- Можно? - спросил Матвей серого полосатого кота, сидящего на лавочке.
Кот зыркнул желтыми глазами и показательно отвернулся.
- Извини, брат, я ненадолго. Скоро уйду.
Матвей водрузил на лавочку вещмешок и рухнул сам. Спина без корсета подводила через каждые сто-двести метров. Надо было сесть или прислониться к чему-нибудь. Или можно было идти дальше, но от боли потом начинала кружиться голова и подташнивало. С корсетом было легче, но Матвей физически чувствовал, как стянутые им мышцы ослабевают еще больше. И он решил чередовать состояние «в корсете» и «без корсета».
Минут десять Матвей отдыхал, подставляя лицо весеннему крымскому солнцу. А потом из рюкзака он достал пакет с едой. Там были котлеты, хлеб и сладкая газировка.
- Хочешь котлету? - спросил Матвей кота. Тот вроде бы нехотя повернул голову, но все же придвинулся на сантиметр.
Было не жарко, но солнечно. Матвей расстегнул и снял камуфляжную куртку, сложил ее валиком, подсунул под поясницу и немного прогнулся. Позвоночнику стало очень хорошо. Матвей сам чуть не замурлыкал, и от избытка чувств погладил кота и достал ему котлету.
Кот ел интеллигентно. С салфетки ни упало ни крошки. Он поглядывал на хозяина котлеты, но в друзья не набивался.
- Молодец, - отметил Матвей. И вдруг в его поле зрения попала искалеченная передняя правая лапа нового знакомого. Она была наполовину откушена.
- Воевал. Уважаю, - сказал Матвей. - Поединок с бродячими псами - зачетное дело по боевой подготовке.
Кот стеснительно прикрыл больную лапу пушистым хвостом и продолжил трапезу. Матвей тоже съел котлету, хлебнул газировки и продолжил сидеть с блаженной улыбкой.
Мимо прошли подростки с мороженым. Матвей проследил их маршрут. Мороженое находилось за оградой парка. Извечная дилемма последнего года: что-то делать или не делать, заботясь о позвоночнике? «Обойдусь!» - подумал Матвей и снова погладил кота.
- Здравствуйте. А хотите, я вам мороженое куплю?
Матвей даже вздрогнул от неожиданности. Коренастая девчонка лет двенадцати смотрела на него - нет, не печально и не сочувственно! - дружелюбно.
- Я же вижу. Вам мороженого хочется, а идти тяжело.
- Откуда знаешь?
- Я вас видела, как вы сюда шли. У меня старший брат на СВО, штурмовик. Вам какое мороженое?
- Пломбир … в стаканчике.
- У нас в Крыму есть очень вкусное сакское мороженое. Из города Саки. Вам понравится. Я сейчас принесу.
Не удалось Матвею забыть про войну хотя бы на день. Теперь вот эта девчонка…. Она побежала за мороженым, и русые хвостики забавно трепыхались при беге. Причем бежала она хорошо, спортивно. И вернулась быстро.
- Тебя как зовут? - спросил Матвей, разворачивая мороженое.
- Марина, - слегка улыбнулась девчонка.
- А я Матвей. Хочешь, фокус покажу?
- Конечно, - заинтересовалась девочка.
Матвей откусил от пломбира солидный кусок, взял его двумя пальцами и предложил коту. Обнюхивание заняло одно мгновение, и уже послышалось чавканье-мурканье, что-то среднее. Коту, поглощающему мороженое, было очень хорошо. Почему Матвей решил, что кот будет его есть, он и сам не знал.
Матвей мечтательно смотрел вдаль. И вдруг за деревьями пробежала золотая искра. Оказалось, там купол с крестом. Матвей как-то весь подобрался. От былой расслабленности не осталось и следа. Казалось, кот это заметил и тоже напрягся.
- Это ваш кот? - спросила Маринка, осторожно погладив кота за ухом.
- Теперь мой, - согласился Матвей. - Решил назвать его Омлет.
- О, здорово! А почему?
Матвей не мог сказать, что самое яркое воспоминание о любимой бабушке - это омлет, тост и какао. Это его привычный завтрак в начальной школе. Никакие блинчики и оладьи не могли сравниться с пушистым омлетом. А бабушки нет уже пятнадцать лет. И внук так и не научился делать «бабушкин» омлет.
Матвей сказал:
- Омлет - хитрое блюдо. Никогда не знаешь, что в него положили.
Марина посмотрела на кота и согласилась:
- У него выражение глаз, как у нашего тренера. Неизвестно, кто он и на что способен. А тренер наш - ого-го!
Матвей доел пломбир и спросил:
- Спортом занимаешь?
- Да, дзюдо и волейболом. Это ничего, что я ростом не вышла. Я прыгучая. Вы меня простите, я побегу.
- Как твоего брата зовут?
- Костик. Константин.
Матвей задумчиво посмотрел вдаль и сказал:
- Буду молиться. Не забуду.
Серьезная девочка Марина, спортсменка и просто добрая душа, вдруг всхлипнула, попрощалась и быстро ушла.
А Матвей пошевелил поясницей и решил не прятаться от боли. Храм звал. После золотой искры от храма он не мог ни о чем другом думать. Скоро вечерняя служба. Надо идти.
- Ты со мной? - спросил он кота.
Тот не ответил, но слез с лавочки и пошел рядом. Коты вообще любят, когда с ними вот так - уважительно, без сюсюканья, на равных.
До храма было недалеко, но спина Матвея не выдержала, на полпути уже болела нещадно, он еле дошел.
В храме сладко пахло ладаном. Матвей сразу взгромоздился на лавочку, предварительно задвинув вещмешок подальше в угол. Он снова подоткнул свернутую куртку под поясницу и прогнулся. Боль тихо отступала.
А кот остался на пороге. Он внимательно посмотрел на старушку, хлопочущую в церковной лавке, наверное, решил, что она не опасна, и растянулся в притворе во всю длину.
- Ой, а ты откуда? Какой красавец полосатый… - входящий батюшка не удержался, наклонился и погладил кота.
Тот не отреагировал, будто его каждый день священники гладят, но глаза были прищурены и следили за всем, что происходит.
- Чей кот? - спросил батюшка, оценив манерность нового гостя.
- Он с солдатиком пришел, - сказала служащая храма, начищающая подсвечник и кивнула на Матвея.
Отец Владимир подошел к лавочке, на которой полудремал Матвей. Тот сразу очнулся и извинился:
- Простите, батюшка, спина очень болит. Посижу еще немного.
- Исповедоваться будете? - спросил отец Владимир, готовый сию же секунду в помощь этому измученному больному парню отдать все свои духовные и физические силы.
- Буду. Только я плохо готовился. Я люблю с конспектом, не спеша. А меня только час назад ваш храм позвал. Я обдумывал, конечно, но могу что-нибудь забыть.
Отец Владимир быстро отошел к церковной лавке и вернулся с блокнотом и ручкой:
- Пишите, время есть.
Матвей поблагодарил и задумался, а тем временем кот Омлет пошел в церковную лавку очаровывать ее хозяюшку. Он внезапно показал себя ласковым, в меру игривым, не чурался даже пожевать сушку, размоченную в чае.
А вот когда началась вечерняя служба, кот занял свое место на пороге - не развалился, а сел собранно, как школьник на экзамене. Омлет поглядывал и на саму службу, и на Матвея.
Служба пронеслась как на крыльях. Когда разошелся народ, преисполненный чувств Матвей поднялся, вскинул на плечо вещмешок и неуверенно пошел к выходу.
В это же время к церковной лавке подошел отец Владимир. Он что-то искал среди икон. И тут на него набросился кот. Нет, не было никаких признаков агрессии. Было неистовое проявление любви и очевидная просьба. Он так терся о ноги и подрясник, будто от этого зависела его жизнь.
- И что тебе надобно, котик-братик? - добродушно спросил батюшка.
И вдруг он увидел желтые глаза с отчаянной мольбой, взял кота на руки и в неведомом порыве остановил Матвея словами:
- А может вам жить негде? Может, работа нужна?
- Я не знаю, - честно ответил Матвей. - Нейрохирург, что меня собирал после ранения, мне посоветовал плавание. Сказал, время нужно и правильная нагрузка. У нас на Алтае не поплаваешь. Горные речки - холодющие.
- Оставайтесь, - неожиданно для самого себя предложил отец Владимир. - И кота вашего возьмем на довольство. Будете регулярно исповедоваться и причащаться. Сначала охранником потрудитесь. А потом, может, и другую мужскую работу осилите. А тут до моря недалеко. Могу вас на машине подвозить. Скоро сезон начнется.
Кот зашевелился в руках священника, спрыгнул на пол и улегся так, чтобы четко перегородить Матвею выход.
Батюшка засмеялся:
- Ну, кот, ты и хитрец… Все обдумал. Целый спектакль изобразил…
Матвей подумал еще с полминутки и склонился под благословение. Отец Владимир побежал дальше по своим делам. А Матвей сидел на лавочке около храма и думал обо всем, что произошло в последнее время.
Он вспомнил девочку Марину с братом-воином Константином, и доброго пожилого нейрохирурга с теплыми сильными руками, и голос мамы в телефоне: «Ты только лечись, сынок!»
Матвей вспомнил свою первую исповедь перед отправкой на СВО, и тихую мамину молитву, когда она думала, что он спал, и косматого священника из разбитой врагом деревушки, который пытался на своей расстрелянной машине вывозить последних мирных.
И Матвей вспомнил полосатого кота, который вдруг выпросил у Бога для него новую жизнь в Крыму, где море, солнце и - молитва. Ну что же, пора довериться Господу и просто жить.
Слава Богу за все!
священник Игорь Сильченков
🙏 Нуждаетесь в молитве? Пишите имена родных и близких – мы помолимся.
Передайте записки о здравии и упокоении в наш молитвенный чат:
📱 WhatsApp: https://chat.whatsapp.com/BabKq7JnrqE44b
📨 Telegram: https://t.me/zapiskivhram