— Моя девочка, моя куколка. А кто это у нас такой красивый? Кто это носик морщит? Кто это уже улыбается? Моя сладкая!
На кухне от звука этого голоса Аня резко дернулась, едва не уронив чашку. Слава оторопело посмотрел в сторону детской. Они даже не слышали, как пришла его мама.
— Это нормально? Ровно 6 утра, — тихонько прошептала Аня, глядя на мужа. Тот, потирая лицо, встал и вышел. Спустя минуту донеся его тихий голос:
— Мама, ты чего?
— Ой, вы уже спите? Лиза уже проснулась, а вам все равно. Аня — не мать, а кукушка.
Свекровь зашла на кухню с полными пакетами в руках и засюсюкала слащавым голосом:
— Я вот Анечке сырники рано утром сделала, ей полезно. Смотреть на нее страшно, кожа да кости.
— Мам, — Слава нахмурился, — мы справляемся сами. Зачем ты к нам приезжаешь?
Его мать нахмурилась и критическим взглядом осмотрела кухню. Провела пальцем по столешнице и показала Славе грязный палец. Потом хмыкнула:
— Я и вижу, как вы справляетесь. Гора грязной посуды, в коридоре пыль мотается. За котом почему не убрали? Не дай бог у моей девочки аллергия начнется. Аня, я пока с Лизой понянчусь, а ты отдохни. Или уберись наконец-то.
Слава торопливо допил кофе и посмотрел на часы. На жену он старался не смотреть, прекрасно зная, какую гамму эмоций увидит на ее лице. Да и он сам был в шоке от изменений в поведении своей мамы.
Дело в том, что его мама никогда особо им не интересовалась. Нет, конечно, любила его, но по-своему. Для нее самым главным было дать ему хорошее образование и крепкий финансовый тыл. На его 18-летие она подарила ему квартиру, в 21 год хорошую машину. Она никогда не проявляла к нему особых эмоций и не сюсюкала.
Но после рождения внучки ее будто бы подменили. Наталья Павловна взяла отпуск и постоянно торчала около Лизы. Купала, обнимала, целовала, пристально следила за тем, что ест невестка. Не дай бог у «ее девочки» разболится животик. Он понимал, что мама выплескивает нереализованную любовь, но вот его жена словно с цепи сорвалась.
Каждый вечер, как только за его мамой захлопывалась дверь, Аня тут же начинала ему высказываться:
— Твоя мама достала! Я не прошу у нее помощи! Она врывается каждый день в шесть утра, диктует свои условия. А ее сюсюканье? Меня скоро вырвет от них!
— Солнышко, — мягко уговаривал он жену, — потерпи. Когда я был маленький, денег не было. Она много работала, чтобы дать мне все. Я же практически жил у бабушки. Она со мной и не нянчилась особо. Вот теперь у нее есть время и возможности для ребенка.
— Надо было не бабки зарабатывать, а тебе время уделять, — зло огрызалась Аня.
— Радость моя, не психуй. Отпуск же не бесконечный. Еще неделя.
— Хорошо, — сжимала кулаки его жена. — Еще неделю. И только ради тебя.
Когда у его матери закончился отпуск, они вздохнули спокойно. Но не тут-то было. Ровно в шесть вечера открылась дверь и Наталья Павловна зашла в квартиру. С полными пакетами и еле дыша от усталости. Аня ошарашенно уставилась на свекровь:
— Вы?
— Я, кто же еще. Разбери пакеты, там я купила новый боди, — свекровь махнула рукой и тут же потянулась к внучке. — Ой, моя девочка проснулась! Иди к бабушке, только руки помою.
Аня инстинктивно прижала Лизу к себе.
— Она только поела, не надо ее тормошить.
— Ничего, у меня есть опыт, — женщина нагло стала тянуть Лизу из рук невестки. Аня стала прижимать дочь к себе, та заплакала. — Малышку я завтра покажу знакомому педиатру. Что-то мне не нравится ее опрелости. Что ты за крем ей купила? Дрянь какая-то, я вот новый привезла.
И тут Аня сорвалась. Сколько можно? От этой якобы «помощи» ей было только хуже. Она хотела проводить время с мужем и новорожденной дочкой, а не терпеть вечные подколки свекрови и ее «советы».
— Да пошли вы! Достали! Это моя дочь! Я сама разберусь, что и как ей мазать! Чего это вы так своего сына не любили? Он от вас за всю жизнь слова "я тебя люблю" ни разу не услышал! Зато мою дочку вы готовы с рук не спускать. Это моя дочь, а не ваша!
— Ты что это себе позволяешь?!
Наталья Павловна побледнела и прижала руки к губам. А Аня продолжала кричать, высказывая все, что накопилось у нее за этот тяжелый месяц. В этот момент открылась дверь и на пороге возник Слава.
— Что происходит?
— Твоя жена перешла все границы!
— Мам, Аня просто устала, — попытался смягчить Слава.
— Устала? Отчего? Я же все делаю! Стираю, убираю, готовлю! Она просто обнаглела!
— Делаете? А я вас об этом просила? Нам ваша помощь не нужна! Отстаньте от нашей семьи, — истерично закричала Аня.
Слава стоял, не зная, что делать. С одной стороны — заплаканная жена, с другой — вытирающая слезы мать. И у каждой своя правда. Он помедлил секунду, а потом тихонько спросил:
— Мама, что ты тут делаешь?
— Приехала помочь.
— Я тебя об этом просил? И почему ты до сих пор не отдала ключи?
— Мать уже не имеет права в гости прийти, — сжав губы, внезапно парировала женщина. — Не забывайся.
— Пошли, — крепко взяв ее за локоть, — он практически вытянул ее за порог. — Не до тебя сейчас.
Когда Слава вернулся спустя час, в квартире царила тишина. Аня сидела на диване, на руках у нее спала дочь. Подняв на мужа красные от слез глаза, она тихонько спросила:
— Поговорил?
— Она просто любит Лизу.
— Любит? Она ее «присваивает»! Ты слышал, как она говорит? «Мы на ГВ». Мы? Это я кормлю грудью, а не она! У твоей мамы кукуха отлетела. И ты должен что-то с этим сделать. Это не любовь!
— Пойми ты ее, она же переживает.
— Моя мама тоже переживает, но не торчит здесь круглосуточно.
Слава покачал ногой и тяжело вздохнул. Он так устал от этих бесконечных претензий с двух сторон, что уже не знал, на чьей он стороне.
— Ты просто нагнетаешь. Что плохого в ее словах?
— Моя малышка, мое солнышко, моя радость, — мерзким голосом передразнила Аня свекровь. Потом жестко произнесла:
— Это мой ребенок.
— Аня, ты тоже не права. Как ей называть Лизу? Анина радость, Анино солнышко? А у тебя кукуха не отлетела? В конце концов, если уже на то пошло, твои родители нам хоть копейкой помогли? Квартиру мне мама подарила, на все твои фотосессии и понты в виде всяких гендер-пати она оплачивала. Как деньги так дай, а как внучку — так шиш?
Его жена вскочила и громко взвизгнула:
— Так может быть, она купила у меня дочь? Так живи со своей мамочкой тогда, раз ты такой умный. Я тебя по-хорошему предупреждаю. Или ты успокоишь свою мать, или я уеду к родителям.
— Хорошо, я тебя понял.
Наталья Павловна пришла к ним на следующий день. Аня с мужем ужинали, когда услышали, как кто-то пытается попасть в квартиру. Слава хмыкнул и подошел к двери:
— Кто там?
— Вы что, замки поменяли, — раздался изумленный голос.
— Да. И к нам можно приходить только после разрешения.
— Я что, посторонняя?
— Нет, но у нас своя семья.
— Ах так?! — голос свекрови взвизгнул. — Я вас кормила, поила, квартиру купила, а теперь я лишняя? Родной сын матери даже дверь не открывает? В квартире, которую я ему купила?
— Мама, спасибо тебе за это. Я уже взрослый.
— Взрослый? Это Аня настроила тебя против меня!
— Мама, пока.
Слава отошел к двери. Его мать еще бушевала около часа, потом все стихло. Аня молчала, прекрасно понимая, что это только начало.
Звонки начались в семь утра. Сначала бабушка Славы. Потом дядя Коля. Потом тетя Маша. Телефон разрывался, все осуждали «неблагодарного сына». Слава пытался сначала все объяснить, оправдаться, а потом просто стал грубо посылать всех. Все равно плохой, так какая разница?
Наталья Павловна звонила сыну каждый день. Плакала, угрожала, проклинала. Слава был непреклонен, он требовал, чтобы его мама услышала их. С трудом они пришли к компромиссу. Встречи раз в неделю, по договоренности. Ане это не понравилось.
— Ты же знаешь свою маму. Она все равно будет давить, — шептала она, качая Лизу. — Она никогда не примет поражение.
Слава обнял ее.
— Мы справимся.
Когда Наталья Павловна впервые пришла «по правилам», она держалась холодно. Но как только взяла Лизу на руки, ее лицо растаяло:
— Моя девочка. Мое солнышко, моя радость.
Аня сжала зубы, но промолчала. Пока промолчала.
Теперь в ДЗЕН можно 😘 отправить пожертвование. Сказать спасибо за понравившуюся статью и угостить автора кофе можно здесь
Не забываем про подписку, которая нужна, чтобы не пропустить новые истории! Спасибо за ваши комментарии, лайки и репосты 💖
Еще интересные истории: