Повести и рассказы

**Глава 1. Письмо из прошлого. Начало пути** Он даже не знал, зачем открыл то письмо. Запоздалое, пахнущее слежавшейся пылью и сырым подвалом, с размазанными от попавшей когда-то влаги чернилами, отчего буквы на конверте казались дрожащими и нерешительными...

Света даже и представить не могла, что та далёкая новогодняя ночь станет точкой отсчёта истории, которая потом перевернёт её привычный мир. Сейчас, оглядываясь назад, она понимала, что судьба любит шутить. Ей двадцать семь, ему двадцать три. Разница в возрасте поначалу смущала — не его, нет, он всегда смотрел на неё так, будто видел не годы, а душу. Смущала разница её саму. А если люди косо посмотрят? А если это не всерьёз? А если… Но потом дни закрутились, завертелись, словно хлопья первого снегопада, и все сомнения невольно отступили...

Экспедиция была небольшая — четверо человек. Полевой отряд от института археологии, лето две тысячи девятнадцатого, север Эвенкии, восточный край плато Путорана, верховья одного из притоков Котуя. Места,...

В районном архиве города Усть-Илимска, среди кип послевоенных отчётов и протоколов сельсоветов, хранится тонкая папка с пожелтевшими, ломкими по краям бумагами. На обложке, выцветшими от времени чернилами, выведено канцелярским почерком: «Дело о пропавшем крестьянине Трофиме». Дата: июль 1921 года. В деле всего несколько листов: протокол опроса, короткий рапорт урядника и три подписи свидетелей. Официальное заключение скупо и обезличенно: «Утонул при заготовке сена. Тело не найдено». Но крестьяне, призванные для дачи показаний, рассказывали иную версию...

Муж с женой поздно вечером возвращаются из гостей. Муж: – Что-то твой партнёр уж очень плотно прижимался к тебе. И ты ему, как я видел, не мешала. Жена: – Я нарочно, чтобы тебя позлить. Муж: – За что? Жена: – Помнишь, ты обозвал меня «дурочкой легкомысленной». Муж: – Во-первых, я за это уже извинился, во-вторых, это не ругань, а скорее идиоматическое выражение. Жена: – Я не спорю, что бываю легкомысленной. Но я не дурочка. И я не виновата, что ты ведёшь себя как Отелло, которого окружили Яги. Или надо сказать Яго?...

Дом сняли через Леру — он принадлежал её двоюродной тётке, давно перебравшейся в Вологду, и стоял в деревне Заречье, от которой почти ничего не осталось. Четверо молодых людей приехали в пятницу вечером,...

Эта история приключилась в самом конце восьмидесятых, когда воздух еще был наполнен ветром перемен, а люди искали покоя не в городах, а в дикой, первозданной глуши. Алексей и трое его друзей задумали сплав по сибирской реке, но не вниз, по ленивому течению, а вверх, преодолевая сопротивление воды на моторной лодке. Путь их лежал по руслу речушки, настолько глухой и удаленной от человеческого жилья, что, казалось, сама природа здесь жила по своим, давно забытым законам. Двое из компании, заводилы Сергей и Димон, были тертыми калачами, не раз ходившими в такие походы...

Петруха был славным малым. На ремонтном заводе, где он трудился слесарем, к нему относились хорошо и ласково звали Петюня, хотя лет ему было около сорока и уже давно к имени можно было бы прибавить и отчество. Но по имени-отчеству его никто не называл, да и сам Петюня, как казалось, к этому не стремился, а может быть делал вид, что ему и без отчества хорошо. Был он холостяком и в обозримом будущем жениться не собирался, хотя причины этого были широкой общественности не известны. Может, потому, что...

Дух леса, или как его испокон веков называют бывалые таёжники, Хозяин, — сущность непостижимая. Он может принимать любые формы, и сразу распознать, кто именно стоит перед тобой — зверь, человек или нечто иное, — практически невозможно. Если Дух чем-то недоволен или чужеземец зашёл без спроса на его исконную территорию, Хозяин оборачивается злобным существом, а порой и диким зверем, но никогда не нападает первым — он лишь долго и с изощрённой жестокостью пугает, испытывая душу на прочность. Но если...

Речной трамвайчик пристал к берегу,  народ высыпал на старую пристань и вмиг разбежался по маршруткам. Мы с Костей поднялись по деревянной лестнице, ведущей в городской парк. Шли неторопливо, наслаждаясь приятным теплом летнего вечера. К тонкому аромату роз, величаво восседавших в центре большой клумбы, примешивался аппетитный запах шашлыка. У мангала колдовал пожилой армянин, подвязанный белым фартуком. Почувствовав голод, мы свернули к веранде летнего кафе. Внизу красновато-золотистыми бликами отливала река...

**Эпизод 1: Петля. Ожидание неизбежного** Старый ошейник лежал на столе, свернувшись тугой кожаной змеёй. За четырнадцать лет кожа вытерлась, потрескалась и стала похожа на кору вековой лиственницы — такая же серая, сухая и хранящая память о десятках зим. Игнат медленно проводил по ней большим пальцем, нащупывая знакомые зазубрины на пряжке. Каждая царапина здесь была историей. Ошейник пах старой шерстью, холодным дождём и застарелым собачьим мускусом. Он пах всей их долгой, общей жизнью. Буян лежал у ног, тяжело прижимаясь боком к ноге хозяина...