— Все пропало, Аня!
Виктор сидел на нашей кухне, обхватив голову руками. Его плечи дрожали.
Передо мной сидел не мой шестидесятилетний муж, а большой, напуганный ребенок, который снова разбил дорогую игрушку.
Только на этот раз игрушкой была наша жизнь.
Ближе к концу рассказа есть аудиоверсия. Для тех, кто любит ушами!
— Что случилось на этот раз, Витя? — спросила я устало.
Этот вопрос я задавала раз в два-три года на протяжении всей нашей совместной жизни.
Ответ всегда был разным по форме, но одинаковым по сути.
— Мой «проект»… он прогорел. Окончательно. Партнеры подставили, поставщики обманули… — он бормотал заученные фразы, которые я уже слышала.
— Я должен огромные деньги. Очень серьезным людям. Они звонят каждый день. Разговоры очень неприятные.
Я молча налила ему стакан воды. Его «проекты». За тридцать лет нашего брака я видела их с десяток.
То он собирался разводить страусов под Тверью («золотое дно, Аня, яйца стоят как крыло самолета!»), то строить вычислительный центр для криптовалюты в гараже («это будущее, мы будем миллионерами!»), то торговать «чудодейственными» пищевыми добавками из мха («эликсир молодости, очереди будут стоять!»).
Все его затеи объединяло одно — они неизменно заканчивались крахом и долгами.
А я, как верная жена, штопала дыры в нашем бюджете, брала подработки, продавала свои немногочисленные драгоценности.
Я была его вечным спасательным кругом.
И я устала. Устала бояться звонков с незнакомых номеров. Устала вздрагивать от каждого стука в дверь.
— Сколько? — спросила я тихо.
Он поднял на меня глаза. В них не было раскаяния. Только страх за себя и холодный, трезвый расчет.
— Много, Аня. Очень много. Пять миллионов.
Я села. Пять миллионов. Это была не та сумма, которую можно было покрыть, продав машину или взяв кредит. Это была сумма, сопоставимая со стоимостью хорошей квартиры.
— Но я нашел выход, — сказал он, и в его голосе появилась надежда.
— Какой? — с остатками той же глупой надежды, которая во мне еще почему-то теплилась, спросила я.
— Мы решили, — он сделал паузу, глядя мне прямо в глаза, — что ты продашь свою квартиру.
В ушах зазвенело. Я не ослышалась?
— Что ты сказал, Витя? Повтори.
— Я говорю, мы решили, что ты продаешь свою квартиру на Лесной. Ту, что от родителей осталась. Ее как раз хватит, чтобы покрыть все долги. Еще и на жизнь останется на первое время.
«Мы решили». Он решил.
За меня. За нас.
Он решил пожертвовать моей единственной крепостью, моим единственным неприкосновенным имуществом, моей памятью о родителях, чтобы покрыть свою очередную глупость.
— Витя, — сказала я, и мой голос задрожал.
— Это моя квартира. Моя. Добрачная. Она не имеет к твоим долгам никакого отношения.
— Как это не имеет?! — вскинулся он.
— Мы же семья! Мы в одной лодке! Ты что, бросишь меня сейчас? Когда мне так плохо? Ты не дашь мне пропасть! Это наш единственный шанс, Аня! Пойми!
Он начал ходить по кухне, заламывая руки.
Это был его любимый спектакль. Спектакль «умирающий лебедь», который я видела уже много раз.
— Ты хочешь, чтобы у меня были огромные проблемы с законом? Чтобы эти люди начали искать встречи с нами и впутывали в это и тебя? Ты об этом подумала? Продажа квартиры - это не моя прихоть, это вопрос нашей общей безопасности!
Я смотрела на него и понимала, что это будет продолжаться вечно.
Бесконечно.
Я погашу этот долг, а он через год наделает новых. Я всю свою оставшуюся жизнь буду работать на его ошибки.
Я буду жить в постоянном страхе, отказывая себе во всем, чтобы он мог и дальше играть в «предпринимателя».
И в этот момент в моей голове, уставшей от страха и отчаяния, родилась безумная, дерзкая, но такая освобождающая мысль.
Словно внутри меня открылось окно, и в затхлую комнату ворвался свежий ветер.
Я сделала глубокий вдох. Выпрямила спину.
— Хорошо, Витя, — сказала я с ледяным, незнакомым мне самой спокойствием. — Ты прав. Мы же семья. И квартира — это просто стены. Я ее продам.
Он замер. Не поверил своим ушам.
— Правда? Аня, ты серьезно?
— Абсолютно.
Он бросился ко мне, начал целовать мне руки, лицо.
— Анечка! Спасительница моя! Я знал! Я знал, что ты меня не бросишь! Я тебе все верну, честное слово! Мы начнем все с чистого листа!
Я смотрела на него и не чувствовала ничего, кроме холодной отстраненности. Представление окончено. Начиналось мое собственное.
На следующий день я позвонила оценщику.
Квартира у меня была хорошая, в центре, с ремонтом. Покупатель нашелся почти сразу. Через две недели мы вышли на сделку.
Виктор все это время порхал вокруг меня, как мотылек. Он уже планировал, как будет отдавать долги, как «встанет на ноги».
— Вот увидишь, Аня, мы еще заживем! Я больше никогда, слышишь, никогда не буду рисковать!
— Слышу, Витя, — отвечала я.
В день сделки на мой счет упала внушительная сумма.
Двенадцать миллионов рублей.
Вечером Виктор уже сидел с ручкой и блокнотом, расписывая, кому и сколько он должен перевести.
— Ну что, завтра с утра начнем гасить? — спросил он с нетерпением.
— Конечно, — кивнула я.
Но утром я пошла не в банк.
Я пошла в туристическое агентство.
В то самое, мимо которого ходила тридцать лет и с тоской смотрела на плакаты с райскими островами и древними городами.
Моя несбыточная мечта.
— Здравствуйте, — сказала я девушке-распорядителю.
— Я хочу купить кругосветное путешествие. На год. С хорошими гостиницами, всеми поездками и страховкой.
Самый лучший вариант, который у вас есть.
Девушка смотрела на меня с изумлением.
Через три часа у меня в руках была толстая папка с документами.
Вечером Виктор встретил меня с порога.
Он был похож на гончую, которая чует добычу.
— Аня! Ну что там? Ты все сделала? Перевела?
Я молча протянула ему папку. Он выхватил ее, с нетерпением открыл.
— Билеты? — он недоуменно посмотрел на меня.
— Куда? В Лиссабон? Зачем? Это что, сюрприз? Отдохнуть поедем, когда все закончится?
— Это не сюрприз, Витя. Это и есть конец.
— Я не понимаю, — он снова уставился в бумаги. — Два билета… На мое имя… на твое… Аня, что ты задумала?! Где деньги?!
— Деньги там же, где и билеты. Вложены. В наше будущее. Ты же хотел начать все с чистого листа? Вот он — чистый лист. Завтра утром мы улетаем в Португалию. А оттуда — куда глаза глядят. Без прошлого, без долгов. Только ты и я.
Он смотрел на меня, и я видела, как в его голове идет бешеная работа.
— Но… как же… они же меня найдут! Мои данные везде есть! Это невозможно! Это безумие!
— Может, и найдут. А может, и нет. Это и есть риск. Настоящий, а не твои игрушечные «деловые предприятия». Ты же рисковый парень, Витя. Вот твой шанс. Бросить все и начать сначала. Со мной. Доказать, что я для тебя важнее всего этого.
Он побледнел. Он смотрел на билеты, как на приговор.
— Я… я не могу. У меня здесь… ответственность. Перед людьми.
— Перед какими людьми, Витя? Перед теми, кому ты должен? — я усмехнулась.
— Я даю тебе выбор. Прямо сейчас. Либо ты идешь со мной в неизвестность, в свободу. И мы вместе строим что-то новое. Либо ты остаешься здесь. Но уже один.
— Ты… ты ставишь мне ультиматум? — прохрипел он.
— Нет. Я предлагаю тебе сделку. Твою свободу — в обмен на твою преданность. Но, кажется, ты не готов платить такую цену.
Он молчал, и в этом молчании был весь ответ.
Я знала, что он выберет. Он был не игроком, а трусом.
Он никогда не рискнул бы по-настоящему.
Он хотел, чтобы рисковала я, мое имущество, мое спокойствие.
— Я так и думала, — сказала я, забирая у него из рук папку. Я достала его билет. — Тогда этот тебе не понадобится.
Я медленно, на его глазах, разорвала билет с его именем на мелкие-мелкие кусочки.
— Аня, не надо! Подожди! — он шагнул ко мне. — Давай подумаем! Может, есть другой выход?
— Другого выхода нет, Витя. Ты его только что закрыл.
— Но что я буду делать?! — в его голосе была паника. — Как я один?!
— Не знаю, — я пожала плечами.
— Можешь придумать новый «проект».
Например, «Как вернуть пять миллионов за месяц». Ты же у нас гений стартапов.
Я бросила обрывки его билета в мусорное ведро. Взяла свой заранее собранный чемодан.
— Ключи от съемной квартиры на столе. Аренда оплачена еще на месяц. Дальше — сам.
Он смотрел на меня с ужасом и непониманием.
— Ты… ты просто уходишь? Вот так?
— Да. Просто ухожу.
— А как же мы? А как же тридцать лет?!
Я остановилась у двери. Повернулась.
— А их не было, Витя. Были тридцать лет твоих долгов и моих спасательных операций. Этот сериал закончился.
Я вышла и закрыла за собой дверь, не дожидаясь ответа.
Сейчас я сижу в самолете.
В иллюминаторе, как россыпь бриллиантов, горят огни ночной Москвы. Я не знаю, что будет дальше.
Но впервые за тридцать лет я не чувствую страха. Я слышу только легкий гул турбин, уносящих меня навстречу рассвету. И тишину в своей душе.
Аудиорассказ:
Популярное на канале: