по клавиатуре, словно решая вопросы государственной важности.
Марина вышла из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь. В коридоре никого не было, и она прислонилась к стене, пытаясь собраться с мыслями. Рука машинально легла на живот, где под свободным платьем уже угадывался небольшой округлый животик. Четвёртый месяц, и скоро будет заметно всем.
— Марин, ты чего тут стоишь? — раздался голос Ольги Сергеевны, главного бухгалтера и по совместительству близкой подруги.
— Да вот, заявление носила, — Марина попыталась улыбнуться, но улыбка вышла кривой.
— И как? — Ольга сразу поняла, что что-то не так.
— Сказал, что на прежнюю должность могу не рассчитывать. Предложил после декрета идти в архив.
— Что?! — Ольга аж задохнулась от возмущения. — Да он не имеет права! По закону...
— Я знаю, — Марина устало вздохнула. — Говорила ему. Но ты же знаешь Василия Петровича — что в голову втемяшится, то не выбьешь.
— Так, пойдём ко мне, — Ольга решительно взяла её под руку. — Чаю попьём, поговорим.
В кабинете бухгалтерии было тихо и уютно. Ольга заварила чай, достала печенье и села напротив Марины.
— Значит так, — начала она деловым тоном. — Никуда он тебя не денет. Трудовой кодекс на твоей стороне. Если что — пойдёшь в трудовую инспекцию, и Василию Петровичу такой штраф впаяют, что мало не покажется.
— Оль, да не хочу я скандалов, — Марина обхватила чашку ладонями, грея озябшие руки. — Я просто расстроилась. Думала, что Петрович будет рад за меня. Всё-таки семь лет вместе работаем.
— Радость и бизнес — вещи несовместимые, по его мнению, — фыркнула Ольга. — Он же старой закалки, считает, что женщина должна выбирать: либо семья, либо карьера. А то, что сейчас двадцать первый век на дворе, для него неважно.
Марина отпила чай и задумчиво посмотрела в окно. За стеклом был виден двор офисного центра, где сотрудники курили, разговаривали, смеялись. Обычный рабочий день, ничего особенного.
— Знаешь, я ведь всё продумала, — сказала она, не отрывая взгляда от окна. — Взяла бы отпуск по уходу за ребёнком до полутора лет, но вышла бы раньше. Мама обещала помогать с малышом. Я бы могла работать даже из дома часть времени. Современные технологии позволяют.
— Конечно, — поддержала её Ольга. — И не ты первая, не ты последняя. Вон, Светка из юридического тоже вышла через полгода после родов. И ничего, справляется.
— Вот и я о том же, — кивнула Марина. — Но Петрович словно в прошлом веке живёт. Для него беременная женщина — уже не работник.
— Не переживай, — Ольга накрыла её руку своей. — Мы что-нибудь придумаем. В конце концов, закон на твоей стороне.
Вечером Марина рассказала мужу о разговоре с директором. Андрей, обычно спокойный и рассудительный, на этот раз не сдержался.
— Да как он смеет! — возмутился он, расхаживая по кухне. — Это же прямое нарушение трудового законодательства!
— Андрей, успокойся, — Марина устало потёрла виски. — Я не хочу скандала. Может, он просто погорячился. Остынет и передумает.
— А если нет? — Андрей остановился напротив жены. — Что ты будешь делать, если он действительно не вернёт тебе должность?
Марина задумалась. Этот вопрос крутился у неё в голове весь день.
— Не знаю, — честно призналась она. — С одной стороны, я могу подать жалобу в трудовую инспекцию. С другой — я не хочу портить отношения с коллективом. Люди там хорошие.
— Люди хорошие, а директор — самодур, — буркнул Андрей. — И вообще, может, это и к лучшему. Давно говорил тебе, что пора сменить работу. Сколько раз тебя обходили с премиями, заставляли перерабатывать без оплаты...
— Но я люблю свою работу, — тихо сказала Марина. — Мне нравится то, что я делаю.
— Знаю, — Андрей смягчился и обнял жену. — Просто не хочу, чтобы тебя обижали. Особенно сейчас.
Он нежно погладил её живот, и Марина почувствовала, как внутри разливается тепло. Что бы ни случилось, у неё есть Андрей, и скоро будет их ребёнок. А с работой... что ж, будет видно.
На следующий день Марина пришла на работу пораньше. Ей хотелось спокойно подготовить все документы для отпуска по беременности и родам. Через месяц ей предстояло уйти на больничный, и нужно было передать дела.
В офисе было тихо, только уборщица Нина Степановна протирала столы и поливала цветы.
— Здравствуйте, Нина Степановна, — поздоровалась Марина, проходя мимо.
— Здравствуй, деточка, — улыбнулась пожилая женщина. — Что-то ты сегодня ранняя пташка.
— Дел много, хочу всё успеть, — Марина улыбнулась в ответ.
— Ой, а я слышала, ты у нас в интересном положении? — Нина Степановна понизила голос до заговорщического шёпота.
— Да, в апреле должна родить, — подтвердила Марина.
— Дай Бог здоровья и тебе, и малышу, — Нина Степановна истово перекрестилась. — Я вот троих вырастила, и ничего, справилась. Правда, тогда время другое было, проще.
— Спасибо, — Марина невольно улыбнулась. Нина Степановна всегда вызывала у неё тёплые чувства. Простая, добрая женщина, которая к каждому относилась с материнской заботой.
— А Петрович-то что говорит? — вдруг спросила уборщица. — Небось, недоволен?
— С чего вы взяли? — удивилась Марина.
— Да он всегда так, — махнула рукой Нина Степановна. — Когда Людочка из секретариата забеременела, он её чуть ли не в тот же день уволил. Нашёл какой-то повод. А девочка хорошая была, работящая.
Марина похолодела. Об этой истории она не знала. Людмила уволилась за год до того, как Марина пришла в компанию.
— И что, она не жаловалась? — спросила Марина.
— Да куда там жаловаться, — вздохнула Нина Степановна. — Тогда время такое было, кризис. Работу найти — счастье великое. Вот и молчали все.
Уборщица, увидев, как изменилось лицо Марины, спохватилась:
— Ой, ты не подумай чего! Сейчас-то времена другие. Да и ты не простой сотрудник, а начальник отдела. Тебя так просто не выгонишь.
Марина кивнула, но на душе стало тревожно. История с Людмилой заставила её по-новому взглянуть на ситуацию. Что, если Василий Петрович действительно решит избавиться от неё? Найдёт какой-нибудь повод, придерётся к мелочи...
В своём кабинете Марина первым делом открыла трудовой кодекс на компьютере. Она знала, что закон на её стороне, но хотела перечитать конкретные статьи, чтобы быть во всеоружии.
«Статья 256. Отпуска по уходу за ребёнком. По заявлению женщины ей предоставляется отпуск по уходу за ребёнком до достижения им возраста трёх лет...»
«Статья 261. Гарантии беременным женщинам и лицам с семейными обязанностями при расторжении трудового договора...»
«За работником, находящимся в отпуске по уходу за ребёнком, сохраняется место работы (должность)».
Всё было чётко и ясно. Закон гарантировал сохранение должности. Но одно дело — буква закона, и совсем другое — реальная практика.
День пролетел незаметно. Марина была погружена в работу, стараясь не думать о вчерашнем разговоре с директором. Но мысли всё равно возвращались к нему, как магнитом.
Вечером, когда большинство сотрудников уже разошлись, в дверь её кабинета постучали.
— Войдите, — отозвалась Марина, не отрывая взгляда от монитора.
Дверь открылась, и на пороге появился Игорь Степанович, заместитель директора и второй человек в компании после Василия Петровича.
— Не помешаю? — спросил он, проходя в кабинет.
— Нет, что вы, — Марина выключила компьютер и повернулась к нему. — Чем обязана?
Игорь Степанович был полной противоположностью Василия Петровича — высокий, худощавый, с мягкими манерами и негромким голосом. Он редко повышал голос и всегда находил компромиссы в спорных ситуациях.
— Я слышал о вашем разговоре с Василием Петровичем, — сказал он, присаживаясь напротив Марины. — И хотел бы кое-что прояснить.
— Да, директор дал понять, что после декрета мне придётся искать новую должность, — Марина старалась говорить спокойно, но в голосе всё равно проскальзывали нотки обиды.
— Видите ли, Марина Александровна, — Игорь Степанович сложил руки на столе, — Василий Петрович сейчас находится под большим давлением. У нас проблемы с новым контрактом, инвесторы требуют отчёты... Он немного... эмоционален.
— Я понимаю, — кивнула Марина. — Но это не отменяет моих законных прав.
— Безусловно, — поспешил согласиться заместитель директора. — Никто и не собирается их нарушать. Просто Василий Петрович хотел бы, чтобы переход был максимально плавным. Мы возьмём человека на ваше место временно, с испытательным сроком. А когда вы вернётесь...
— Я окажусь не у дел, — закончила за него Марина.
— Нет-нет, что вы! — запротестовал Игорь Степанович. — Мы найдём решение, которое устроит всех. Может быть, создадим новый отдел или расширим ваши полномочия. В конце концов, вы ценный сотрудник, и мы не хотим вас терять.
Марина внимательно посмотрела на него. Игорь Степанович выглядел искренним, но что-то в его словах настораживало.
— Скажите честно, — попросила она. — Василий Петрович действительно собирается убрать меня с должности начальника отдела?
Игорь Степанович замялся, и это было красноречивее любых слов.
— Понимаете, — наконец произнёс он, — Василий Петрович считает, что руководящая должность требует полной отдачи. А с маленьким ребёнком...
— Я справлюсь, — твёрдо сказала Марина. — У меня есть муж, мама готова помогать. Я не собираюсь забрасывать работу.
— Я верю вам, — кивнул Игорь Степанович. — Но решение принимает не только Василий Петрович. Есть ещё совет директоров, инвесторы...
— Которые, конечно же, считают, что женщина с ребёнком — плохой руководитель, — горько усмехнулась Марина.
— Я не говорил этого, — поспешил оправдаться заместитель. — Просто... ситуация сложная.
— Понимаю, — Марина выпрямилась. — Что ж, спасибо за откровенность. Я подумаю над вашими словами.
Игорь Степанович ещё немного посидел, явно чувствуя себя неловко, затем попрощался и ушёл. Марина осталась одна в кабинете, обдумывая услышанное.
Итак, ситуация прояснилась. Василий Петрович действительно хотел избавиться от неё как от руководителя. И, судя по всему, уже заручился поддержкой совета директоров. Означало ли это, что борьба заранее проиграна? Или всё-таки стоило сражаться за свои права?
Марина достала телефон и набрала номер Андрея.
— Привет, я задержусь немного, — сказала она, когда муж ответил. — Нужно кое-что закончить.
— Всё в порядке? — в голосе Андрея слышалось беспокойство.
— Да, просто работа, — Марина постаралась, чтобы голос звучал бодро. — Буду через час.
Повесив трубку, она открыла почту и начала писать письмо. Адресатом был старый знакомый, юрист, специализирующийся на трудовых спорах. Марина коротко описала ситуацию и попросила совета.
Отправив письмо, она откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Усталость навалилась внезапно, словно тяжёлое одеяло. Беременность давала о себе знать — иногда её клонило в сон прямо посреди дня.
«Может, Василий Петрович прав? — мелькнула предательская мысль. — Может, я действительно не справлюсь с руководящей должностью и маленьким ребёнком одновременно?»
Но тут же пришла другая мысль: «А почему, собственно, нет? Тысячи женщин справляются. Почему я должна быть исключением?»
Марина открыла глаза и решительно встала. Нет, она не собиралась сдаваться без боя. Если Василий Петрович хочет войны — он её получит.
Вечером, уже дома, Марина получила ответ от юриста. Прочитав его, она почувствовала прилив уверенности. Всё было именно так, как она и думала — закон полностью на её стороне. И если Василий Петрович попытается лишить её должности, она сможет обратиться в трудовую инспекцию или даже в суд.
— Ну что, какие новости? — спросил Андрей, глядя на улыбающуюся жену.
— Хорошие, — Марина показала ему письмо. — Теперь я точно знаю, что делать.
На следующее утро Марина пришла на работу с твёрдым намерением поговорить с Василием Петровичем ещё раз. Но оказалось, что директор уехал на переговоры и вернётся только через три дня.
— Вот и хорошо, — сказала Ольга, когда Марина поделилась с ней своими планами. — Успеешь всё обдумать и подготовиться. А то сгоряча можно наломать дров.
— Наверное, ты права, — согласилась Марина. — Но я не хочу откладывать этот разговор надолго. Чем раньше мы всё проясним, тем лучше.
Три дня пролетели незаметно. Марина работала как обычно, стараясь не показывать, что её что-то тревожит. Она подготовила все документы для передачи дел, составила подробный план работы отдела на ближайшие месяцы и даже набросала несколько идей для новых проектов.
Когда Василий Петрович наконец вернулся, Марина была готова к разговору. Она попросила секретаря записать её на приём и в назначенное время постучала в дверь директорского кабинета.
— Входите, — раздался голос Василия Петровича.
Марина вошла и села напротив директора. Тот выглядел усталым — под глазами залегли тени, а на лбу появились новые морщины.
— Что у тебя, Марина? — спросил он, откладывая бумаги, которые просматривал. — Если по поводу декрета, то я уже всё подписал.
— Я хотела поговорить о том, что будет после, — спокойно сказала Марина. — О моём возвращении на должность начальника отдела.
Василий Петрович нахмурился.
— Мы уже обсуждали это, — напомнил он. — Я не могу гарантировать, что место останется за тобой.
— По закону вы обязаны сохранить за мной должность, — Марина положила на стол распечатку соответствующей статьи трудового кодекса. — Здесь всё чётко сказано.
Директор пробежал глазами текст и поморщился.
— Закон законом, но бизнес есть бизнес, — повторил он свою любимую фразу. — Я не могу заморозить должность на полтора года.
— Вы можете взять временного сотрудника, — возразила Марина. — Это стандартная практика.
— А если этот временный сотрудник окажется лучше тебя? — прищурился Василий Петрович. — Что тогда? Я должен буду его уволить только потому, что ты решила вернуться?
— Если этот сотрудник будет принят с условием временной работы, то да, — твёрдо сказала Марина. — Таковы правила игры.
Они смотрели друг на друга несколько секунд, словно меряясь силами. Наконец, Василий Петрович откинулся на спинку кресла и неожиданно улыбнулся.
— А ты изменилась, Марина, — сказал он с каким-то странным удовлетворением. — Раньше ты бы не стала так отстаивать свои права.
— Раньше мне не приходилось, — парировала она.
— И это хорошо, — кивнул директор. — Знаешь, я ведь специально так сказал тебе в прошлый раз. Хотел проверить, как ты отреагируешь.
Марина недоверчиво посмотрела на него.
— Вы... проверяли меня?
— Можно и так сказать, — Василий Петрович снова улыбнулся. — Видишь ли, Марина, мне нужны люди, которые умеют бороться. Которые не сдаются при первых трудностях. И ты доказала, что ты именно такой человек.
— То есть... вы не собирались лишать меня должности? — Марина всё ещё не могла поверить в то, что слышала.
— Конечно, нет, — Василий Петрович покачал головой. — Я слишком ценю тебя как специалиста. Но мне нужно было убедиться, что материнство не сделает тебя... мягче. Что ты не растеряешь свой характер.
Марина не знала, что сказать. С одной стороны, она испытала облегчение от того, что её место сохранится. С другой — была возмущена тем, что директор устроил ей такую проверку.
— Не сердись, — Василий Петрович, казалось, прочитал её мысли. — В бизнесе нужна твёрдость. И я рад, что ты её не потеряла.
— Спасибо, наверное, — Марина всё ещё была растеряна. — Значит, после декрета я возвращаюсь на свою должность?
— Разумеется, — кивнул директор. — Если, конечно, сама захочешь. Кстати, у меня есть предложение. Пока ты будешь в декрете, могла бы консультировать нас удалённо по некоторым вопросам. За отдельную плату, разумеется. Что скажешь?
Марина задумалась. Предложение было неожиданным, но интересным.
— Я подумаю, — сказала она. — Сначала нужно понять, как пойдут дела с ребёнком.
— Конечно, — согласился Василий Петрович. — Время ещё есть.
Когда Марина вышла из кабинета директора, её переполняли противоречивые чувства. Облегчение, радость, обида, недоумение — всё смешалось в странный коктейль эмоций.
В коридоре её встретила Ольга, нетерпеливо переминавшаяся с ноги на ногу.
— Ну как? — шёпотом спросила она. — Что он сказал?
Марина рассказала о странном повороте событий, и Ольга покачала головой.
— Вот старый лис! — возмутилась она. — Устроил тебе проверку на прочность! И это в твоём положении!
— Зато теперь я точно знаю, что место за мной сохранено.
Самые популярные рассказы среди читателей: