Боснийский Караджич
(Продолжение, часть-1 смотреть здесь)
Считаю, что в историях с Борисом Николаевичем, типа той, что описана в первой части этого цикла, мне просто везло. Везло, хотя бы уже потому, что за год до этого сам Ельцин меня чуть было не уволил, а потом спас, причем, сам не зная ни первого, ни второго. А дело было так:
Осень 1994 года. Борис Николаевич прилетел в Нью-Йорк на сессию Генеральной Ассамблеи ООН. Событие - огромное. Все всё «светят» крайне подробно, и, естественно, что все силы отделения ИТАР-ТАСС брошены на отработку повестки дня российского президента. В самый последний момент мне было поручено «закрыть» проводы президента в аэропорту и отлёт.
В аэропорт я приехал заранее и прошел к огороженному столбиками месту, которое предназначалось для прессы, провожающей Ельцина. Меня пропустили всего лишь по городской аккредитация "Работающая Пресса" без каких-либо особых проверок, только через «рамку» прошел. Тогда еще о терроризме в глобальных масштабах никто ничего не слышал, поэтому и специальных мер предосторожности, которые действуют сейчас, и в помине не было. Следом за мной, минут через пять – десять подъехали американские и российские коллеги, а потом и телевизионщики подтянулись.
Как только я приехал, мне тут же позвонили из нашего ТАССовского бюро на мобильный телефон и попросили обязательно задать президенту вопрос о том, с кем в этот день состоялись встречи, так как информации не было никакой.
Надо сказать, что мобильный телефон в то время - это очень ценная и довольно редкая техника, по своему калибру больше походившая на переносную радиостанцию. И на тот момент в нашем бюро он был в единственном экземпляре и то, что он был доверен шефом /лицом материально ответственным/ корреспонденту, показывало, что событие, куда меня направили, отнюдь не рядовое.
Как только подъехал кортеж Ельцина, Борис Николаевич вышел из машины и тут же направился к самолету. По всему было видно, что он не горит желанием общаться с прессой. Но что делать, если дано задание и я должен задать вопрос? Поэтому я на всякий случай решил покричать: «Борис Николаевич, два слова для российской прессы!».
Борис Николаевич обернулся¸ заметил меня. А я всегда был довольно высоким и крупным, среди коллег бросался в глаза. Развернулся и подошел к нам: «Ну, спрашивай!».
Я тут же говорю: «Какие встречи прошли сегодня в Нью-Йорке, с кем Вам удалось встретиться?».
Немного растягивая слова, Ельцин начал отвечать. Сказал, что встречались «с английским премьер-министром, с французским президентом, с немецким Колем и с боснийским Караджичем».
Рядом стоял министр иностранных дел Козырев. Я постоянно поглядывал на него и видел, что при каждом слове Ельцина он кивал головой. И это я расценивал как подтверждение, что все в порядке.
Получив ответ, по телефону передаю информацию в ТАССовский центр в Нью-Йорке, оттуда она тут же уходит в Москву. О том, что состоялся ряд встреч, в том числе с «канцлером Германии Гельмутом Колем, а также с лидером боснийских сербов Радованом Караджичем».
И вот эти слова Ельцина «с боснийским Караджичем» у меня в ушах останутся звучать на всю жизнь. Слава богу, что я записывал их на диктофон и не успел затереть пленку. Потому что уже на следующий день, как только я пришел в офис, на меня обрушился целый вал телефонных звонков. Звонили из Представительства России при ООН, из Представительства США при ООН. Звонили из московского МИДа, вашингтонского Госдепа, из моей родной ТАССовской конторы. И смысл всех звонков был один: «Вы что там все, с ума посходили!!! Что Вы такое понаписали!!! Радован Караджич является военным преступником, никакой визы ООН в Нью-Йорк он не мог получить и, естественно, не мог приехать!».
Мне всегда нравилась фраза из советских кинофильмов "так распорядилась моя журналистская судьба". Типа, если ты уже стал журналистом, то придется терпеть все эти приемы, банкеты, нью-йорки, лондОны. А тут как-то сразу стало понятно, что "журналистская судьба" может распорядиться тобой очень по-разному. Если на вопросы американской стороны мы просто ничего не комментировали, то своим людям отвечать было надо. И отвечали: «Так сказал президент!».
«Президент не мог так сказать», - слышалось в ответ. После чего я, перекрестившись, давал послушать по телефону записанную пленку с голосом президента. Все узнавали интонации Бориса Николаевича и все прекрасно слышали, как он говорил «и с боснийским Караджичем».
Но потихоньку скандал продолжал разгораться. И хотя редакционное начальство, понимая, что я совершенно не при чем, как-то пыталось меня отмазать, в конце концов, мой самый высокий тассовский начальник попросил мне передать: «Леша, сам все прекрасно понимаешь. Да, все слышат, что он это сказал, но он не мог этого сказать. А значит, тебе пора собираться домой».
Но потом, как мне передавали, добавил: «Но ты сильно не расстраивайся. Скажи семье, что посидишь годик в Москве, а потом пошлем тебя куда-нибудь в Лондон».
Впрочем, к тому времени я уже довольно долго проработал в ТАСС и прекрасно понимал, что хорошие намерения, а также понимание того, что человек ни в чем не виноват, ничего не гарантируют. Было понятно, что случайно я надолго могу оказаться в незаслуженном журналистском простое. Просто так получилось, так распорядилась журналистская судьба. И ничего ведь не попишешь – в нашей конторе всегда было принято соблюдать неписаные правила игры и не подставлять ньюсмейкера.
Вернулся я домой к жене (к теперь уже бывшей жене) и начал ее готовить к скорым переменам. А на следующий день поехал на работу с «тяжелым сердцем», ожидая финального решения…
И тут Борис Николаевич меня и спас...
Как оказалось, улетев с нью-йоркского аэродрома, он ненадолго «завернул» в Вашингтон, а затем должен был сделать остановку в ирландском аэропорту Шеннон.
Там была намечена встреча с главой этой страны. Это была та самая знаменитая встреча, которую Борис Николаевич проспал и из самолета не вышел.
Вполне понятно, что это новое происшествие целиком и полностью затмило скандал с «боснийским Караджичем».
Ну, а я еще несколько лет проработал в США, про мой скандал в суматохе после Шеннона просто позабыли. Вот так на тот раз "распорядилась моя журналистская судьба".
Переходите по ссылкам в начале и в конце каждой части и читайте:
- Как Ельцин Клинтону палец показал (байки-1)
- Как Ельцин журналиста спас (байки-2)
- Как Ельцин Клинтону Хакамаду сватал (байки-3)
- Как у Михалкова "Оскар" украли (байки-4)
- Как разом снять 5 президентов (байки-5)
- Спасти резидента (байки-6)
- О FBI, "Russian Mafia" и "Zoloto партии" (байки-7)
- Взялся за грудь - расскажи что-нибудь (байки-8)
- Как батальон красавиц прошёл по советской Москве (байки-9)
- Вас ищут люди Березовского (байки-10)
- Не надо было инглиш прогуливать (байки-13)