"Чуть позже на селе снова появился повод для обсуждений, после случившегося скандала в доме деда Пантелеева, половина улицы это слышала и после с интересом обсуждала. Оказалось, что Семён Березин с разводом тянуть не стал, подал заявление. Это и послужило поводом к тому, что Ирина пришла к нему поговорить, но вот разговор получился не очень… мирный..."
*НАЧАЛО ЗДЕСЬ.
Глава 15.
- Всё равно мне его не жалко, - упрямо насупив брови, говорил Лиде Миша, когда они вечером сидели за столом с книгами, но чтение на ум не шло, - Сам виноват! Ты, Лид, прости… он тебе отец, и всё такое… но всё равно, я его не жалею, и считаю – поделом! Потому что я всё помню! И как мама плакала ночью, и как ты словно тень ходила! Я на него не за себя злюсь, ну, ушёл от нас с Ваней, и ушёл – спасибо за то, что хоть чему-то научил! Я на него злой потому, что он обидел тех, кого я люблю!
Тут Миша осёкся и вспыхнул, но Лида была так погружена в свои мысли, что этого не заметила. Она думала про Настю, когда та узнала о случившемся, лицо её стало таким… неужели она до сих пор любит Лидиного отца, несмотря ни на что?
Для Лиды это была загадка, она пробовала поставить себя на место Насти, но даже представить не могла, что после такого страшного предательства… Она дочь, это другое, и Лида сама собиралась навестить отца в больнице, неловко было говорить об этом Насте… Лида думала, что та рассердится, но Настя улыбнулась:
- Правильно, сходи. Ему приятно будет, быстрее пойдёт на поправку.
И даже пирожков напекла, чтобы Лида отнесла в больницу. Лида смотрела на женщину, которая заменила ей маму… она не знала материнской любви, но представляла её себе именно так, мама и есть такая, как Настя… Лида обняла её, просто так, Настя даже удивилась, потом погладила девушку по плечу:
- Что, Лидок, переживаешь за отца? Ничего, всё хорошо будет, он крепкий.
В больнице Лида сидела в гулком и полупустом коридоре, куда приглашали пациентов, когда к ним приходили посетители. Отец вышел к ней чуть бледный, но старался казаться бодрым.
- Лида, это ты, а мне медсестра говорит – к тебе красивая девушка пришла. Ну, как ты сама?
- Я хорошо, - кивнула Лида, - Вот, тебе пирожки… Настя напекла. Что доктор говорит, как твоё здоровье?
- Настя напекла…, - на лице Семёна промелькнула тень тоски, - Передай ей спасибо большое от меня. А здоровье… ничего, доктор сказал – починят. На следующей неделе обещал выписать.
Лида неловко молчала, конечно, ей хотелось спросить о многом, но она боялась волновать отца, да и вообще… что тут спрашивать, и так всё понятно. Потому и смотрит сейчас отец на свёрток с Настиными пирожками с горечью и думает о чём-то, нахмурив брови.
Душевного разговора не было, да, наверное, и не могло получиться, потому что все эти события прошлых лет стояли между ними, словно незримая стена. Поговорили ещё немного, Лида обещала прийти снова на следующей неделе, на этом и всё.
После выписки Семён вернулся жить в пристрой к деду Пантелееву, который от скуки и одиночества спасался тем, что пускал жильцов в пристрой большого дома. Сам дед после смерти жены жил один, трое детей разъехались по стране и навещали отца редко. Денег за постой дед не брал, потому что по его разумению «эдак только спекулянты делают», а сам он просто желает людям помочь.
Туда к отцу в гости Лида тоже не ходила, да он и не звал. Когда встречались в селе, спрашивал про учёбу, про дела, но вот к Насте стал заходить регулярно – после зарплаты и в аванс, приносил деньги и разговаривал с Леной. Девчонка сначала стеснялась и терялась с непривычки, но после подаренной ей красивой куклы в нарядном платье дело пошло получше.
Настя держалась с бывшим мужем ровно, в гости не звала, за стол не сажала, но и обид прошлых не вспоминала, как будто дальняя родня по случаю заглянула. Миша же демонстрировал полное равнодушие, здоровался скупо и уходил к себе, или вовсе со двора.
- Сердится Михаил на меня, - вздохнув, сказал как-то Семён Лиде, - Да что, и поделом, заслужил. Эх, Лидок, кабы знать заранее…
Лида хотела было спросить, а что, если бы не агроном этот, так бы и жил её отец с этой… или нет? Вот было интересно, но Лида сдержалась, жалея больше Настю, чем отца, она сидела за столом, и Лида не хотела бередить Настину душу.
А про агронома этого, с которым закрутила роман Ирина, по селу ходили разные слухи. Был он лыс, чуть полноват, но как только приехал в совхоз, сразу прослыл бабником и балагуром. Лида слышала, как судачили про него соседки – что детей у него четверо, от двух прежних браков, а может и того больше, и в совхоз его отправили временно, после какого-то скандала на прежнем месте работы. Но при всём этом специалист он был хороший, грамотный, потому и прощались ему некоторые «грешки». Сейчас он работал на «две должности», в соседнем колхозе и здесь, пока ждали нового специалиста, и Афанасий Иванович должен был ему передать дела. А потому чуть не трижды в неделю, а то и больше, появлялся он на селе.
Соседки сидели на скамейке, а Лида как раз полола цветник вечером, по холодку, вот и слышала весь тот разговор:
- А бухгалтерша эта думаешь на лысину евойную что ли позарилась? Больно ей надо! Она ведь как, всю жизнь с мужиков-то тянула, вон, Сёмка стал не нужен, когда другую выгоду для себя узрела! И уж как она этого агронома «окучивала», у меня сватья сама видала, она же там в конторе работает! «Афанасий Иваныч, ах, ах, как вы смешно рассказываете, Афанасий Иваныч, что-то вас давно не видно у нас было…» Тьфу! Тоже, невеста нашлась! Агроном этот и доволен, шутит, лысина блестит, а Ирка смеётся, щеки трясутся! Ну точно у неё какая-то есть причина, как она в него вцепилась! Я слыхала, что его скоро в Подмосковье переведут, в экспериментальное хозяйство, вот Ирка и клещом в него впилась! С ним чтобы уехать! А совхоз на колхоз ей чего менять? Тут в другом дело!
- Фу, слушать противно! – ругалась её собеседница, - Вот что такого в этой мымре, что мужики на неё клюют?! Я не понимаю!
Чуть позже на селе снова появился повод для обсуждений, после случившегося скандала в доме деда Пантелеева, половина улицы это слышала и после с интересом обсуждала. Оказалось, что Семён Березин с разводом тянуть не стал, подал заявление. Это и послужило поводом к тому, что Ирина пришла к нему поговорить, но вот разговор получился не очень… мирный.
- Как ты мог так с нами поступить? – сначала Ирина говорила трагически, заламывая руки и поглядывая на Семёна, - Я не думала, что ты такой… сколько сил я на тебя положила, и вот мне благодарность.
Сидевший на скамейке у дедова двора Семён молчал и на почти бывшую жену не глядел. Соседки стали выглядывать из-за своих заборов и с любопытством смотреть на нарядную Ирину.
- Ой, повылазили, крысы! - сердито фыркнула Ирина, - Своих забот мало, только и знают, что в чужие жизни нос свой совать! Семён, давай всё обсудим спокойно, идём в дом.
- Нечего обсуждать, - ответил сухо Семён, - Я всё решил, ты сама этого хотела. Всё.
- Мы же договорились, что после нашего отъезда отсюда ты вернёшься жить в наш дом, выгнать тебя оттуда никто не выгонит, ты там прописан. А за это ты отдаешь нам квартиру в городе!
- Когда это про такое мы с тобой договаривались, не припомню. В кооператив мы вступали с тобой оба, двое, а чужого мне не надо, я и подал на половину квартиры, что тебе не так? Всё справедливо, оба работали, оба деньги вносили, ремонт я сам делал.
- Ты что, не понимаешь?! – Ирина не выдержала и повысила голос, как это делала всегда, - У меня сын растёт! Скоро ему поступать в институт, и ты мне обещал…
- Ничего я тебе не обещал. И дети у меня тоже есть, и они поступать будут, и жизнь у них вся впереди.
- У тебя девчонки! – взвизгнула Ирина, - Выйдут замуж, к мужу уедут, чего ты тут придумываешь! Зачем им квартира?! Я по-хорошему прошу, откажись от требования!
- Я сказал – я всё решил. Вот ты и иди к будущему-то мужу своему… очередному. Дураку, что позарился на тебя, как я когда-то, такой же дурак! Только жизнь себе сломал.
- Я в суде расскажу про тебя, что ты дочку свою бросил на чужую бабу! – орала Ирина, - Всё расскажу, какой ты есть, и тогда ничего тебе не присудят.
- Ну что ж, как суд решит, пусть так и будет, - спокойно ответил Семён и ушёл на дедов двор, скрывшись в пристрое, выходящем окнами в большой яблоневый сад.
Потом много чего болтали на селе про это, и что Ирина снова приходила Семёна убеждать, и якобы даже агронома своего приводила для убеждения упрямца, и что якобы пытались даже выкупить у Семёна его долю, но тот и разговаривать не стал. Лида уже и не слушала пересудов таких, началась подготовка к экзаменам, и времени ни на что не хватало.
А весной, когда уже стаяли снега и над нагретой солнцем пашней вились тонкие струйки пара, когда у заборов пробилась молодая крапива, новый слух пролетел по селу, будоража местных кумушек.
Агроном Афанасий Иваныч уехал в Подмосковье внезапно, не предупредив об отъезде свою зазнобу. Бумаги о переводе ему оформили в колхозе уже давно, всё готово было, и очень удивились, когда главбух соседнего совхоза стала звонить с вопросами, куда подевался Афанасий Иванович. Так и осталась Ирина в ненавистном совхозе, и от расстройства даже заболела, две недели пролежала дома.
А Лида тогда тоже расстроилась, она так ждала этого освобождения, когда не будет она встречать на улицах села ни Ирину, ни Толика… вот, не сбылось.
Продолжение здесь.
От Автора:
ВНИМАНИЕ, Друзья! Рассказ будет выходить ежедневно, КРОМЕ ВОСКРЕСЕНЬЯ, это временная схема публикации, как только я улажу некоторые свои дела, вернусь к ежедневной публикации рассказа.
Итак, рассказ выходит шесть раз в неделю, в семь часов утра по времени города Екатеринбурга. Ссылки на продолжение, как вы знаете, я делаю вечером, поэтому новую главу вы можете всегда найти утром на Канале.
Навигатор по каналу обновлён и находится на странице канала ЗДЕСЬ, там ссылки на подборку всех глав каждого рассказа.
Все текстовые материалы канала "Счастливый Амулет" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 2025