Нюша Порохня(Анна Лерн)

Дрожащими пальцами мы зажгли свечи. Тонкие огоньки затрепетали, выхватывая из тьмы края свежей могильной ямы и зловещий, изогнутый силуэт старой сосны. И вдруг всё вокруг странным, пугающим образом затихло. Пропали все звуки: ни хруста веток, ни дыхания ветра - образовалась мертвая, вакуумная тишина, от которой закладывало уши. Казалось, само время на кладбище остановилось, а воздух стал плотным и тяжёлым. Любаня вывернула собранную золу прямо на дно ямы, и мы достали листки с заговором. Сначала...

От Вовкиных слов я чуть не попёрхнулась чаем. В голове мгновенно сложился пазл: куклы, созданные плотником Саввой... а теперь вот смерть Соньки Безручкиной, которая сгинула на том самом месте, где по деревенским преданиям обитала нечисть! Судя по тому, как побледнела Ануш и как замерла с чашкой Любаня, подруги додумались ровно до того же самого. - Глупости не говори! - наигранно насмешливо произнесла подруга и взъерошила Вовкину белобрысую макушку. - Какая ещё Мельничиха? Сказки это все бабкины,...

Стоя на пронизывающем ветру у остановки, Ануш вдруг с тревогой произнесла: - Слушайте, девочки... А ведь поход ночью на погост - это же настоящая чёрная магия! Мы точно себе ещё какую-нибудь беду не накликаем? Не сделаем хуже? - А как, по-твоему, злого духа утихомирить? Ритуалами Симорона, что ли? - язвительно хмыкнула Любаня. - Выходим мы, значит, в полночь на перекрёсток, надеваем на голову красные трусы, прыгаем на одной ноге и кричим: «Дух-душок, не ходи в наш горшок, вот тебе банановая кожура,...

Мы быстро повернули к моему дому и вскоре уже сидели на уютной кухне, отогревая замерзшие пальцы у гудящей печки. Кошка Тефтелька восседала на табуретке рядом и с глубоким презрением наблюдала за нами, брезгливо принюхиваясь к стойкому амбре из гари и ядрёного самогона. - В общем, так, - проворчала Любаня, дуя на горячий чай, - это трио Маренич точно с колдовством связано! Причем по самые уши! И главное - даже не скрываются, ироды! Ещё и пугают, «закусит вами, закусит»… - Слушай, а если они не пугают,...

Забежав в деревню, мы затормозили под первым же фонарём. И, упёршись руками в колени, ловили ртами морозный воздух, уставившись друг на друга дикими глазами. Такой жуткой адреналиновой заварухи у нас в жизни ещё не было! - Я не могу-у-у… У меня руки и ноги дрожат… - простонала Любаня и вдруг быстро перекрестилась. - Да что ж так страшно-то, Господи! - Меня сейчас больше заботит, кто это в лесу так дурниной выл, - Ануш прижала ладони к раскрасневшимся щекам. - Может волки? - Ага, конечно! - фыркнула я...