Изначально, развернувшаяся осада форта Донельсон складывалась благоприятнее для обороняющихся, нежели для наступающих. Первоначальный штурм, предпринятый войсками северян, был отражён южанами без особых сложностей, а на следующий день силы Конфедерации одержали победу над речной флотилией северян, известной как «Западная флотилия». Несмотря на это, высшее командование Конфедерации, находившееся в форте, не рассчитывало на долгосрочную и успешную оборону, поэтому разрабатывало план прорыва из окружения. Утром 15 февраля 1862 года дивизии армии Конфедерации перешли в наступление, заставив врага отступить и проделав брешь в кольце окружения, однако намеченный прорыв так и остался неосуществлённым.
Первые залпы
События, развернувшиеся 13-14 февраля, как будто подтверждали правоту генерала Джонстона, считавшего, что форт Донельсон станет непреодолимым препятствием для федеральной армии.
Первоначально Грант отдал приказ воздержаться от активных действий до тех пор, пока все его войска не будут сосредоточены у форта. Однако командиры двух дивизий северян, прибывших к Донельсону, — бригадные генералы Джон Макклернанд и Чарльз Смит — стремились как можно скорее вступить в бой. 13 февраля они, игнорируя приказы Гранта, провели серию ограниченных и не скоординированных атак, чтобы проверить оборону южан на прочность. Эти атаки были без труда отражены, и северяне понесли первые потери, среди раненых оказался полковник Уильям Моррисон, командующий бригадой в дивизии Макклернанда. Согласно боевым донесениям северян, несколько их раненых солдат, оказавшихся на ничейной земле, погибли в огне из-за пожара сухой травы, вызванного артиллерийским огнём. Однако это представляется маловероятным, поскольку накануне шли дожди, а затем наступили морозы, поэтому о крупном пожаре не могло быть и речи.
Для поддержки продвижения пехотных соединений, речная канонерская лодка "Каронделет" вступила в противостояние с артиллерией, ведя огонь по береговым укреплениям форта. Однако и здесь северяне не достигли желаемого результата: артиллеристам Конфедерации удалось поразить корабль из орудия дальнего действия. Перестрелка между кораблем и фортификацией не принесла ощутимых изменений в расстановке сил, за исключением потери капитана-сапера южан, Джозефа Диксона.
Не сумев прорвать укрепленную линию обороны с первой попытки, войска Союза отступили на исходные позиции. Тем не менее, эпизодические столкновения и артобстрелы не прекращались до наступления темноты. Более того, генерал Смит отдал приказ о непрерывном беспокоящем огне по позициям противника в течение ночи.
На первый взгляд, исход первого боевого столкновения был в пользу армии Конфедерации и должен был укрепить моральный дух солдат. Однако, настроение в стане южных генералов было угнетенным. В час ночи 14 февраля генерал Флойд собрал военный совет в своем штабе в городе Дувр, где участники пришли к единодушному мнению о нецелесообразности дальнейшего удержания форта. Было решено немедленно организовать прорыв и отступить в сторону Нэшвилла. Флойд оперативно отдал необходимые указания по организации прорыва, возложив ответственность за общее руководство на генерала Пиллоу. Сам же он фактически устранился от командования, переместившись в форт Донельсон. Подготовка к прорыву шла всю ночь, однако он так и не был реализован.
План прорыва был сорван в последние минуты перед началом атаки: снайпер северян ликвидировал одного из офицеров штаба Пиллоу. Обнаружив потерю, последний немедленно отменил все действия, аргументируя это тем, что место прорыва было обнаружено противником, и, следовательно, операция обречена на провал. Узнав об этом, Флойд пришел в состояние крайнего гнева, но исправить ситуацию было уже невозможно, и на рассвете 14 февраля войска южан все еще оставались в своей укрепленной зоне. Таким образом, конфедераты не воспользовались благоприятной возможностью для прорыва, так как основные силы армии Союза еще не были полностью сосредоточены на данном участке фронта. Около полудня 14 февраля генерал Грант получил подкрепление в виде только что прибывшей бригады из форта Генри, а днем по реке прибыло еще 10 000 солдат на 12 транспортных судах, под защитой речных мониторов. В конечном счете возле линии окружения между дивизиями генералов Смита и Макклернанда, генерал Грант разместил третью дивизию под командованием бригадного генерала Лью Уоллеса. Это позволило Гранту создать плотное кольцо окружения по суше и одновременно отдал команду флотилии начать обстрел форта с реки.
14 февраля: канонерки против крепостной артиллерии
В 15:00 суда "Западной флотилии" под командованием капитана Эндрю Фута приблизились к форту и открыли артиллерийский огонь. Как и в предыдущий день, артиллерийские батареи форта были готовы к бою и немедленно открыли ответный огонь. Артиллерийская дуэль между кораблями и фортом Донельсон продолжалась около полутора часов и завершилась уверенной победой южан. В общей сложности они выпустили по противнику 500 снарядов, из которых 169 достигли цели. При этом попадания распределились неравномерно: флагманский броненосец "Сент-Луис" получил 59 попаданий, "Каронделет" – 54, "Луисвилл" – 36, а "Питтсбург" – 20. К счастью для сил Союза, большая часть повреждений не была серьезной, однако сам факт обстрела оказал негативное воздействие на боевой дух матросов. Рубка управления "Сент-Луиса" была разрушена, на "Каронделете" взорвалось одно из орудий, а "Питтсбург" начал давать течь. "Сент-Луис" и еще один монитор потеряли управление и беспомощно дрейфовали по течению. Согласно рапорту адмирала Фута, общие потери составили 10 убитых и 44 раненых, включая ранение самого Фута. Южане не понесли никаких потерь в личном составе. Корабли вышли из зоны поражения и отошли вниз по реке.
С суши за боем наблюдали солдаты и офицеры армии Конфедерации. Одним из очевидцев боя стал Натан Форрест, который впоследствии отметил в своём рапорте:
«Больше решимости не могло быть проявлено атакующей стороной, как и не могло быть больше хладнокровия и храбрости, чем мы увидели у наших артиллеристов».
Второй день осады также принёс южанам успех: они смогли отогнать вражескую флотилию, нанеся ей некоторые повреждения. Тем не менее Грант с оптимизмом смотрел в будущее. На суше его войска плотно обложили укреплённый район противника, а верховья реки надёжно контролировались его кораблями.
«Я решил сделать максимально плотной блокаду форта, местами возвести укрепления и ждать окончания ремонта канонерок»,
— писал Грант.
Планирование прорыва
Несмотря на достигнутый успех в столкновении с вражескими кораблями, командующие Конфедерации в Донельсоне по-прежнему мрачно оценивали перспективы удержания форта. Ночью Флойд созвал очередное собрание военачальников, на котором было принято однозначное решение о прорыве из окружения. Решимости добавила полученная ранее телеграмма от Джонстона, в которой Флойду предписывалось эвакуировать войска в Нэшвилл в случае падения форта.
Направление для прорыва южане выбрали вдоль правого фланга армии Гранта. Атаку предстояло возглавить дивизии Пиллоу, которой ставилась задача прорвать оборону дивизии Макклернанда, установить контроль над двумя дорогами, ведущими в Нэшвилл, и начать движение по ним. Джонсону приказывалось наступать на левом фланге, координируя действия с кавалерией Форреста. Бакнеру был отведён правый фланг, при этом его 30-й Теннессийский полк, насчитывавший 450 человек, должен был остаться на занимаемых позициях и обеспечивать прикрытие тыла на случай наступления дивизии Смита. Главной целью сил Конфедерации являлись две дороги, ведущие к Нэшвиллу, одна из которых оказалась затоплена из-за разлива реки, а вторая находилась во вполне пригодном состоянии.
Подготовка к прорыву была проведена крайне небрежно: в частности, лишь отдельные полки получили дополнительное продовольствие на три дня. Спустя более полугода, 7 ноября 1862 года, в ходе официального расследования событий в форте, Форрест заявил, что никаких полноценных приготовлений к прорыву предпринято не было:
«Ни одно орудие не было снято с наших позиций <…>, продукты не были подготовлены и розданы, одеяла и шинели остались в тылу, ни одного приказа на отход не было отдано, ни один склад не был подготовлен к отступлению <…> Командование было разрозненным и смешанным…»
Южане идут на прорыв
Итак, 15 февраля в пять часов утра конфедераты перешли в наступление. Их удар оказался неожиданным и ошеломил противника. Ситуацию для южан усугубляло и то, что Грант, не ожидавший атаки, накануне покинул штаб и отбыл на совещание с командующим «Западной флотилией» Футом. Перед отъездом он отдал командирам дивизий категорический приказ ничего не предпринимать до его возвращения. По этой причине в момент начала вражеского наступления командирам дивизий пришлось действовать самостоятельно, полагаясь на собственное усмотрение.
С оглушительным боевым кличем, пехотные части дивизии Пиллоу обрушились на передовые рубежи дивизии, которой командовал Макклернанд. Солдаты Союза оказывали ожесточенное сопротивление, постепенно организованно отступая под натиском. Примерно в 8 утра Макклернанд обратился за подкреплением к командиру соседней 2-й дивизии, бригадному генералу Лью Уоллесу, но Уоллес не решился на помощь, помня о приказе Гранта не предпринимать никаких действий без его прямого указания. Вместо этого он отправил вестового к Гранту с донесением о начале вражеского наступления. Тем временем у Макклернанда почти иссяк запас боеприпасов, а его правый фланг оказался под угрозой разгрома. В критический момент он послал второго гонца к Уоллесу с отчаянным сообщением: «Мой правый фланг сломлен! Вся армия в серьезной опасности!» В этот раз Уоллес, пренебрегая приказом и беря на себя ответственность, ввел в бой бригаду полковника Чарльза Круфта, которой пришлось нелегко, так как она немедленно попала под фланговую атаку конфедератов и также начала отступать.
Однако и у Конфедерации не все шло по плану. Кавалерийский отряд Форреста должен был нанести сокрушительный удар по флангу противника, но бригада оказалась не в полной боевой готовности: подполковник Гантт, командир 9-го Теннессийского батальона, проигнорировал приказ Форреста и отказался от участия в атаке. Более того, в процессе боя выяснилось, что действия кавалерии затруднены сложным рельефом местности: всадникам пришлось продираться сквозь плотный кустарник, а после выхода на относительно открытое пространство оно оказалось непроходимым болотом. Несмотря на эти затруднения, Форрест продолжал выполнять важную задачу – обеспечивал защиту левого фланга наступления.
Хотя южане изначально планировали атаку силами трех дивизий, фактически натиск осуществляла лишь дивизия Пиллоу. Генерал Джонсон проявлял осмотрительность и действовал сдержанно, что частично объяснялось неблагоприятными условиями местности, по которой продвигались его солдаты. Около 9 часов утра, когда войска северян отступали, Форрест обратился к Джонсону, с чьей дивизией он взаимодействовал, с призывом ввести в сражение дополнительные силы, чтобы окончательно разгромить дезорганизованного врага мощным ударом. Джонсон ответил неохотно, но согласился немного увеличить давление, однако тут стало известно, что подразделения Бакнера, которые должны были поддержать атаку Пиллоу справа, бездействуют, оставаясь на исходных позициях. Пиллоу лично отправился к Бакнеру и вынудил его начать наступление. Практически одновременная активизация усилий на флангах принесла результат: южане, наконец, достигли важной дороги на Нэшвилл, образовав коридор для отхода. Время было около 9:30 утра.
Прояви генералы южан в этот момент большую решительность, они могли бы не только прорвать линию обороны противника, но и полностью уничтожить дивизию Макклернанда. В тот момент их солдатам все удавалось, и они демонстрировали чудеса храбрости на поле боя. После начала отступления северян Форрест сумел вывести своих конников на открытую местность в центре, удобную для кавалерийских действий. Там они столкнулись непосредственно с вражеской артиллерийской батареей, состоящей из шести орудий. Быстрым и дерзким ударом кавалеристы южан ворвались на батарею и, уничтожив артиллеристов саблями, захватили ее – при этом не менее 50 солдат северян были убиты или ранены. Это была первая из множества артиллерийских батарей, захваченных Форрестом в ходе войны.
В отличие от подполковника Форреста, генералы южан всё так же действовали очень осторожно. Мужество солдат и офицеров среднего звена, сметавших практически любое вражеское подразделение, резко контрастировало с ужасающей нерешительностью их командиров.
Вышеупомянутая задержка Бакнера позволила Макклернанду отвести свои войска для перегруппировки и пополнения боеприпасов, а Уоллесу — подтянуть к рушащемуся фронту свежие силы. Отход Макклернанда превратился в паническое бегство, о чём свидетельствуют офицеры-северяне. Отступающие находились на вершине холма за линией фронта Уоллеса и представляли собой
«безошибочный признак катастрофы… Один офицер галопом скакал по дороге, выкрикивая: «Нас разорвали на куски».»
Благодаря новым бригадам из дивизии Уоллеса северянам удалось провести серию контратак и создать прочную оборонительную линию с опорой на хребет, тянущийся на Винри-Ферри-Роуд. Тем не менее южане выполнили свою задачу: они пробили коридор для отхода, а враг был загнан на высоты. Казалось бы, можно начинать отступление и вписать в военную историю очередной блестящий прорыв из осаждённой крепости, но вместо этого командование южан поступило по-своему. Пиллоу развернул свои силы и начал атаковать войска северян, находившиеся на хребте. Скорее всего, он руководствовался тем, что врага нужно уничтожить, иначе он ударит в спину отходящим войскам. Конфедераты атаковали трижды, но безуспешно, и в итоге отступили на полмили (800 м). Эта неудача не обескуражила южан, поскольку утро было успешным, а путь к отходу оставался свободен. На часах было 12:30.
Последним аккордом удачных действий южан стали действия 2-го Кентуккийского пехотного полка под командованием 35-летнего полковника Роджера Хэнсона из дивизии Бакнера. Действия этого полка наглядно иллюстрируют тактику пехоты южан у форта Донельсон. Как и другие части дивизии Бакнера, этот полк был брошен в бой с опозданием и теперь оказался в первой линии. В этот момент северяне резко контратаковали, поскольку Макклернанд как раз получил усиление от дивизии Уоллеса. Хэнсон со стороны наблюдал, как две атаки кавалерии Форреста были отбиты врагом. Создавалась реальная угроза всему фронту южан. Хэнсон рвался в бой, но был скован приказом Бакнера не предпринимать активных действий. Видя, что ситуация близка к критической, Хэнсон отправил вестового к Бакнеру, чтобы получить разрешение на контратаку, но тот ответил отказом. Тогда Хэнсон решил действовать самостоятельно и вывел свой полк на угрожаемый участок. Перед кентуккийскими пехотинцами лежало открытое поле шириной 200 ярдов, на другом конце которого находились вражеские стрелки.
Хэнсон повёл своих солдат в бой с приказом не стрелять, пока они не выйдут на короткую дистанцию для убийственного залпа. 50 кентуккийских пехотинцев было убито и ранено огнём северян, пока они маршировали по открытому полю. Вскоре им удалось подойти близко для залпа, с дистанции в 40 ярдов открыть огонь по противнику и обратить его в бегство. В своём рапорте Хэнсон писал, что «это не была «штыковая атака» в обычном понимании, но она бы стала ею, если бы враг не сбежал». Одновременно командир Кентуккийской артиллерийской батареи капитан Райс Грейвс выдвинул свои пушки для поддержки атаки Хэнсона и накрыл огнём подходивших к фронту пехотинцев дивизии Уоллеса.
Южане отступают
Именно в этот момент Пиллоу отдал своей дивизии неожиданный приказ вернуться на стартовые позиции к 13:30. Узнав об этом, обескуражены были все: и Флойд, и Бакнер, и даже полковник Хэнсон, только что добившийся успеха. Между генералами возник очередной спор, в котором Пиллоу победил, заявив, что враги усилили свои позиции, а его солдаты ослаблены и нуждаются в пополнении запасов и перегруппировке. Нерешительный и не имевший военного опыта Флойд не смог настоять на своём, и дивизия Пиллоу ушла с передовой в укреплённый район.
Справедливости ради заметим, что в какой-то степени Пиллоу был прав. Находившийся в войсках начальник инженерной службы на Западном фронте подполковник Гилмор писал в своём рапорте:
«Бой шёл около семи часов, земля была покрыта снегом, солдаты были голодны и изнурены, запасы боеприпасов истощились, а осаждающие усилились <…> Большая часть людей не имела одеял, пайка и всего остального, что необходимо для марша».
Примерно то же говорит историк Джеймс Родс:
«Конфедераты <…> оказались слишком утомлены тяжёлым сражением, чтобы немедленно начать организованный вывод войск из форта по дороге, покрытой снегом и льдом. К тому же не все солдаты были обеспечены провизией, не были приняты и меры безопасности, которые обычно обязательны при отступлении перед лицом врага».
Возможно, Пиллоу посчитал, что не стоит начинать марш на Нэшвилл, когда у солдат нет пайков и одеял, а враг занимает господствующие высоты. Однако в тот момент отвод войск фактически означал окончание борьбы. На передовой оставались дивизия Джонсона и части Бакнера, однако активных действий они и до этого не вели. Что делать дальше, ни один из этих генералов не представлял. Так прорыв, суливший блестящие перспективы, остановился из-за нерешительности и несогласованности командования южан.
К этому времени на фронт вернулся Грант. Совещание с Футом проходило на флагманском корабле. Как сам Грант писал в мемуарах, сойдя на берег, он встретил капитана из своего штаба «белым от страха <…> за судьбу федеральных войск». Чтобы вернуться на фронт, Гранту пришлось промчаться около 6 км. В его случае к страху проиграть сражение добавлялись и личные мотивы. До войны Грант имел проблемы с алкоголем и очень скверную репутацию, поэтому отсутствие генерала на поле боя было бы неверно истолковано его многочисленными противниками.
Результаты появления командующего не замедлили сказаться. Как выразился Джеймс Родс, «из хаоса возник порядок, из отчаяния — решимость». Грант немедленно организовал серию контрударов по всем направлениям. Услышав от Макклернанда и Уоллеса об утрате позиций, он спокойно заметил: «Джентльмены, позицию справа необходимо вернуть». Затем Грант приказал провести перегруппировку и, собрав боевую группу из боеспособных бригад дивизий Макклернанда и Уоллеса, начал атаковать дивизии Джонсона и Бакнера. Тогда же Грант узнал, что у нескольких убитых солдат-конфедератов в рюкзаках обнаружен трёхдневный запас продовольствия, и сразу понял, что враг пытается вырваться из форта. По этому поводу он сказал своему штабному офицеру:
«Некоторые наши люди сильно деморализованы, но противник должен быть в худшем состоянии, поскольку попытался пробить себе путь силой, но не смог; тот, кто сейчас атакует первым, выйдет победителем. Сообщайте всем, кого повстречаем на пути: «Набивайте патронташи и выдвигайтесь вперёд. Противник пытается сбежать. Мы не должны ему этого позволить»».
Ликвидировав кризис на правом фланге, Грант поскакал на левый, где приказал дивизии Чарльза Смита, которая ещё не участвовала в бою, атаковать и захватить форт Донельсон. Смит бросил вперёд две свои пехотные бригады, лично возглавив атаку на боевом коне, однако 30-й Теннессийский полк полковника Хэда, оставленный прикрывать тыл прорывающейся армии южан, смог удержаться. Хотя северяне вклинились в оборону теннессийцев, они смогли только потеснить противника, но не разбить его. При этом полковник Хэд отвечал контратаками, сдерживая натиск северян.
Несмотря на серию мощных ударов со всех направлений, решительного прорыва северянам осуществить не удалось: южане медленно отступали с боями. К 17:30 конфедератов оттеснили в пределы их укреплённого района. После дня боёв обе стороны оказались на тех же позициях, что и вначале.
Потери за день с обеих сторон составили около 500 человек убитыми у северян, до 200 — у южан, а также около 2000 раненых (из них всего около 300 у южан). При этом дивизия Макклернанда потеряла 1552 человека (311 убитыми, 1058 ранеными и 183 пропавшими без вести). Многие из раненых северян замёрзли на поле боя, поскольку сражались без шинелей и одеял, а потом не смогли дождаться, пока их подберут. В то же время южане смогли унести своих раненых, а затем начали эвакуировать их в Нэшвилл на лодках и пароходах. Южане захватили 200 пленных, 6 пушек (заслуга Форреста) и около 1000 ружей.
Восстановив статус-кво на фронте, северяне перекрыли одну из дорог на Нэшвилл, но оставили свободной вторую дорогу, затопленную паводком. Возможно, это случилось потому, что Грант посчитал её непригодной для движения, однако некоторые из командиров южан думали иначе.
Официальная группа сайта Альтернативная История ВКонтакте
Телеграмм канал Альтернативная История
Читайте также:
Источник: https://alternathistory.ru/roman-ponomarenko-fort-donelson-yuzhane-idut-v-ataku/
👉 Подписывайтесь на канал Альтернативная история ! Каждый день — много интересного из истории реальной и той которой не было! 😉