Новость, что друг женился прямо на фронте, поразила Алешу. Он живо представил Тольку, бесшабашного, веселого, рядом с ним Мишку, этот вообще шустряга и задира. После ранения Лешка как то отдалился от друзей, стал им реже писать, да и они не забрасывали его письмами. Иногда Алеше казалось, что друзья осуждают его, что домой возвратился. Одна то рука есть, да приноровился бы ружье держать.
Но ведь его никто и не спросил. Списали подчистую, пенсию назначили. Про то, чтоб воевать даже и слышать никто не хотел. А он просился, хотя бы в обоз на первое время. Ему до сих пор стыдно по деревне ходить. Хоть никто не осуждает его, люди то понимают все, но каждый раз, когда он встречается с несчастными вдовами или матерями, потерявшими своих сыновей, чувствует парень какую то вину перед ними. Он то живой тут ходит.
Поэтому и хотелось Леше скорее уехать из деревни. В городе его никто не знает, ему там легче будет. Незадолго до отъезда своего, Алеша разговорился с матерью.
- Мам, ты вот ничего не говоришь, как ты останешься, справишься ли без меня.
Вера присела рядом с сыном. Опять им расставаться придется надолго. Но ведь не на войну она его будет провожать. Теперь учиться ему край надо. А она, конечно, справится.
- Ты не переживай сынок. Привыкла я уж. И с ребятишками вон бабушка помогает. Вадика в ясли отдам. Ясли то с весны работать начали опять. Только пока ты мне тут помогал, я и не отдала его. Дома то все получше. А Маечка с бабушкой . Будут друг за другом глядеть. Она уж все понимает. Толковая девчонка растет. через год в школу пойдет. Отец их деньги справно присылает. Да ты вот мне свою пенсию отдавал. Только покупать то на них нечего в нашем магазине. А в город я редко хожу. Вот уж зимой время будет.
Вера замолчала. Подумала, что пока Алешка здесь, надо его послать в район, денег дать. Пусть купит хоть чего-нибудь. Год то нынче не больно хороший. Летом жара стояла, посохло все. На урожай рассчитывать нечего.
- Сынок, ты еще раз в город то сходи перед отъездом. Хоть купишь чего-нибудь.
Алеша уже несколько раз ходил в район за продуктами. На местном базаре ему другой раз сердобольные женщины подешевле даже продавали. Как же, их сыночки тоже воюют. Может и их кто то пожалеет при случае.
Алешка согласно кивнул головой. Ему так и так надо в военкомат сходить. Узнать про пенсию. А заодно и отоварится чем сможет.
- Ты пенсию то свою нам не оставляй. В городе то тебе она пригодится. А мы проживем.
Алеша вздохнул только. Мать как всегда беспокоилась о нем. Если все сложится, то он стипендию будет получать. Так что хоть сколько-нибудь да сможет матери отправить. Но сейчас Алешка не стал пререкаться. Пусть говорит, как считает нужным, а он по своему сделает. В Москве то и подработать можно будет. Там все хоть деньгами платить будут, а не как здесь, палочками.
Еще одно дело ему надо было сделать. Получить справку в колхозе. Прежде, чем в военкомат идти, справку эту надо взять. Алеша не стал откладывать все на последние дни. После разговора с матерью на другой день отправился он в правление к Василию Кузьмичу.
На душе муторно было. Начнет сейчас председатель ему припоминать, что не выполнил он его просьбу, не сказал дочери, что у него девушка в Москве завелась.
Но к его удивлению, Василий Кузьмич даже и не припомнил ничего, словно и не было того разговора. Наоборот, он поддержал Алексея, что учиться ему надо. А когда узнал, что тот хочет стать учителем, вроде как бы и обрадовался.
- Вот и хорошо. Закончишь учебу, в школу учить ребятишек пойдешь. Там сила особо не нужна. И с одной рукой можно управляться. Сиди, да болтай. Там язык нужен, а не руки.
Алешу неприятно резануло напоминание о том, что он инвалид. Но парень удержался. Ссориться с председателем совсем не входило в его планы. Главное получить справку без препятствий. А то ведь кто знает, что ему в голову взбредет. Может и не дать. Тут все только от него одного зависит.
Он едва сдержался, чтоб ответить Василию Кузьмичу на его явный выпад. Промолчал. Замолчал и председатель. Может быть понял, что лишнего хватил. Как никак парень не на пьяной гулянке руку потерял, на войне, Родину защищал.
Председатель молча взял лист бумаги, обмакнул перо ручки в стеклянную чернильницу. Выписал справку. Из стола достал печать, долго ей шмякал по штемпельной подушке, потом еще и подул на нее. Только после всех этих процедур на листочке появилась печать. Потом взял в руки массивный пресс-бювар, промокнул невысохшие чернила. Все. Теперь этот листок стал документом, открывающим Алеше путь к учебе.
Василий Кузьмич протянул справку Алеше.
- Поезжай. Учись хорошенько. - по отечески напутствовал он парня, хотя кто знает, что он думал в это время. Скорее всего пожелал про себя, чтоб уехал парень из деревни и затерялся где-то.
На другой день Алеша отправился в военкомат. Там все прошло быстро, без проволочек. В коммерческом магазине купил круп, постного масла бутылочку. Добрая продавщица отыскала бутылку где то у себя на складе, наполнила ее, заткнула пробкой, свернутой из газеты.
Сложив все свои покупки в вещмешок, Алеша бодро направился домой. Он шел по дороге, по которой мог пройти с закрытыми глазами. Почти каждый день бегал он по ней в школу, случалось и два раза на дню приходилось обернуться. Казалось, что уж здесь то невозможно заблудиться.
Но где то на середине пути он увидел впереди женскую фигурку. Показалось странным, что она топчется на месте и никуда не идет. Когда подошел поближе, увидел, что это молодая девушка, в солдатской форме, вещмешок за плечами и громоздкий чемодан в руках. Она стояла и оглядывалась, словно чего то боялась.
Алеша подошел к ней, спросил, что случилось, почему она не идет дальше. Девушка смущенно ответила, что ей добрые люди показали дорогу до нужной деревни, сказали, что не далеко совсем, а она идет, деревни все нет. Может быть она заблудилась, по другой дороге пошла.
Узнав, что идет она в его деревню, Алеша не удержался и спросил, к кому же она направляется. Он сам из этой деревни, всех знает и поможет ей дойти прямо до дома.
Каково же было его удивление, когда девушка назвала тетку Нину.
- Так ты Нина? Жена Анатолия? - Спросил Алешка. Вот это встреча. - А я Толькин друг, Алешка. Наверное знаешь про меня.
Нина тоже удивилась. Конечно же, Толька ей все уши прожужжал про своих друзей. Один то вместе с ним, бок о бок воюют, а вот про Алешу она знала, что он комиссован.
Алеша подхватил ее чемодан и они зашагали дальше.
- Почему ты решила, что заблудилась. Тут нельзя заблудиться, одна дорога, даже развилок никаких нет до нашей деревни.
- Мне показалось, что я слишком долго иду. Сказали же, что совсем рядом от райцентра. Вот и встала. Решила подождать, вдруг кто-нибудь пойдет или поедет, тогда бы спросила.
Алешка рассмеялся. Смешная какая. А вдруг бы никто не пошел. Так бы и стояла посреди дороги до ночи. Он присмотрелся к девушке. Совсем еще девчонка. А сколько уж ей пришлось пережить. Толька писал, как она спасла его. Если бы не она, так бы и остался он в зимнем подмосковном поле, или, что еще хуже, попал бы в плен к фашистам. А теперь она тут и война далеко от нее.
Взгляд Алеши скользнул вниз, Хоть он и не очень то разбирался в женских премудростях, но заметить смог, как торчит животик под гимнастеркой, а солдатский ремень уполз куда то вверх. Так вон оно что. Вот почему Толька отправил свою молодую жену к матери. И скорее всего не Толька отправил, а командир, как только это нельзя стало скрывать. Поэтому и женился друг так поспешно, боялся, чтоб случись чего с ним, не осталась бы Нина одна с ребенком.
Нина заметила этот взгляд и смутилась. Испугалась, что друг Толи осудит ее. Ведь поженились то они совсем недавно, а живот вот он, выдает ее.
Алеша понял ее смущение.
- Вот тетка Нина обрадуется. Она только недавно письмо получила, что ты должна приехать.
- Не знаю, может и не обрадуется. - Вырвалось у Нины. - Вдруг скажет, что война идет, а мы жениться надумали. Совсем не время.
Алеша как мог, постарался успокоить молодую женщину. Понял он, чего боится Нина. Деревенская девушка боялась скорого людского суда. Боялась свекрови, которую никогда не видела. А теперь вот ехала к ней без приглашения, как снег на голову. Просто ей больше некуда ехать. Ни дома, ни родных.
Показалась деревня. Они подошли к липе, которая много повидала на своем веку. И горя, и радости. Она приветливо зашелестела своей листвой встречая новую жительницу этой деревни. Даже не одну, а двоих. В шелесте листьев Нине вдруг послышалось.
- Не бойся, все будет хорошо. Добро пожаловать!
Ушел куда то страх. Нине стало спокойно. Появилась уверенность, что так и будет. Встретятся две женщины, которые любят одного человека. А совсем скоро появится еще один человечек, которого они будут любить уже все трое.