Стук в дверь прозвучал точно в семь вечера. Я как раз заваривала чай – хотела устроить себе тихий вечер с книгой. За последние месяцы таких вечеров стало больше, и я уже не считала это одиночеством. Скорее, передышкой.
– Мам, открой! – голос Лены звучал как-то слишком бодро. Рядом послышался смех Вадима, моего зятя.
Я отложила заварочный чайник и пошла к двери. Через глазок увидела их обоих – нарядных, с букетом цветов и коробкой конфет. Лена улыбалась той натянутой улыбкой, которую я научилась распознавать еще в её подростковом возрасте.
– Какие гости дорогие! – я открыла дверь и обняла дочь. – Что за праздник?
– Да просто соскучились, – Вадим протянул мне цветы. – Решили навестить любимую тещу.
Я взяла букет – дорогие розы, не из ближайшего ларька. Конфеты тоже были в красивой коробке с золотыми завитушками. Интересно.
– Проходите, проходите. Как раз чай завариваю.
Мы прошли на кухню. Лена села на привычное место у окна, Вадим устроился напротив. Я поставила цветы в вазу и достала из шкафчика красивые чашки – те самые, что берегла для особых случаев.
– Мам, а у тебя тут что-то изменилось, – Лена оглядывалась по сторонам. – Как-то... светлее что ли.
– Шторы поменяла, – ответила я, разливая чай. – Старые уже совсем выцвели.
На самом деле я многое поменяла за последние недели. Не только шторы. Но им об этом знать не обязательно. Пока.
– Конфетки попробуй, – Вадим открыл коробку. – Говорят, очень вкусные.
– Спасибо. – Я взяла одну, хотя сладкого почти не ела. – А как дела у вас? Работа, планы...
– Да все нормально, – Лена быстро ответила и посмотрела на мужа. – У Вадима проект новый начинается. Перспективный очень.
– Это хорошо, – я кивнула. – В наше время работа – это главное.
Вадим покашлял и отпил чаю.
– Знаете, Нина Петровна, мы тут с Леной думали... Вы же одна живете в такой большой квартире.
Вот оно. Началось.
– Большой? – я улыбнулась. – Мне как раз хватает. Комната, кухня, всё компактно.
– Ну да, конечно, – Лена заговорила быстрее обычного. – Но все же... Коммунальные платежи, ремонт если что... Это же расходы постоянные.
– Справляюсь пока.
– Конечно, справляетесь, – Вадим наклонился ко мне. – Но мы переживаем за вас. Вдруг что-то случится, а мы далеко живем...
Они жили в двадцати минутах езды на автобусе. Но за последний год заезжали от силы раз в месяц, и то ненадолго.
– А что, собственно, вы предлагаете? – я спросила спокойно, хотя внутри уже всё кипело.
Лена и Вадим переглянулись. Он кивнул ей – мол, говори ты.
– Мам, мы тут подумали... – дочь взяла мою руку в свои. – Может, тебе к нам переехать? У нас комната свободная есть, после того как Костик в общежитие переехал.
Костик – их старший сын, мой внук. Поступил в институт и съехал от родителей при первой возможности. Умный мальчик.
– А что с моей квартирой? – спросила я, хотя ответ знала заранее.
– Ну, можно же продать, – Вадим пожал плечами. – Деньги в семейный бюджет. Вам на старости лет спокойнее будет, и нам поможете.
Вот так. Прямо и без обиняков.
– Понятно, – я отпила чаю. – А давно вы об этом думаете?
– Да мы уже месяца два обсуждаем, – Лена сжала мою руку сильнее. – Просто не знали, как подойти к разговору.
Два месяца. Интересно. Как раз столько времени прошло с тех пор, как Вадим остался без работы. Он думал, что я не знаю, но Галина Ивановна из соседнего подъезда видела его днем в будни у продуктового. Рассказала мне случайно, когда встретились в поликлинике.
– А что случилось с проектом, который ты упоминал? – обратилась я к зятю.
– А... ну это потом, не сразу, – он замялся. – В следующем месяце должно начаться.
– Или в следующем году, – добавила про себя мысленно. Лена работала продавцом в магазине одежды, получала немного. А тут еще кредит на машину, который они взяли год назад.
– Мам, ты что молчишь? – дочь смотрела на меня с тревогой. – Тебе идея не нравится?
– Идея интересная, – ответила я медленно. – Только вот я привыкла к самостоятельности. Сама решать, когда вставать, что готовить, когда телевизор смотреть...
– Да мы тебя стеснять не будем! – Вадим оживился. – У каждого своя жизнь. Просто будем рядом, если что-то понадобится.
– И деньги от продажи квартиры тоже будут рядом, – подумала я.
– А сколько, по-вашему, моя квартира может стоить? – спросила я как бы между прочим.
Глаза у обоих загорелись.
– Мы уже интересовались, – Лена достала из сумочки листок с цифрами. – Риелтор говорит, что миллиона полтора точно дадут. А может, и больше, если повезет с покупателем.
Значит, уже и к риелтору ходили. Основательно подготовились.
– Полтора миллиона, – повторила я. – Хорошие деньги.
– Представляешь, мам! Мы кредит закроем, ремонт сделаем нормальный... А тебе отдельно деньги на карманные расходы выделим, естественно.
Карманные расходы из моих же денег. Щедро.
– А если мне у вас не понравится жить? – продолжала я испытывать их терпение.
– Да что ты, мам! – Лена всплеснула руками. – Мы же семья! Найдем общий язык.
– Конечно найдем, – согласился Вадим. – Главное – желание.
Я встала и подошла к окну. На улице включались фонари, люди спешили домой после работы. Обычный вечер в обычном городе. А в моей кухне разворачивалась обычная семейная драма.
– Знаете что, – сказала я, поворачиваясь к ним. – Мне нужно время подумать.
Лица у них вытянулись.
– Но мам, тут же думать особо не о чем, – начала было Лена.
– Есть о чем, – перебила я. – Это серьезное решение. Я привыкла здесь жить, у меня соседи, знакомые, поликлиника рядом...
– Поликлиника и у нас есть, – буркнул Вадим.
– Не спорю. Но все же дайте мне неделю. Хорошо?
Они переглянулись. Выбора у них не было.
– Ладно, – согласилась Лена. – Только долго не тяни, а? А то риелтор говорил, что осенью цены могут упасть.
Конечно, риелтор переживает за мой кошелек.
После их ухода я села в кресло и включила торшер. Квартира действительно стала светлее и уютнее. Я многое поменяла, когда поняла, что дочь с зятем строят планы на мою жилплощадь.
Галина Ивановна рассказала мне не только про то, что видела Вадима у магазина. Она видела, как они приезжали сюда, когда меня не было дома. Стояли у подъезда, что-то обсуждали, показывали на окна. А потом Лена звонила мне и спрашивала, не хочу ли я съездить к тете Клаве в деревню. На недельку, подышать свежим воздухом.
Я тогда удивилась такой заботе, но поехала. А когда вернулась, соседка сказала, что видела их машину во дворе. Дня три подряд.
Сначала я не поверила. Потом стала замечать мелочи. То книга лежит не там, где я оставила. То в шкафу вещи переложены. То замок как будто заедает по-другому.
А неделю назад нашла под диваном визитку риелтора. Забыли, видимо.
Вот тогда я и поняла, что они давно всё решили без меня. И этот вечерний визит с цветами и конфетами – просто спектакль. Они думали, что я ни о чем не догадываюсь.
На следующий день я позвонила своему бывшему коллеге Михаил Сергеевичу. Он после пенсии подрабатывал юридическими консультациями.
– Нина Петровна! – он обрадовался. – Как дела? Что случилось?
Я рассказала ему ситуацию. Он слушал молча, только изредка вставлял "понятно" и "ясно".
– Ну что сказать, – вздохнул он, когда я закончила. – История обычная. Дети думают, что родители им всё должны.
– А что мне делать?
– А вы что хотите делать?
Хороший вопрос. Чего я хотела?
– Жить спокойно, – ответила я честно. – И чтобы меня не обманывали.
– Тогда есть варианты. Можете квартиру подарить, можете завещать, можете вообще продать и потратить деньги на себя.
– А если подарю?
– Если подарите – больше не ваша. Могут выселить в любой момент. Законно.
– А завещание?
– Завещание можете менять, сколько хотите. И жить будете где хотите.
Мы проговорили еще полчаса. Михаил Сергеевич объяснил мне все тонкости, дал телефон нотариуса, с которым работал.
Через день я была уже в нотариальной конторе.
– Хочу завещание составить, – сказала я молодой женщине за столом.
– Конечно. На кого завещаете?
– Пока не решила. Можно просто оформить документ, а имя потом вписать?
– Можно. И потом сколько угодно раз переписывать.
Это меня устроило.
Еще через день я зашла в банк. Открыла депозит на свое имя. Положила туда деньги, которые копила "на черный день". Теперь даже если что-то случится, похоронить меня будет на что. И дети не смогут сказать, что я им в тягость.
А потом сходила к врачу. Полное обследование. Результаты оказались неплохими для моих шестидесяти двух лет. Давление немного повышенное, суставы побаливают, но в целом я была вполне крепкой женщиной.
– Еще лет двадцать проживете, – пошутил терапевт. – Если будете за собой следить.
Двадцать лет. Много это или мало? Для Лены с Вадимом, видимо, слишком много.
Вечером того дня, когда я получила результаты анализов, позвонила дочь.
– Мам, ну как? Решила что-нибудь?
– Еще думаю, – ответила я.
– Мам, только не затягивай, ладно? У Вадима собеседование на новой работе, но работодатель хочет гарантий, что с жильем вопрос решен.
Вот оно что. Работодатель хочет гарантий. Интересно, что это за работа такая, где нужны гарантии по жилью от соискателя?
– А что за работа? – спросила я.
– Да в строительной фирме. Хорошая зарплата, но знаешь, как сейчас с кризисом... Все перестраховываются.
– Понятно.
– Мам, а давай завтра встретимся? Поговорим спокойно, обсудим детали.
– Давай.
– Приезжай к нам, а? У меня смена ранняя, в два уже дома буду.
– Хорошо.
Я приехала к ним на следующий день к трем часам. Лена действительно была дома, возилась на кухне. Вадим сидел в гостиной перед телевизором, но звук был выключен.
– Мам, проходи, садись, – Лена выглядела нервной. – Чай будешь?
– Буду.
Мы сели за стол. Вадим присоединился к нам.
– Ну что, думала? – он смотрел на меня выжидающе.
– Думала, – кивнула я. – И вот что решила.
Они подались вперед.
– Квартиру я продавать не буду.
Лица у них вытянулись.
– Мам, но почему? – Лена схватила меня за руку. – Мы же всё обсудили...
– Вы обсудили, – поправила я. – А меня не спросили.
– Как не спросили? – возмутился Вадим. – Мы же вчера...
– Вчера вы мне сообщили свое решение. И подождали, пока я с ним соглашусь.
Они молчали.
– Но я не соглашаюсь, – продолжила я. – Мне хорошо живется в своей квартире. И переезжать я не планирую.
– Мам, но мы же о тебе заботимся! – голос Лены стал выше. – Что плохого в том, что мы хотим быть рядом?
– Ничего плохого. Если это правда.
– А что неправда? – Вадим начинал злиться.
– То, что вы о моей старости переживаете, – сказала я спокойно. – Вы о моих деньгах переживаете.
– Мам! – Лена возмутилась. – Как ты можешь такое говорить!
– Легко. Потому что это правда.
Я достала из сумочки визитку риелтора.
– Это ваша?
Они уставились на визитку, как кролики на удава.
– Мам, мы можем объяснить... – начала Лена.
– Можете, – согласилась я. – Только не надо.
– Нина Петровна, – Вадим попытался взять ситуацию под контроль. – Вы не так всё поняли. Мы действительно хотели узнать стоимость, но только чтобы...
– Чтобы знать, на сколько денег рассчитывать, – закончила я за него.
– Нет! Чтобы понимать, стоит ли вообще затевать продажу!
Хорошо придумано. Почти поверила бы, если бы не знала про визиты в мое отсутствие.
– А зачем вы приезжали ко мне домой, когда меня не было?
Тут они совсем растерялись.
– Кто тебе сказал? – тихо спросила Лена.
– Неважно кто. Важно зачем.
Молчание затянулось. Вадим барабанил пальцами по столу, Лена смотрела в окно.
– Мы хотели посмотреть, что нужно починить перед продажей, – наконец сказал зять.
– Без меня?
– Не хотели тебя расстраивать раньше времени.
– Понятно.
Я встала.
– Еще раз повторяю: квартиру не продаю. К вам не переезжаю. Живу сама и собираюсь жить дальше.
– Мам, но как же мы? – Лена чуть не плакала. – У Вадима работа...
– У Вадима работы нет уже два месяца, – сказала я. – И врать мне больше не нужно.
Вадим покраснел.
– Откуда вы знаете?
– Я многое знаю. Например, что вы планировали получить деньги от продажи моей квартиры и решить свои проблемы.
– Мам, ну хорошо, – Лена вытерла глаза. – Допустим, мы не так подошли к разговору. Но ведь правда же – мы семья! И если у нас трудности, то разве не должны родители помочь детям?
Вот оно. Наконец-то честно.
– Должны, – согласилась я. – Если могут и если дети об этом просят, а не хитрят.
– Ну так мы просим! – обрадовался Вадим. – Помогите нам!
– Помогу, – кивнула я. – Но не так, как вы хотели.
Я достала из сумочки конверт.
– Здесь тридцать тысяч рублей. Этого хватит, чтобы продержаться, пока Вадим работу найдет.
Они взяли конверт с таким видом, будто я дала им тридцать копеек.
– Мам, но этого же очень мало, – прошептала Лена.
– Это то, что я могу дать без ущерба для себя.
– А квартира?
– Квартира моя. И останется моей до тех пор, пока я жива.
– А потом?
– Потом посмотрим.
Я пошла к двери.
– Мам, подожди! – Лена догнала меня в прихожей. – Ну нельзя же так!
– Можно, – ответила я, надевая куртку. – И нужно.
– Но мы же не враги!
– Нет, не враги. Но и не те люди, которым я готова отдать всё, что у меня есть.
Дорогу домой я ехала в автобусе и смотрела в окно. Мне не было грустно. Наоборот – как будто с плеч свалился тяжелый груз.
Дома я заварила чай, села в свое любимое кресло и открыла книгу. В квартире было тихо и спокойно. На столе стояли розы, которые Лена с Вадимом принесли позавчера. Красивые розы, дорогие.
Купленные на мои будущие деньги.
Телефон зазвонил через час. Лена.
– Мам, прости меня, – сказала она сразу, без предисловий.
– За что?
– За всё. За то, что обманывали тебя. За то, что строили планы без тебя. За то, что думали только о себе.
– Хорошо, – ответила я. – Прощаю.
– Правда?
– Правда. Но это не значит, что я забыла.
– Понимаю. Мам, а мы еще увидимся?
– Конечно. Вы мои дети. Но отношения у нас теперь будут другие.
– Какие?
– Честные.
После разговора с дочерью я достала телефон и набрала номер Михаил Сергеевича.
– Нина Петровна! Как дела? Поговорили с детьми?
– Поговорила. Михаил Сергеевич, а скажите мне... Завещание я оформила. А можно ли там написать условие?
– Какое условие?
– Ну, например, что наследник получает квартиру только в том случае, если будет навещать меня раз в неделю. Просто так, по-человечески.
Он засмеялся.
– Можно, Нина Петровна. Можно любые условия прописать. Лишь бы законные были.
– А забота о родителях – это законно?
– Это святое дело, – ответил он серьезно.
На следующий день я снова поехала к нотариусу. Внесла изменения в завещание. Теперь там было указано, что квартиру получит тот из моих детей – а у меня еще есть сын в другом городе – кто будет регулярно меня навещать и поддерживать связь.
Справедливо, по-моему.
А еще я записалась на курсы компьютерной грамотности для пенсионеров. Решила освоить интернет, завести себе электронную почту. Говорят, там можно с людьми общаться, книги читать, фильмы смотреть.
Жизнь продолжается. И она определенно не закончилась в мои шестьдесят два года.