На скамеечке

— Ты что, …, думала, я не узнаю? — Иван вихрем залетел на кухню и швырнул на кухонный стол смятый лист бумаги. — Мама сделала тест! Она — не бабушка! А раз внуки не ее, то я им не отец! Значит, ты повесила на меня своих щенков! Ира, которая кормила сына пюре, так и замерла с ложкой в руке...

Оля проснулась от грохота на кухне. Сердце заколотилось ещё до того, как мозг понял причину. Она села на кровати, судорожно нащупывая ногами тапки. — Я есть хочу, ууууу, ааааа. Я голодная! Помогите! Спасите!!! Оля, путаясь в халате, рванула на кухню...

– Сереж, я сейчас, не кричи, – торопливо проблеяла она, разогревая пюре с отбивными. Слава богу, салат успела приготовить заранее. – Я сказал, что устал! Неужели так сложно понять, что я голодный? Быстрее! – Секундочку! Это был наезд ради наезда, и они оба это прекрасно знали...

— Нет, мы поговорим сейчас! Ты хоть представляешь, как это жить с женщиной, которая не может родить?! Я мог бы иметь нормальную семью! Своих детей! А я вожусь с чужим убл... , который... — Замолчи! — Анна стояла в дверях спальни и в ужасе смотрела на пьяного мужа...

— Марина, что происходит? Мне родители звонили. Мама спрашивает, когда мы приедем. Ты же уже себя хорошо чувствуешь, почему мы не можем съездить? Игорь смотрел на жену с таким искреннем недоумением во взгляде, что ей стало смешно. И она ему, как умственно отсталому, в сотый раз объяснила: — Игорь, мы же обсуждали. Я не хочу туда ехать. — Опять двадцать пять? Марина, они бабушка и дедушка, в конце концов. Марина встала из-за стола и стала готовить ребенку смесь. Ей не хотелось вообще говорить на эту тему, но муж пристал как банный лист...

— Ты беременна, — странным тоном спросила Милана, пристально глядя в мать. Оля, нахмурившись, смотрела на дочь и не узнавала ее. — Да. — В сорок три года? — В сорок три, — Оля согласно кивнула, хотя внутри ощутила легкий дискомфорт...

— Ты вернулся за телефоном, который дома забыл, — спросила Лена, выходя из кухни в коридор. Будь бы её муж умнее, он бы уже все понял по тону. Но Андрей разувался, не глядя на жену. — Угу. — Тебе Дмитрий Петрович звонил не переставая...

— Лариса Петровна, я вас очень уважаю. Вы мне всегда во всем помогали, но… — невестка запнулась. — Но я так больше не могу. Я устала молчать, у меня нет сил. Из-за вас мы скоро разведемся с мужем. Лариса приехала к невестке без приглашения в субботу после обеда...

— Алло, — сказала Марина, вытирая руки о кухонное полотенце. Вот зачем она взяла трубку, ведь номер неизвестен? Вдруг мошенники? В трубке слышно было только тяжелое, сиплое дыхание. Потом хриплый голос произнес: — Дочка, здравствуй...

— Соня, садись есть, — сказала Алла, ставя на стол тарелку с пюре и котлетами. — Не хочу, — моментально отодвинула дочь тарелку, опустив голову. — Что значит «не хочу»? Ты целый день ничего не ела. — Я сказала — не хочу...

— Ты что, серьёзно?! Тимофей, ты с дубу рухнул? Ты реально все посчитал? — Да, — спокойно ответил муж, даже не удивившись ее реакции. Он сидел за кухонным столом, и с удовольствием жевал бутерброд с красной рыбой...

— А помнишь Маринку? Твою бывшую? Серёга сказал это просто так, между делом, заедая пенное солёными крендельками. Артём дернулся, будто бы от удара и кружка замерла на полпути ко рту. — Ну, — осторожно ответил он...