Злата ушла на ночное дежурство. Ушла со спокойной душой, ни о чем не волновалась. Муж дома, девочки под присмотром. Позвонила в десять вечера, Семен сказал, что дети спят.
На работе тоже спокойно. В стационаре только бабка Шура. Вчера ей стало плохо, сердце прихватило. Злата приготовила ей чудодейственный отвар.
Начало истории
Был уже глубокий вечер. Злата заглянула к бабке Шуре, а та не спит, вздыхает, переживает за свое хозяйство, за кота. За Злату тоже.
- Как у вас дела? - беспокоилась старушка.
- Все нормально.
- А как муж?
- Муж?! - Злата повела плечом, - уволился.
- То-то я смотрю, он слоняется по поселку. Руки в брюки. Страдает от безделья, - выпалила бабка Шура, - ты за ним присматривай. Мало ли чего?!
- Зачем? Других забот хватает. Семен — взрослый человек. За руль больше не сядет. Работу со временем найдет. К тому же он дома помогает.
- Помогает… - недовольно хмыкнула старушка, - ты все тащишь на себе. Глянь, какая стала! Высохла, как щепка. А он жиреет с каждым днем.
- У него наследственность такая.
- Ой, Злата! - баба Шура обеспокоено качнула головой.
В палате стало тихо. Баба Шура замолчала, а Злате вдруг захотелось выговориться. Излить ей свою душу. Посоветоваться. Потому как Злата обманывает мужа уже не первый год.
- Баб Шур, когда Семен попал в аварию… - Злата умолкла, а старушка навострила слух.
- Злата! - донеслось из коридора. Кто-то мчался, звал ее истошным криком. Злата тут же вышла в коридор.
Случилось что-то страшное! Непоправимое! Сердце ухнуло в груди.
- Твой дом горит!
…Злата ехала в карете скорой помощи, тряслась от страха. За последние годы она повидала многое, но нет ничего страшнее, чем смотреть, как полыхает ее дом. Дети. Муж. Она не знала, живы ли они? Успели ли спастись?
Черный дым окутал небо. Пламя охватило крышу. Злата выскочила из машины на ходу. Ничего не видела. Только сгорбленное тельце ребенка на траве.
Подбежала, упала на колени.
Тася….
- Дочка! - Злата обхватила ладонями ее лицо. Заплаканное, чумазое от копоти. - Ты цела?
- Дяденька… - произнесла она, дрожа от страха, - вытащил меня из дома.
- Какой дяденька? Где Аня? Папа?
Тася испугано мотнула головой.
На пожар сбежались все соседи. Кто-то поливал из шланга, кто-то ведрами из бочки. Злата, не раздумывая, бросилась к горящему крыльцу.
В доме все пылает, но где-то там остались Аня и Семен. Чей-то силуэт пробрался к выходу. Он кашлял в тряпку и… горел.
- Сема! - Злата бросилась к нему.
Но это был не Сема. Из дома вскочил Илья.
Рукав его рубашки загорелся, но тот как будто бы не замечал. Кто-то окатил его из шланга. Злата в ужасе смотрела на Илью.
- Где Аня?
- Я не знаю, - Илья с трудом откашлялся, - я ее не видел.
- А Семен?
- Семена тоже.
Злата ринулась к крыльцу, но сильные мужские руки обхватили ее талию, оттащили от огня.
- Куда? Сгоришь! - кричал Илья.
Вой сирены прозвучал на всю округу. К дому подъехала пожарная машина. С опозданием. Одна бригада отправилась на вызов, остались три «калеки». Они не сразу завели машину. А когда приехали, дом выгорел практически дотла.
- Почему так долго? - Илья готов был разорвать их на клочки.
Пока они тушили, он бегал вокруг дома, заглядывал в полыхающие окна и кричал:
- Аня! Аня!
А Злата, плача, наблюдала за происходящим со стороны. За Ильей. Он вдруг обернулся к бане, посмотрел на Злату, и она, едва дыша от страха, направилась к нему.
За баней притаилось худенькое тельце. Аня. Все внутри перевернулось. Анечка жива. Выбралась. Она прикрывала волосами и ладонями лицо.
- Аня! - Злата отлепила ее руки от лица. Увидела ожог, огромный во всю щеку от подбородка до виска.
- Мне больно, - пропищала та.
И Злате тоже было больно. Больно видеть эту рану, больно видеть страх в глазах детей. Больно смотреть на пепелище и понимать, что мужа больше нет.
- Сема… - она рыдала, а Илья, молча утешая, приобнимая, сжимал ее плечо.
- Да вон он! - крикнул кто-то из соседей, - живее всех живых.
Злата резко обернулась. К калитке шел… Семен. Взбудораженный, с огромными безумными глазами. Он таращился на обугленные стены, не мог поверить, что их дом сгорел.
Злата бросилась к нему. Нет, не в объятия. Она подбежала и толкнула его в грудь.
- Ты где был? - прокричала Злата. Опять толкнула, но боров только покачнулся, и пролепетал:
- Я… вышел… прогуляться.
- Прогуляться?! А дети?! Ты оставил их одних!
- Так я…. А что случилось? - Семен стыдливо поморгал.
- Что случилось? А ты не видишь? Дети чудом не сгорели. Нашу дочку спас Илья. А ты… гулял?? Так далеко ушел, что ничего не видел? Где ты был?!
Семен готов был провалиться сквозь землю от страха и стыда. Все на них смотрели. Всем стало любопытно, куда он потащился среди ночи? И по чьей вине произошел пожар?!
Спасатель, выскочив из дома, доложил:
- Пожар произошел на кухне. В мусорном ведре.
- Окурок, - выдохнула Злата и вновь уставилась на мужа. Пот ручьями лил с его лица.
- Это не я! - он даже взвизгнул от испуга.
- Ты опять курил на кухне? - процедила Злата, - так торопился, что не потушил окурок?! Да?!
- Я не курил! Клянусь! - он положил ладонь на сердце. Но ему никто не верил. Жители поселка смотрели с осуждением, кто-то с неприязнью, даже с ненавистью. Он едва не погубил свою семью.
Все обступили Злату, успокаивали, предлагали свою помощь, а Семен топтался в стороне. Никто к нему не подошел. Он стал изгоем. Илья дождался, когда односельчане разбредутся, и тихо предложил:
- Злата, вы можете остаться у меня, - он искоса взглянул на ее мужа. Может быть Илья рехнулся, потерял остатки совести, раз пригласил в свой дом его жену. Жену и девочек. Семена он не впустит на порог.
- Нет, - сказала Злата, - мы переночуем у сестры.
На Семена Злата даже не взглянула. Он топтался у калитки, не знал что делать? Куда ему деваться? Как заслужить доверие жены?
- Злат…
- Не прикасайся! - Злата отпихнула его руку.
- Я честно… я… я…
- Я подвезу! - Илья кивнул на свой автомобиль.
Злата, скрепя сердце, посмотрела на обугленные стены. На босые ноги испуганных детей. Скорая уже уехала, до дома Зои путь не близкий. И она устала! Так устала, что не могла ни думать, ни говорить.
- Хорошо.
Семен смотрел на них во все глаза. Городской увез его семью. Забрал. А Златка не сопротивлялась, прыгнула в машину. А еще Семен заметил, приближаясь к дому, как городской ее приобнимал.
Между ними что-то есть. Внутри Семена закипала злость.
- Зря отказываешься, - произнес Илья в машине, - дом большой. Я…
Тебя не трону.
- Нет. Спасибо, - отрешенным голосом сказала Злата, - слухи поползут.
Илья подвез их до калитки, проводил до дома и остановился у крыльца. Мда…. Избушка ветхая. Дверь старая, скрипучая. Злата впустила в дом детей.
А сама осталась. Повернулась, спустилась на одну ступеньку, посмотрела на Илью. Он шагнул вперед.
- Спасибо, - искренне сказала Злата. Она замешкалась, не знала, как его благодарить. - Ты тоже пострадал…
Илья скривил лицо. Не важно. Главное, все живы. Ожоги заживут. Он смотрел на Злату с грустной теплотой взгляде, понимая, что ей сейчас не до него.
- Извини, - Илья придвинулся поближе, виновато поджимая губы, - я тебе сегодня нахамил. Давай… не будем вспоминать о прошлом. Что было, то прошло.
- Ничего и не было, - шепнула Злата.
То, что не дает ему покоя, для Златы — ничего. Илья кивнул:
- Согласен. Ничего.
Они почти соседи. Живут в одном проулке, их отделяют друг от друга несколько домов. Проснувшись утром, первое о чем Илья подумал, как там Злата? И он поплелся к ней.
Илья услышал крики. Приближаясь, он увидел пожилую женщину, которая вопила во всю глотку:
- Бесстыжая! Опозорила моего сына!
- Он оставил детей без присмотра! - холодно сказала Злата.
- Мужику теперь из дома без твоего разрешения выглянуть нельзя! А я ему говорила, не женись на этой ведьме. Ты ему изменяла! Мужиков домой водила…
- Что вы несете? Еще и при ребенке!
- Пусть знает, какая у нее мамаша. Каждый день захаживают в гости. И всех она впускает, всем улыбается. Заманивает своей травой. И ребенка ты родила не от него! Сын в реанимации лежал!
Илья остановился за кустами. Нахмурил брови, размышляя. Интересно, сколько Тасе лет?...