В один из августовских дней Вера собиралась в город. Приближался сентябрь. Майка во второй класс пойдет. За лето совсем девчонка выросла из платья, в котором в школу ходила в том году. Хочешь - не хочешь, а надо новое покупать. Вера решила, что , пожалуй, и Майку с собой возьмет. Хоть примерить можно будет. Постарается на вырост купить, чтоб хоть на два года хватило. Да и обувку надо приглядеть.
Майка от радости запрыгала вокруг Веры на одной ноге. В городе то она бывала всего несколько раз в том году. А там так интересно, все по другому, не то, что у них в деревне.
Вадика с утра в ясли отвела. Опять Вере сказали, что большой уж парнишка. Дома пусть сидит. Жених уж, а его все в ясли водят.
- Так куда ж я его дену то. Майка в школу пойдет. А он один останется? Шестой ведь год только. Какое еще большой. Страшно такого одного оставлять. А ну как набедокурит чего или убежит и потеряется. Ладно бы свой. А мне ведь перед отцом ихним ответ держать придется. Скажет не уберегла парнишку. Пусть уж этот год еще походит, а том может и отец приедет за ними.
Воспитательница только рукой махнула, что мол с тобой делать. Пусть ходит.
Теперь со спокойной душой можно было в город идти. С Майкой то не больно быстро получается. Все ей надо посмотреть дорогой, расспросить. А уж как в город зашли, так девчонка рот не закрывала. Щебетала как птичка. Все то ей интересно, все любопытно.
По базару ходить, так одна мука с ней. Того и гляди зазевается, отцепится от подола, за который приказано держаться, Отстанет и затеряется в толпе. Вера уж ругаться на нее начала. Вроде угомонилась. Идет рядышком, губенки надула, обиделась.
Сердилась на мать Майка недолго. Как платье стали примерять, так сразу как подменили. Вера искала, чтоб не моркое было и ткань чтоб крепкая и самое главное, чтоб не дорого продавали.
Наконец выбрали. Великовато правда, но ничего, не вывалится. Подол можно подшить да и рукава укоротить. Точно уж на два года хватит.
- Вот, носи бережно, только в школу надевай. Дома то и старенькое пойдет.
Майка согласно кивала головой. Потом также долго искали ботиночки. Их то на два года не купишь. Сильно большие хлябать будут, еще быстрее стопчет и пятку протрет. Конечно пришлось купить несколько тетрадок, карандаши. Учебники искали. Купили только два, третий не нашли. Вера вздохнула. Неужели новый придется покупать. Решила, что время еще не поджимает, может купит. В деревне у баб поспрашивает. Может кто продаст. Все ведь подешевле выйдет, чем новый покупать.
На оставшиеся деньги купили кое каких продуктов. Вера даже полкило пряников взяла, чтоб ребятишек порадовать. Хотят ведь сладкого. А все дорого. Вот и войны нет, а ничего все равно не укупишь.
Обратно шли быстрее. Майка притомилась, не подскакивала к каждой травинке, чтоб спросить, как она называется. Топала себе по дороге и молчала. Вере даже жалко ее стало.
- Давай присядем вон там на взугорочке. Устали, чай, ноженьки то.
Майка только головой упрямо тряхнула. Вот еще, скажи что устала, так мама другой раз с собой в город не возьмет. Да уж не так и далеко осталось. Вон деревню уж видно.
По деревне Майка припустила вперед, откуда только сила взялась. Скорее к подружкам, похвалиться обновками перед ними. Рассказать, что видела в городе. Пусть девчонки обзавидуются.
Возле магазина ей встретилась почтальонка. Даже не встретилась, а выбежала из магазина, где они сплетничали с продавщицей. Увидела Веру и бегом. Письмо ей пришло. Все хоть на другой конец деревни не надо будет тащиться.
- Вера, подожди. Письмо тебе пришло.
Письмо было от Семена Петровича. В последнее время Вера стала бояться получать от него письма. Все чаще он писал, что при первой же возможности приедет в деревню. А это значило, что заберет он своих деток и не посмотрит, что они ее уже своей мамой считают.
Она даже читать его сразу не стала. Сунула в сумку, дома прочитает не торопясь. Так и сделала, пришла домой, никого нет. Майка с девчонками где то бегает. И сила появилась. Разложила Вера все свои покупки и только потом взялась за письмо.
Семен Петрович писал, что наконец то его переводят к месту прежней службы, туда, где служил до войны в Ленинграде. Делился радостной вестью, что дом их уцелел во время бомбежек. Люди постепенно возвращаются из эвакуации. Он списался с соседкой, которая недавно тоже вернулась. Говорит она, что если надо будет, то за детьми может приглядеть.
У Веры опустились руки, внутри все затрепетало. Как это, приедет отец и отдаст она деток, которые ей уже родными стали. И ведь ничего не сделаешь. Прибежала с улицы чумазая Майка.
- Мама, я есть хочу.
- Иди умойся сперва, ноги ополосни. Потом и есть сядем.
Майка убежала в огород умываться, а Вера достала чугун из печи, налила похлебку. Про себя подумала, конечно, там в городе то им может и посытнее будет. Карточки там, не то что в деревне. Да и отец зарабатывает. Лучше им там.
За столом не утерпела, прочитала Майе письмо от отца. Она спросила.
- Мама, папа приедет за нами? Мы в Ленинград уедем. А Ленинград больше, чем наш город.
Вера машинально отвечала на ее вопросы. Но Майка вдруг замолчала, притихла.
- Мама, а ты тоже с нами поедешь. Почему папа пишет, что соседка за нами приглядывать будет, а не ты?
- Детонька. Я то никуда не поеду. Здесь останусь.
- Я без тебя тоже не поеду, - вдруг заявила девочка. - Мама, как это ты здесь останешься. А нас отдашь папе? Нет, я так не хочу. Пусть тогда папа здесь остается.
Вера понимала, что бесполезно разговаривать с ребенком об этом. Вот уж приедет отец, пусть и решает, что делать.
Тут Марфа забежала к ним, укроп у нее не растет. Огурцы солить собралась, а укропу нет. Вера послала Майю в огород, чтоб надергала укропных зонтиков.
Когда девочка ушла, рассказала подруге про письмо, про то, что не знает, как ей теперь быть.
- А что не знать то. Заберет отец ребятишек и слава Богу. Будешь жить одна, как барыня. Никаких забот. А так то еще подуешь на них, пока вырастут да помогать станут.
- Марфа, да что ты городишь. Они ведь мне как кровные, как мной роженые стали. Вырастила я их, выпестовала. А тут возьму и отдам и никогда больше не увижу. Как подумаю, сердце у меня заходится. Ты вот сама подумай, приехал бы кто да и забрал у тебя Зинку.
- Ну ты и сказала. Кто у меня ее заберет, Зинка то моя, кровная, а эти, как не крути, чужие тебе.
Вера поняла, что Марфа ее никогда не поймет. Другой она человек. Вон, говорит, как барыня будет жить. Пришла Майя с целым букетом укропа. Протянула Марфе. Та не стала задерживаться. Хоть и рада была еще посудачить, но Иван уже приготовил кадушку под огурцы. Надо скорее все сделать.
Вера же постаралась себя успокоить. Еще неизвестно, когда Семен Петрович приедет. Может и не переведут его никуда. Будет там скитаться по разным местам.
Она ругнула сама себя. Вот еще, нашла о чем думать раньше времени. У нее другое должно быть на уме. На неделе Алеша письмо прислал, что в августе приедет на каникулы. Правда ненадолго. Но зато у него будет для матери сюрприз. Она все это время думала, какой же сюрприз Алешка приготовил. Даже додумалась, что может институт раньше времени закончил. А что, ведь все эти годы, почитай, на одни пятерки учится. Еще и работать успевает.
Вера всю неделю думала про этот сюрприз. Только сегодня вылетело из головы, сперва базарила, потом письмо это выбило ее из колеи. Сейчас же она опять принялась высчитывать, когда же сынок приедет. Если даже он до конца августа пробудет, так и то уж со дня на день.
Через два дня после этих событий к липе, что стоит за околицей, подошли Алеша и Марина. В руках у Алеши был большой чемодан, а Маринка держала небольшую сумку и Алешкин портфель. Сразу же после приезда в Москву, Марина сняла с себя солдатские сапоги, военную форму. Какое же счастье надеть в жаркий день легкое платьице, туфельки с белыми носочками. Она снова чувствовала себя беззаботной девчонкой.
- Ну вот, мы и добрались, - сказал Алеша и посмотрел на девушку. - К кому сначала пойдем, к тебе или ко мне?
- Алеш, ну мы же мимо нашего дома пойдем. Разве я смогу мимо него пройти и не заглянуть даже. Ведь сколько времени не была.
Марина умоляюще посмотрела в его глаза. И, конечно же, Алеша не мог отказать ей. Они прошли по пустынной улице, подошли к Марининому дому. Девушка повернулась к Алешке и прошептала.
- Знаешь, мне немного страшно, что сейчас мама скажет.
Марина даже и не предполагала, что дома ее встретит не только мать, но и отец. Дверь в избу распахнулась. Валентина Карповна сперва даже и не узнала дочку. Не ожидала она ее увидеть.
- Мама! - Маринка бросилась к ней. Тут же подбежал отец. Втроем они слились в одно целое.
Алеша остался стоять на пороге. В радостной встрече его даже и не заметили. Но Алеше не было от этого обидно. Он понимал, как радуются сейчас эти трое. Это ж такая удача, пройти войну и остаться в живых. Сколько времени они не виделись. Тем более встреча была такая неожиданная. О том, что Марина едет в Москву, она написала письмо еще из Германии. А из Москвы она решила ничего не писать. Пусть мама обрадуется, когда увидит ее.