Сосед сверху начал с малого: в семь утра он включил «Маяк». Радио доносилось сквозь потолок так чётко, будто приемник установили на балконе. Ведущий размеренно говорил о погоде в Мурманске и налоговых вычетах. Дарья, лежа в кровати, приподняла голову и зажмурилась:
— Это что, флэшбек в Советский Союз?
Потом начались шаги. Медленные, тяжёлые. Как будто человек в берцах шаркал от окна к столу и обратно. Потом — кашель. Потом — скрежет, будто двигают мебель. Потом — стук в батарею.
Дарья подскочила. Стук повторился.
— Эй! — крикнула она вверх. — Можно не с утра?!
Ответом был третий стук. Очень вежливый, почти извиняющийся.
К вечеру она не выдержала и поднялась на этаж выше. Дверь с облупившейся краской, табличка «М.Е. Ковалёв» и приколотый листочек: «ЗВОНОК НЕ РАБОТАЕТ, СТУЧАТЬ ТРИЖДЫ». Всё бы ничего, но по данным БТИ, эту квартиру никто не занимает с 1979 года. Это было в документах, Дарья проверила еще неделю назад. Всё чётко: «Собственник умер, квартира в управлении города, опечатана».
Она всё-таки постучала. Трижды. Дверь скрипнула. Совсем чуть-чуть. И из щели выглянул глаз.
— Чего надо?
Глаз был бледно-голубой, как зимнее небо. Голос — хриплый, но вежливый.
— Простите... — Дарья растерялась. — Вы... тут живёте?
— А ты кто будешь?
— Я снизу. С третьего. Заехала недавно. Вы стучали в батарею...
— А, так это ты. Ну прости. Просто соль закончилась. А в магазин не иду — ноги болят.
Дарья на секунду забыла, что говорить.
— Так вы... вы что, реально тут живёте? — наконец выдавила она. — Но... вас же...
— Ну и что, что живу? А ты, стало быть, нет? — он хмыкнул. — У всех свои странности. Ты, например, с зеркалами разговариваешь.
Она вздрогнула.
— Я не...
— Не важно. Принеси соли, если не трудно. Только не йодированной — она горчит.
Дверь закрылась. Тихо, как если бы и не открывалась вовсе.
Даша почесала затылок, изучила дверь соседа еще раз. Вернулась домой, еще раз залезла в интернет и убедилась, что собственник квартиры умеp. Спустя пару часов раздумий, она поднялась с пачкой соли наверх, повесила пакет на ручку двери. Стучать не стала, почему-то постеснялась.
На следующее утро у двери Дарьи стояла баночка с солёными огурцами. Подписанная: «Спасибо. М.Е.».
Она долго смотрела на неё. Потом поставила на кухню, рядом с кактусом. Тот, кажется, усмехнулся.