Тишина в спальне Тора была настолько плотной, что казалось, её можно потрогать. Ночь за окном обволакивала город, скрывая его в мягком бархате тёмно-синего неба. Эва спала. Её дыхание было ровным и почти неслышным, лишь легкое движение груди под тонким одеялом. Свет луны, пробивавшийся сквозь неплотно задернутые шторы, серебрил её волосы, рассыпавшиеся по подушке, и нежно касался лица, придавая ему неземное, хрупкое сияние.
Тор появился бесшумно, словно тень. Он приблизился к кровати и, присев на край, стал рассматривать спящую девушку. Его полный молний взгляд, сейчас был непривычно мягким, почти нежным. Бог изучал каждую черточку её лица: изогнутые ресницы, легкую морщинку между бровями, нежные губы, чуть приоткрытые в безмятежности сна.
В груди Тора что-то дрогнуло. Непривычно-тонкое, почти неуловимое. Боги не относились к любви так, как смертные. Их привязанности были иными — вечными, иногда жестокими, часто продиктованными долгом или жаждой власти. Чувство влечения к смертной, к этой хрупкой девушке, было для Тора необычным. Оно смущало, интриговало и одновременно притягивало. Бог чувствовал, как сила, дремавшая в ней, теперь пульсирует чуть ярче и это только усиливало странное притяжение.
* * *
Я медленно подняла веки, ощутив какое-то странное покалывание в районе солнечного сплетения. Перед глазами еще стоял туман, но мой взгляд мгновенно прояснился, когда я увидела склонившееся надо мной лицо Тора. Меня захлестнула волна страха. Я резко села, отпрянув назад. Сердце в груди бешено заколотилось, отдавая глухими ударами в ушах. Тор устало улыбнулся.
- Не бойся. Я не причиню тебе зла. Ритуал остановлен. Ведьма мертва. Нифель-Кюн не вышла на свободу.
Его слова медленно проникали в мое сознание, и я моргнула, пытаясь осмыслить услышанное. Ведьма мертва... Ритуал не состоялся... Значит, угроза миновала? Чувство неимоверного облегчения затопило меня, но тут же сменилось новой волной беспокойства.
- А Марина?
- Она поняла, что Тьма не принесет ей добра и теперь станет вести себя правильно, - ответил Тор. – Даже боги делают ошибки.
Я, молча, кивнула. Но какая-то смутная тревога не покидала меня. Я побаивалась бога грома, его силы и древнего могущества. Но в то же время чувствовала, что он мне не враг.
- Мне нужно умыться, — я подняла глаза на Тора, и он отошел, давая возможность встать с кровати.
Я вошла в просторную ванную комнату, отделенную от спальни матовым стеклом. Здесь тоже всё было лаконично и стильно: большая раковина из темного камня, огромное зеркало во всю стену, мягкий свет, льющийся откуда-то сверху. Я повернула кран, и холодная вода приятно остудила кожу.
Но подняв голову, чтобы взглянуть на себя в зеркало, я испуганно замерла. В отражении, за моим собственным плечом, стояла Сиггрид. Её лицо было бледным, губы плотно сжаты. На краю раковины сидел Фёдор, его изумрудные глаза были широко раскрыты, а кончик хвоста нервно подрагивал.
- Поторопись! – голос Сиггрид прозвучал прямо в моей голове. — Тьма рядом! Она на свободе!
Я испуганно смотрела на зеркало, не понимая, что происходит. Тор ведь сказал, что Тьма не пробралась в наш мир!
- Я применю все свои силы! – продолжала Сиггрид, её образ в зеркале начал мерцать, словно угасающее пламя. — Но после этого умру. Хранитель должен быть с тобой.
Кот изогнул спину, шерсть его встала дыбом, а зрачки сузились в тонкие щелочки. Он словно готовился к прыжку. Сиггрид закрыла глаза, глубоко вдохнула. Её губы начали двигаться, беззвучно произнося слова на древнем, гортанном языке. Воздух в ванной комнате загустел, наполнился странным, металлическим привкусом. Слабый свет, исходящий от зеркала, пульсировал в такт заклинанию.
И вдруг зеркало начало трескаться. Сначала одна тонкая линия, потом другая, третья. Сеть серебристых, острых разломов стремительно разбегалась по всей поверхности, словно паутина. Свет в ванной стал гаснуть. Секунда — и весь мир вокруг меня взорвался ослепительной вспышкой. Осколки зеркала разлетелись во все стороны, врезаясь в стены, падая на пол. В тот же миг, словно выброшенный из прошлого, в комнату выскочил Фёдор. Он приземлился на четыре лапы, огляделся безумными глазами, а затем прыгнул мне на руки. Я инстинктивно обняла кота, прижимая его к себе. Сердце колотилось где-то в горле. Страх и потрясение смешались в один колючий комок. Я едва успела осознать произошедшее, как дверь в ванную с грохотом распахнулась. В проёме стоял Тор, с горящими жутковатым синим пламенем глазами. Его взгляд скользнул по комнате.
- Что случилось?! — прорычал он.
- Тьма пробралась в наш мир… У нее получилось… Старая знахарка предупредила меня и вернула Хранителя, - прошептала я.
Тор приблизился ко мне, протянул руку и провёл ладонью над спиной Фёдора, не касаясь его. В тот же миг шерсть кота, стоящая дыбом, заискрилась. Мелкие, почти невидимые искорки синего света вспыхивали и гасли, словно микроскопические молнии. Фёдор вздрогнул, но не вырвался, лишь ещё сильнее прижался ко мне, тихо замурлыкав.
- Да, это Хранитель… — кивнул Тор. Он опустил руку, и искорки исчезли. - У вас с ним связь. Он — ключ, а ты — врата. Спроси его, где Тьма.
Спросить его? Как? Я не знала, как это сделать. Медленно, стараясь успокоить дрожь в руках, я высвободила одну ладонь и положила её на голову Фёдора, прямо между его мягкими ушами. Закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться и найти ту самую «связь», о которой говорил Тор. А потом мысленно, но очень отчётливо, сформировала вопрос: «Фёдор, где Тьма?»
И тут случилось нечто неожиданное. Мой разум озарила яркая вспышка, и меня подхватило неведомой силой. Это было ощущение, похожее на свободное падение с огромной высоты. Меня охватил ужас, когда я поняла, что лечу рядом с Нифель-Кюн. Я не видела её физически, но чувствовала её присутствие. Тьма, мрак, волны разрушающей энергии.
В моих ушах засвистел ветер, пропитанный запахом озона. Мы пронеслись над городом, с его яркими огнями и вдруг всё изменилось. Огни города исчезли, сменившись резким ощущением замкнутого пространства. Я оказалась внутри. Автомобиль. За рулём сидел Нортон, его лицо было жёстким, сосредоточенным, не выражающим ничего, кроме холодной решимости. Мужчина смотрел прямо перед собой, руки крепко сжимали руль. На заднем сиденье, сжалась от страха Марина. Машина остановилась и я оказалась снаружи. Обломки бетона, торчащая арматура, вода, бурлящая внизу, словно взбесившийся зверь… Это была разрушенная дамба. Именно сюда направлялась Тьма.
Резкий толчок выбросил меня обратно в реальность. Я резко втянула воздух, словно только что всплыла со дна глубокого озера и моргнула, пытаясь сфокусировать взгляд на реальной ванной комнате, на осколках зеркала, на спокойной морде Фёдора, который теперь тихо мурчал под моей ладонью, словно ничего особенного и не произошло.
Повернувшись к Тору, пристально наблюдавшим за мной, я сказала:
-Тьма направляется к разрушенной дамбе.