Начало здесь.
Глава 25.
- Здравствуйте, Куприян Федотович, - отложив пяльцы и иголку, сказала Елизавета, - Хорошо, что вы приехали. Я ведь вас не смогла поблагодарить за своё спасение, когда вы с Григорием Александровичем себя не пожалели, а меня вызволили… Вот вы какой… а я раньше… словно во сне вас видела, почти и не помнила.
- Здравствуйте, - Куприян чуть покраснел от искренней благодарности и взгляда девушки, - Прошу вас, зовите меня по имени.
- А давайте-ка наладим чай, - сказал Белугин, - Погоды какие стоят, устроимся в саду. Куприян, веди лошадь вон туда, там Елизар её пока разнуздает и в загон пустит.
Вскоре устроились в беседке, дородная женщина, которую Белугин ласково кликал тётушкой Марьей, накрыла стол к чаю, внеся сердито пофыркивающий кипятком самовар.
- А ведь Куприян к нам не просто так прибыл, - сказал Григорий, глянув на свою подопечную, - Ему помощь ваша нужна, Лизонька.
- Моя? – девушка удивилась и растерянно глянула на гостя, - Чем же я могу… Боюсь, то, чему я научилась… там… я уже позабыла. А новому меня пока и не выучили. Но если скажете, что нужно, я всё сделаю! Нам нужно будет… куда-то поехать?
- Нет, что вы. Лизонька, расскажите мне про Гербера… какой он сам, что любит и как живёт. А ещё, кто ему помогает? Кто тот высокий человек, статью похожий на медведя?
- Ах, это… Я мало что помню, вся та моя жизнь словно в тумане…, - девушка повела рукой, словно отгоняя от себя морок, - А тот, о ком вы спросили… Он не человек. Его зовут Михлай, и вы верно подметили, что он на медведя похож. Но и не медведь он, хоть и сказал мне однажды, что его род когда-то был многочисленным, и жил далеко на востоке, занимая плодородные земли. А потом пришли люди и повоевали тот народ, согнали оставшихся в лес, те поселились меж болот… и постепенно вымирали. Кто ушёл в другие земли, кто погиб, и осталось их совсем немного. Но я… видела. Пётр Францевич… он учил меня по-особому глядеть на людей. И я увидела суть Михлая, его род выродился, потому что они пожирали своих сородичей, детей и стариков, но сперва опустошали земли, где жили. Когда не оставалось ничего, только безжизненная пустошь, они уходили на новые места. Но однажды люди нагнали их, заперли в ущелье и убили всех… почти всех. Тогда ещё Михлай выглядел, как человек, только изредка оборачиваясь чудовищем, люди называют таких оборотнями. Михлай и его женщина с дитём укрылись в горах, жили в пещере, но когда стало нечего есть… сначала съели ребёнка, а потом Михлай убил женщину. Гербер нашёл его в какой-то деревушке, люди нашли Михлая, почти безжизненного, помогли ему, но он убил тех, в чьём доме ему дали приют. Его приковали к каменному столбу, потому что убить не смогли. Гербер выкупил его, увёз далеко, он сам жил тогда где-то на западе. Несколько лет он держал Михлая в подземелье, потому что тот потерял способность – он не мог больше принимать облик человека, чудовищная сущность захватила его всего. Пётр Францевич искал способ, и однажды нашёл. Еще до того, как многих женщин погубили, посчитав ведьмами, он нашёл старуху, такую древнюю, как и тот лес, в котором она жила. Старуха велела привезти к ней Михлая, и оставить на год. Сказала, если он проживет этот год, то сможет становиться человеком, но только испив зелье на крови. Михлай выжил… и что там было, мне не открылось, завеса тёмная всё сокрыла от меня. Но я знаю, что та ведьма рассказала, как готовится это зелье, а потом он её сжёг. Пётр Францевич… хотя, тогда он носил иное имя, он сжёг весь лес, в котором она жила. И только потом узнал, что зелье может готовить только женщина… особенная. Но он находил таких, а когда не мог найти – снова держал Михлая взаперти. Он очень сильный… Михлай. Он видит во тьме, может найти тропу в любой чаще, и ещё… ему дано видеть, где и когда открывается Путь в иное… он может удерживать его открытым, если окажется рядом.
Елизавета замолчала. Куприян видел, что она устала, рассказ утомил её, и без того слабую после всего, что девушке довелось испытать. Белугин взял её за руку, и Куприян приметил, как нежно она посмотрела на Григория… Видать не просто так он принял бывшую помощницу их недруга под свою опеку!
- Я знаю, что вы можете… что вы Храните Пути, и можете ходить, в вашей Лавке такое место, Перепутье. Потому он и стремится туда попасть! И если сможет… то убьёт вас. И многие беды принесёт в этот мир, потому что плата высока за то, что он хочет получить для себя.
- Как нам справится с его помощником, с этим Михлаем? – спросил Куприян, - Нам не сладить с самим Гербером, покуда ему помогают. А вот если он останется один…
Елизавета задумалась. Лицо её стало совсем белым, прозрачная кожа синела тонкими венками, она откинулась на спинку скамьи, на которой сидела, и закрыла глаза.
Григорий сделал Куприяну знак, чтобы тот молчал и не двигался, а тот и сам не собирался… что-то тоненько зазвенело у Куприяна в ухе, словно натянутая струна звучала в воздухе, где-то над головой. Воздух сгустился и потемнел, и тут Елизавета поднялась, словно кто-то поднял её.
Не открывая глаз и вытягивая вперёд руки, девушка подошла к выходу из беседки и встала на самый краешек каменной ступеньки, каким-то немыслимым чудом удерживаясь на ногах. Она повела руками и от тени под деревьями в саду отделились три тени. Они подлетели к девушке, склонили свои головы, на которых нельзя было различить лиц, и тяжкий вздох пронёсся по саду.
Куприяну показалось, что прошло очень много времени, но тут он заметил в саду на ветке дерева птицу, которая собралась было взлететь, но так и замерла, простёрши крылья в полувзмахе. Он понял, что время остановилось, как тогда останавливал его в Лавке Ермил…
Наконец Елизавета опустила руки и зашаталась, Белугин тут же бросился к ней и подхватил на руки. Тёмные тени метнулись прочь, птица вспорхнула с ветки, а за кустами раздался испуганный крик.
- Ох ты, Боже мой! Господь Милосердный! Чур меня!
Куприян поспешил на голос и увидел сидящую прямо на дорожке тётушку Марью. Рядом лежало разбитое фарфоровое блюдо, плюшки рассыпались с него по дорожке. Сама тётушка истово крестилась и причитывала молитву, с испугом поглядывая на Куприяна, словно его подозревая в том, что теперь тут творится.
- Ох! Ох! – только и говорила тётушка, когда Куприян стал поднимать её с земли, - Вы… вы видали? Нечисть тут носится, тёмное такое… меж кустов… ох…
- Это вам привиделось, ну что вы, - стал успокаивать её Куприян, - Ничего я не видал, не было ничего. Птица вон полетела, может вы и напугались!
- Ах, плюшки жалко! – всплеснула руками пришедшая в себя тётушка, - Ах, горе, это ж сколько извела!
Тётушка Марья вернулась обратно в дом, продолжая сердиться и вполголоса ругать кого-то, поминая нечистого, толкнувшего её под руку, а Куприян снова пошёл в беседку.
Елизавета лежала на покрытой мягкой накидкой скамье, Белугин стоял подле неё на коленях и поил девушку какой-то тёмной жидкостью из маленькой склянки. Нескоро она пришла в себя, но держалась она стойко – глянула на Куприяна…
- Остерегитесь. Беда ходит рядом, и она в облике человека… может входить в Лавку, не страшась защиты, потому что и у человека может быть такая бездонная чёрная душа. Но пока ищет силу, не имеет в достатке. Гербер найдёт новую помощницу, всегда находил, но вы… будете готовы к встрече. А Михлай… он сгинет от ваших стараний, и вы… знаете, куда идти… вы верно наметили Путь… И когда он останется один…
Голос девушки становился тише, она закрыла глаза и заснула. Белугин согревал дыханием её холодные руки, потом укрыл потеплее и горестно покачал головой. В его глазах Куприян разглядел грусть и… сердечную тоску.
И тут Куприяну почему-то на ум пришел Саввушка… тот, про которого сказал Ермил. И сейчас ему вдруг показалось, что кругом пахнет хвойным лесом, и влажным, грибным мхом, и вот тропа вьётся меж высоких деревьев, ели закрывают своими пышными юбками берег быстрой речки, звонкой, словно рождественские колокольцы.
- Надо идти к Саввушке, - шепнул Куприян, глянув на Григория, - Ермил тоже про него говорил, значит он знает, где его найти.
- Я бы сам с тобой пошёл, но не могу её оставить. Она ещё слаба… и если этот Гербер не найдёт новую помощницу, он вернётся и станет призывать её… Захочет вернуть! А если ей не достанет сил противиться, то она убьёт… всех нас. Сгинем, словно в вихре, потому что она сама не ведает, насколько она может быть сильна. Я надеюсь, что и Гербер этого не смог распознать, потому как и я сам только догадался…
- Ладно. Ты береги её. А я спрошу у Ермила, мы с ним вместе справимся, не тужи. Мне ехать пора, Григорий. Коли всё сладится, жди меня в будущий вторник, а ежели не приеду и весточки о себе не дам – поезжай в Лавку и стереги её, покуда не скажут, кто станет Хранителем после меня.
- Не говори так! Саввушка… он хоть и силён, но он не зло. Ты Ермила только остепени, у него с Саввушкой давние вражды бывали. Пусть молчит, больше пользы от него будет.
Молодой конюх Елизар подвёл засёдланную и отдохнувшую Зорьку, и Куприян заспешил восвояси, как-то неспокойно было на душе… кто же есть тот Саввушка, и поможет ли?
Продолжение здесь.
Дорогие Друзья, рассказ публикуется по будним дням, в субботу и воскресенье главы не выходят.
Все текстовые материалы канала "Сказы старого мельника" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 2025