Разработка танка «Объект 150», классифицируемого как истребитель танков, велась в период с 1957 по 1964 годы. Основанием для разработки послужили постановления Совета Министров СССР №505-253 от 8 мая 1957 года и №155-67 от 8 февраля 1958 года, а также приказы Министерства оборонной промышленности №169 от 20 мая 1957 года и №119 от 29 мая 1957 года, и приказ ГКСМОТ №49 от 18 февраля 1958 года. Конструкторское бюро Уральского танкового завода им. И.В. Сталина (впоследствии, с 12 сентября 1963 года, Уральского вагоностроительного завода им. Ф.Э. Дзержинского), расположенное в Нижнем Тагиле, занималось проектированием под руководством главного конструктора Л.Н. Карцева. Заместитель главного конструктора И.С. Бушнев являлся ведущим инженером этого проекта.
Целью создания «Объекта 150» было усиление подразделений линейных танков на ключевых направлениях, обеспечивая эффективную борьбу с танками, самоходными артиллерийскими установками, самоходными ПТРК и другими бронированными целями.
Изначально, в качестве базы для машины рассматривался опытный танк «Объект 140», с использованием узлов и агрегатов серийного Т-54. Однако, в процессе разработки, в качестве альтернативных платформ были рассмотрены танки Т-55, «Объект 167» и Т-62 («Объект 166»). В результате, в период с 1959 по 1963 годы, завод изготовил четыре макета и два прототипа истребителя танков, в которых использовались узлы и агрегаты упомянутых машин. Эти образцы прошли испытания на полигоне НИИБТ в разные сроки.
Осенью 1963 года, в соответствии с требованиями Министерства обороны СССР об унификации базы истребителя танков с серийно выпускаемой машиной, заводское КБ разработало вариант установки комплекса управляемого вооружения «Дракон» на базе Т-62. Технический проект нового истребителя танков был завершен КБ УВЗ в январе 1964 года и получил обозначение «Объект 150А».
Два опытных образца «Объекта 150А» были отправлены на полигон НИИБТ в конце февраля 1964 года. Первый этап совместных испытаний проводился с 15 апреля по 26 июня 1964 года под председательством Главного маршала бронетанковых войск П.А. Ротмистрова. В ходе испытаний проводились дневные стрельбы управляемыми ракетами с инертными боевыми частями.
Результаты испытаний показали, что аппаратура полуавтоматической системы наведения комплекса «Дракон» была достаточно передовой и обеспечивала высокую вероятность попадания при стрельбе с места и в движении по статичным и динамичным целям на дистанциях от 300-400 метров до 3000-3300 метров, при условии отсутствия отказов. Выявленные недостатки комплекса были связаны с ненадежной работой отдельных элементов, но не требовали кардинальной переработки системы.
В соответствии с постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР №1925-395 от 25 декабря 1964 года, УВЗ им. Ф.Э. Дзержинского обязался изготовить в 1965 году десять истребителей танков с комплексом вооружения на базе танка Т-62. Ижевский механический завод должен был поставить 300 управляемых ракет 3М7 для проведения расширенных испытаний. Сроки изготовления машин и поставки комплектующих были установлены постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР №27-7 от 11 января 1965 года и запланированы на IV квартал 1965 года и на III-IV кварталы 1965 года соответственно. В 1965 году, при подготовке к производству, машине вернули прежний индекс «Объект 150». Однако, этот план не был реализован. В марте 1965 года завершились государственные испытания ПТРК «Дракон» в полигонных условиях, а также прошли тактические войсковые учения с участием прототипов.
Совершенствование комплекса вооружения танка продолжалось и в 1966 году. «Объект 150» отличался от танка Т-62, в основном, установкой комплекса управляемого оружия с полуавтоматической системой наведения вместо танковой пушки, измененной конструкцией башни, внутренним устройством боевого отделения и уменьшенным до трех человек экипажем. Конструкция большинства узлов и механизмов танка была взаимозаменяема с механизмами танков Т-54, Т-55, Т-62.
Машина имела классическую компоновку. Экипаж состоял из командира танка, наводчика-оператора и механика-водителя. Экипаж, вооружение, оборудование и агрегаты машины располагались в броневом корпусе и башне, разделенных на три отделения: управления, боевое и моторно-трансмиссионное (МТО).
Отделение управления находилось в передней части корпуса. Механик-водитель располагался у левого борта с органами управления и контрольно-измерительными приборами. В отличие от танка Т-62, справа от механика-водителя были установлены три топливных бака измененной емкости (без отсеков для артиллерийских выстрелов): передний, правый и левый бак-стеллаж. Передний топливный бак был заимствован у опытного танка «Объект 167». Топливораспределительный кран имел только одно рабочее положение – стрелкой к корме корпуса. В левом топливном баке-стеллаже размещались аккумуляторные батареи. Над правым топливным баком к крыше корпуса крепился нагнетатель системы ПАЗ. Внизу, по бортам корпуса, проходили тяги приводов управления двигателем и трансмиссией.
В крыше корпуса над сиденьем находился люк механика-водителя, закрываемый поворотной броневой крышкой. Перед люком, в кромке верхнего лобового листа, располагались два призменных смотровых прибора наблюдения. Для вождения танка в ночное время использовался ночной подсветочный прибор наблюдения ТВН-2, который фиксировался в двух положениях: по-походному (в специальной рамке) или по-боевому (вместо левого смотрового прибора). Для подсветки местности перед танком при вождении использовалась фара ФГ-100 с инфракрасным фильтром или фара ФГ-102 со светомаскировочной насадкой, монтировавшаяся в правой части верхнего лобового листа.
За сиденьем находился ящик с инструментом и ЗИП, а в днище корпуса – люк запасного выхода.
Боевое отделение истребителя танков занимало среднюю часть корпуса и весь объем низкопрофильной башни. В нем размещались оружие танка, приборы управления огнем, механизированная укладка и боекомплект. Компоновка и оборудование отделения существенно отличались от боевого отделения Т-62. Внутри башни, по центру боевого отделения, располагались механизированная укладка (стеллаж) и выдвижная пусковая установка с электрооборудованием и цепями пуска. На каркасе механизированной укладки слева устанавливалось сиденье командира, справа – наводчика-оператора. На внешних сторонах каркаса крепились некоторые из блоков станции наведения, стабилизатора, системы заряжания, прицелов и питания ПТУР, а также аппарат №2 ТПУ оператора.
В передней части башни устанавливалась станция наведения, под ней – ее передатчик, а над передатчиком – стабилизированный вал с редуктором стабилизации. С помощью этого вала стабилизировались поле зрения ночного прицела, антенна станции наведения, пулемет СГМТ и осветитель ночного прицела.
Слева от командира размещалась радиостанция Р-113, а над ней – аппарат №1 ТПУ. Впереди командира находился пулемет СГМТ.
Перед оператором, справа от стеллажа, находился дневной прицел, правее – ночной прицел, блоки устройства выработки команд и шифратор, пульт наводчика-оператора и другое оборудование станции наведения. Над пультом наводчика крепился указатель положения башни. Далее располагались стопор башни (на подвижном погоне справа от оператора) и механизм поворота башни. Гребневой стопор башни обеспечивал ее стопорение в любом положении и имел блокировку с электроприводом механизма поворота башни.
Механизм поворота башни с ручным и электрическим приводами раздельного действия устанавливался на амортизаторах и оснащался тормозом с электромагнитной муфтой, который обеспечивал торможение башни при застопоренной рукоятке ручного привода. Ручной привод использовался главным образом при работах, связанных с техническим обслуживанием машины.
В корме башни крепились электромашинные усилители и преобразователь ПТО-3000. Над механизированным стеллажом на крыше внутри башни устанавливались: усилитель датчика ветра, программный механизм, счетчик времени станции наведения и фильтр Ф-5.
На днище корпуса, по оси вращения башни, монтировалось вращающееся контактное устройство ВКУ-330 и погонное устройство механизма заряжания.
На правом борту корпуса внутри боевого отделения располагались: коробка управления нагнетателем КУВ-3, дистанционная кнопка ППО, автомат АК-47 в чехле, огнетушитель ОУ-2, сигнальный пистолет с патронташем и сумки с гранатами Ф-1. На левом борту находилась вторая дистанционная кнопка ППО, автомат АК-47 в чехле и на днище у борта – форсуночный подогреватель.
Башня танка «Объект 150». Хорошо видна броневая защита входных окон ночного (слева) и дневного прицелов
Вдоль моторной перегородки размещались немеханизированная укладка для ПТУР 3М7 и семь магазин-коробок с лентами для СГМТ. На днище у моторной перегородки монтировалась водяная помпа.
Снаружи, в передней части башни, располагалась антенна станции наведения; справа от нее находились входные окна дневного и ночного прицелов. Слева, в лобовой части башни, имелась амбразура спаренного пулемета СГМТ. Левее амбразуры, на специальном кронштейне, устанавливался инфракрасный прожектор Л-2Г. Слева на крыше башни, над рабочим местом командира, располагалась командирская башенка: ее конструкция была заимствована у серийного Т-55, но, в отличие от последней, в ней монтировались центральный прибор ТКН-3 и три боковых прибора ТНП (два из них в крышке люка). Для ведения боевых действий ночью, для подсветки местности, на бронировке прибора ТКН-3 крепился инфракрасный осветитель ОУ-3КГ. Над рабочим местом наводчика также имелся входной люк с откидной крышкой, в которой устанавливался смотровой прибор ТНП. За люком наводчика выполнили отверстие для установки воздухопитающей трубы ОПВТ, которое закрывалось броневой крышкой на болтах. Между люками командира и оператора находились неподвижный кронштейн и люк выдачи ПУ. В кормовой части крыши башни крепился чувствительный элемент датчика ветра.
Моторно-трансмиссионное отделение (МТО) занимало кормовую часть корпуса и было изолировано от боевого отсека герметичной перегородкой. Внутри размещались двигатель с сопутствующими системами, узлы трансмиссии с управляющими механизмами, вентилятор системы охлаждения и противопожарная аппаратура (ППА).
Вооружение танка включало управляемый ракетный комплекс 2К4 «Дракон» (как основное средство поражения) и 7,62-мм пулемет СГМТ (в качестве вспомогательного оружия). В более поздних модификациях танка пулемет СГМТ был заменен на 7,62-мм пулемет ПКТ.
В состав комплекса управляемого вооружения входили: механизированная укладка с пусковой установкой (ПУ), прицелы дневного и ночного видения, станция наведения, радиоуправляемые ракеты 3М7 «Дракон», а также средства подготовки и контроля вооружения.
Реечная пусковая установка с автоматической системой заряжания противотанковыми управляемыми ракетами (ПТУР) 3М7 выдвигалась из башни через специальный люк в крыше непосредственно перед пуском ракеты. После выстрела ПУ автоматически возвращалась в исходное положение. Во время нахождения ракеты на ПУ она оставалась уязвимой для стрелкового оружия противника.
Платформа ПУ, совместно с полем зрения дневного и ночного прицелов, антенной наведения ПТУР, пулеметом СГМТ и осветителем ночного прицела, стабилизировалась в вертикальной плоскости, а башня — в горизонтальной плоскости посредством двухплоскостного стабилизатора 2Э3.
Стабилизатор вооружения 2Э3 представлял собой двухплоскостную систему с электромеханическими приводами вертикальной и горизонтальной наводки. Скорость вертикальной наводки ПУ: минимальная – не более 0,07 град./с, максимальная – не более 0,09 град./с, скорость переброса – не менее 3 град./с. Скорость горизонтальной наводки ПУ: минимальная – не более 0,07 град./с, максимальная – не менее 3 град./с, скорость переброса – 20–25 град./с.
Для отслеживания и наведения ракеты 3М7 на цель, а также для стрельбы из пулемета СГМТ в дневных условиях использовался монокулярный перископический прицел 1-ОП2, стабилизированный в двух плоскостях, с 8-кратным увеличением и полем зрения 9°.
В ночных условиях применялся подсветочный электронно-оптический монокулярный перископический прицел 1ПН12, стабилизированный в вертикальной плоскости, с 7,3-кратным увеличением и полем зрения визуальной ветви 4°.
Наведение на цель, выстрел и удержание прицельной метки на цели осуществлялись с помощью пульта управления дневного прицела 1-ОП2. Углы стабилизированной наводки ПУ по вертикали составляли от -7°10’ до +17°15’, а спаренного с ней пулемета – от -6° до +17°. Наведение по горизонту осуществлялось поворотом башни.
Система наведения ракеты была полуавтоматической, с передачей команд по радиоканалу (на семи частотах при наличии двух кодов) и обратной оптической связью от светового следа трассера.
Стрельба ПТУР могла вестись как с места, так и в движении на скорости до 25 км/ч. Дальность стрельбы днем по неподвижной или движущейся цели составляла от 300 до 3300 м, а ночью – от 400 м до 600 м. При этом могли использоваться два режима: стрельба без превышения, когда ракета летела по линии прицеливания, и стрельба с превышением, когда она двигалась выше линии прицеливания на 1,5–2 м и автоматически выводилась на линию прицеливания перед целью.
Стрельба с превышением применялась в случае наличия выступающих местных предметов в направлении цели. При стрельбе ночью использовался режим ручного управления ракетой без превышения траектории полета над линией прицеливания.
Управляемая ракета 3М7 калибром 180 мм имела аэродинамическую схему «поворотное крыло», длину 1250 мм, стартовую массу 50 кг (в боеукладке с опорами – 56 кг) и скорость полета 200–220 м/с. Размах оперения ракеты в полете составлял 840 мм. Ее кумулятивная боевая часть пробивала броню толщиной 250 мм, расположенную под углом 60° от вертикали (80% пробитий).
Для заряжания ПУ использовался электромеханический механизм, интегрированный в механизированную укладку. Боекомплект ПУ состоял из 15 ракет 3М7, из которых 12 размещались в механизированной укладке по три в ряд, а три ПТУР – в немеханизированной укладке у моторной перегородки. Автоматизация заряжания обеспечивала техническую скорострельность до 5 выстр./мин, а прицельную скорострельность при стрельбе на дальность 3000 м – 2,5 выстр./мин.
Для поражения живой силы противника использовался 7,62-мм пулемет СГМТ. Стрельбу из пулемета вел наводчик-оператор, а заряжание производил командир при угле возвышения более +3°. Непоражаемое пространство перед танком при стрельбе из пулемета составляло 25 м. В боекомплект пулемета СГМТ входили 2000 патронов.
Кроме того, в боевом отделении танка находились два 7,62-мм автомата АК-47 с боекомплектом 300 патронов, сигнальный пистолет с 20 сигнальными патронами и 12 ручных гранат Ф-1.
Броневая защита была противоснарядной и соответствовала уровню базового танка. Верхний лобовой лист корпуса имел толщину 100 мм и угол наклона от вертикали 60°. Борт корпуса был вертикальным, толщиной 80 мм. В целом корпус машины незначительно отличался от корпуса Т-62.
В переднем листе крыши корпуса, справа, располагался только один лючок для заправки топливных баков и устанавливалась защита нагнетателя системы ПАЗ. В крыше МТО над входным редуктором имелась шахта для его охлаждения, выполненная без забора воздуха к генератору.
Низкопрофильная башня представляла собой фасонную отливку с переменной толщиной стенок – от 133 до 60 мм. Толщина лобовой брони башни составляла 200-125 мм и имела переменный угол наклона от 0 до 60°. Сравнительно небольшой по высоте силуэт башни и отсутствие амбразуры для пушки позволили усилить ее броневую защиту, которая защищала экипаж и внутреннее оборудование от 100-мм бронебойного тупоголового снаряда с начальной скоростью 844 м/с в секторе обстрела ±45°. Шариковая опора башни была унифицирована с опорой башни танка «Объект 167». Диаметр опоры в свету составлял 2245 мм. Максимальная высота танка по прицелу 1-ОП2 составляла 2170 мм.
Танк был оснащен системами ПАЗ, ППО и ТДА. Коллективная защита обеспечивалась герметизацией обитаемых отделений, созданием избыточного давления и очисткой воздуха от радиоактивной пыли с помощью нагнетателя-сепаратора. Кратность ослабления проникающей радиации составляла 2,8 на зараженной местности – 14.
Отличительной особенностью автоматической унифицированной системы ППО, включавшей три двухлитровых баллона с огнетушащим составом «3,5» и восемь термодатчиков, являлось наличие двух дистанционных кнопок, одна из которых находилась у командира, а другая – у оператора. При срабатывании системы ПАЗ выключались вытяжной вентилятор и нагнетатель, закрывались жалюзи, заслонки вытяжного вентилятора и воздухоотвода генератора, заслонка шахты генератора, клапаны нагнетателя и входные окна дневного и ночного прицелов. В отличие от базовой машины, вся электроаппаратура системы ПАЗ размещалась в отделении управления.
Система ТДА, рассчитанная на 10 минут непрерывной работы, обеспечивала постановку дымовой завесы с длиной непросматриваемой зоны 250-400 м и стойкостью 2-4 мин.
Силовая установка, трансмиссия, ходовая часть и электрооборудование «Объекта 150» не претерпели значительных изменений по сравнению с аналогичными элементами базового танка.
На «Объекте 150» использовался дизель В-55А (двигатель В-55 без генератора) мощностью 426,5 кВт (580 л.с.). Общая емкость трех внутренних топливных баков составляла 695 л. На надгусеничных полках устанавливались три наружных топливных бака общей емкостью 280 л, подключенных к системе питания двигателя топливом. Запас хода по шоссе достигал до 450 км, по грунтовой дороге – до 340 км, а с установкой двух 200-литровых дополнительных бочек – до 670 и до 470 км соответственно.
В отличие от танка Т-62, в МТО «Объекта 150» генератор устанавливался не на двигателе, а на подмоторной раме, рядом с ним. Привод к генератору осуществлялся от ведущей шестерни входного редуктора и включал гидромуфту с карданной передачей. Система подпитки гидромуфты была включена в систему смазки двигателя. Забор воздуха для охлаждения генератора производился из боевого отделения. Нагретый воздух из генератора выбрасывался в МТО. При срабатывании ПАЗ нагретый воздух из генератора направлялся в боевое отделение. Поэтому входной редуктор истребителя танков отличался от входного редуктора Т-62 наличием прилива для привода на генератор (передаточное число привода от двигателя к генератору было равно 0,33) и менее развитым оребрением.
В электрооборудовании машины применялись четыре аккумуляторные батареи 6СТЭН-140М общей емкостью 280 А·ч, генератор Г-10 мощностью 10 кВт с реле-регулятором Р-10Т и преобразователь ПТО-3000 (мощность трехфазного генератора составляла 400 Вт, мощность однофазного генератора – 2700 Вт).
Подвижность «Объекта 150» осталась на уровне танка Т-62: машина боевой массой 33,8 т развивала максимальную скорость по шоссе 48 км/ч.
Для внешней и внутренней связи использовались радиостанция Р-113 и ТПУ Р-120.
Истребитель танков был приспособлен для преодоления водных преград по дну с помощью ОПВТ. Глубина преодолеваемой водной преграды по дну составляла 5 м, протяженность – 700 м при скорости течения до 1,5 м/с. Для выдерживания заданного направления движения под водой использовался гирополукомпас ГПК-59.
Официальная группа сайта Альтернативная История ВКонтакте
Телеграмм канал Альтернативная История
Читайте также:
👉 Подписывайтесь на канал Альтернативная история ! Каждый день — много интересного из истории реальной и той которой не было! 😉