Ольга обживалась на новом месте. С помощью Макарихи она училась деревенской жизни. Да, здесь было голоднее, чем в председательском доме, но она не страдала от этого. Впервые за время, что Ольга прожила в эвакуации, она чувствовала себя свободно, не вздрагивала от каждого звука, не видела тяжелого взгляда Василия Кузьмича.
Добрые люди помогли им с посадкой. Ничего, что июнь уже шел. Успеет картошка вырасти, и капуста , и огурцы. Репу посеять совсем еще не поздно, даже ждать поворота пришлось, чтоб ее посеять.
Ольга копала землю, а потом под руководством бабки сажала и сеяла. Все для нее было в диковинку, На руках мозоли от лопаты. Но молодая женщина не унывала. Не мешали и знания, полученные от Валентины Карповны. На солнышке сушила траву на зиму. Ту, что в муку добавлять можно. Каково же было ее удивление, когда Макариха поведала, сколько полезных трав растет на лугах и лесах. Их не только есть можно, но и лечиться. Лучше лекарств они порой помогают.
К Макарихе частенько захаживали деревенские бабы со своими хворями или с хворями ребятишек, стариков. Она никому не отказывала. Кого то лечила своими руками, кому то делала сборы из разных трав и учила, как это пить. За работу брала то, что принесут посетители.
- Гляди, Олюшка, как я делаю, учись. Все кусок хлеба за это у тебя будет.
И вправду, хоть никаких запасов у Макарихи особых не было, но каждый день умудрялись чего то есть. Еще и Валентина Карповна подмогла. Принесла немножко крупы, да муки в котомочке, еще картошку, лук.
- Ты уж не обижайся, Ольга, что так получилось. Сама ведь понимаешь, время такое. Зато смотри, Макариха то какая довольная, вроде помолодела даже.
А Ольга и не обижалась. Ей даже как то неловко было перед Валентиной Карповной. Как не крути, а обманула она ее. Но долго раздумывать об этом некогда было. Помнила Ольга, что дыры в избе надо законопатить, а то зимой как подует в них. Замерзнет ее Ульянка.
Макариха принялась рассказывать, как до болота добраться. Оно недалеко, сразу за березовой рощей, чуток левее только пройти. Болотечко то небольшое, но все деревенские там мох берут. Ольга все вроде поняла, сможет, чай. понять, что болото перед ней. Только вот беда, не знает она, как этот мох растет, какой он и как его вытаскивать.
Бабка рукой махнула. Бестолковое дело одну девку посылать. Хоть раз ей надо с кем нибудь сходить, чтоб показали все. Макариха вспомнила, как Верка обещала, что нужда будет, так Алешка ее поможет.
- Найду я тебе помощника, не переживай. Один раз сводит, потом и сама дорогу запомнишь и все узнаешь, как это делается.
Вечером, когда колхозники с работы приходят, отправилась бабка к Вере. Могла бы и Ольгу послать, да подумала, что сподручнее ей будет договариваться то.
Семейство только что закончило ужинать. Вера, как всегда убирала со стола, Свекровь уже на печь забралась. Алеши дома не было уже. Какие то дела справлял на улице.
Вера сразу догадалась с какой нуждой к ней Макариха пожаловала. Только вида не подала. Спросила, как бабке жиличка городская. Не в тягость ли. Макариха в улыбке расплылась.
- Скажешь тоже, в тягость. Да она мне как доченька стала. Вот городская, а такая покладистая. Слова поперек не скажет, уважительная. И все спрашивает, что да как надо делать. Теперь вот на болото за мхом собирается. Вот я и пришла к тебе, чтоб Алешка твой проводил ее да показал, как мох растет. - бабка рассмеялась, вспомнив, что взрослая баба в жизни этого не видывала. - Вот ведь городские то какие.
Но Вера не поддержала ее веселья. Только заметила что откуда она это знать будет. Не растет мох на городских улицах.
- Скажу я Алешке то, как придет. Поможет бабенке.
Макариха уже собралась уходить, как в избу влетел Марфин Вовка.
- Тетка Вера, матери плохо, велела за тобой сбегать. - почти прокричал он испуганно и выскочил из избы, видно к матери побежал.
Вера всплеснула руками.
- Так ей ведь рожать давно уж пора. По срокам, если считать как Иван уходил, так в начале июня, а то и в мае должна была опростаться. Пойдем бабушка со мной. Может твоя помощь понадобится.
Вера наказала свекрови, чтоб приглядела за ребятишками, пока Лешка не придет, и вдвоем они припустили к Марфе.
Марфа лежала на кровати, лицо белое.
-Ох, Верка, рожу я сейчас. Еще в поле поясница заболела. Думала надсадила спину.
- Марфа, четвертого рожаешь и все спину надсадила. Чай уж сама должна знать, когда время твое придет, - с каким то даже осуждением выговорила ей Вера. - Вовка, беги к фельдшерице. Скажи, что мать рожает. Пусть скорее приходит.
Вера хозяйничала у Марфы безо всякого стеснения. Загнала Любку на печь и приказала не высовываться. Спросила подругу, припасла ли она чего для ребенка. Ну хоть тут Марфа все сделала. Узелок лежал у нее в головах.
Пока Вовка за фельдшерицей бегал, Марфа успела все дела справить. Макариха, которой не один раз за жизнь приходилось принимать детей, оказалась здесь как нельзя кстати. Медичка пришла, ребеночек уже запеленутый лежал рядом с матерью.
- Ну я пойду, темно уж на улице. Врачиха пришла, мне тут делать нечего, - скромно распрощалась бабка и отправилась домой.
Марфа лежала довольная. Вон как быстро все у нее получилось. Хоть и боялась, года то уж не молодые. Мало ли чего может случиться. Больше всего из-за Любки боялась. Случись чего с ней, с кем девчонка останется. Маленькая ведь еще совсем. Вовка то и без нее проживет.
В суматохе она даже не спросила, кто у нее родился. Только когда Вера собралась уходить, Марфа опомнилась.
- Верка, кого хоть я родила то. Вы чего мне не говорите.
Вера знала, что Марфа ждала парня, прямо уверена была в этом. Пришлось огорчить ее, что девчонка родилась, ну копия Иван будет.
Вера не стала долго задерживаться. Наказала Вовке, что если чего, так пусть бежит снова к ней. Она поможет. А пока медичка тут с ней пусть разбирается.
Уже на другое утро Алеша стучался в окошко, где жила теперь Ольга. Она выскочила, не ожидала, что он придет с самого утра. Бабка вечером вчера пришла, сказала, что Алешка Веркин поможет, только вот когда, она и сама не знала.
Сборы были недолгие. Макариха выдала Ольге крапивный мешок, сказала, чтоб та не переживала, приглядит она за девчонкой и молодые люди отправились на болото. Когда проходили березовую рощу, у Алеши в груди защемило. Одни пеньки от берез остались. Только в самой низине не спиленные несколько деревьев. Надо же, а Алеша за все время, как пришел, не разу не сходил в эту рощу, не хотел тревожить свою душу.
Сейчас сердце парня забилось сильнее. Не срубленные березки стояли как раз в той стороне, где росла их с Маринкой береза-шатер. Ноги сами понесли парня в ту сторону. Ольга чуть поспевала за ним, не понимая, куда он так вдруг заспешил.
У Алешки аж в глазах защипало, когда он увидел старую березу. Было непонятно, почему эту стайку берез не срубили. Может от того, что в низине росли, может от того что старые сильно. Вон, береза то еще ниже склонилась. Ветки своими плетями прямо на земле лежат.
Алеша раздвинул ветви, вошел внутрь березового шатра. Будто и не прошло столько времени, когда они сидели тут в последний раз с Маринкой. Ничего не изменилось. Он выбрался наружу. Не хотел, чтоб Ольга увидела их убежище. Место это только его и Маринки. Нечего тут другим людям делать.
Они пошли дальше, а в голове Алешки крутился вопрос. Почему Маринка ему не сказала, что цела их березка, стоит как ни в чем не бывало. Может тоже не была здесь, как и он.
На болоте Алешка показал Ольге, как растет мох, как вытаскивать его из болота, как дать стечь воде.
- Вот, дело то не хитрое. В другой раз и одна сможешь сходить. Я то скоро учиться уеду. Ты только если что, с краю ходи. Болото не топкое, но там в середине бывает и трясинки встречаются.
Алешка сорвал зеленую ягодку, что росла на кочке, протянул Ольге.
- Гляди, клюква здесь растет, сейчас то зеленая она, к осени покраснеет. Макариха тебе скажет, когда за клюквой можно будет на болото идти. На зиму можно набрать.
Они посидели на пригорочке, подождали, когда основная вода со мха стечет. Потом Алеша набил мешок, взвалил его себе на спину. Ольге стыдно стало, что мешок тащит Алешка. Он ведь вовсе не обязан это делать. Спасибо, что показал ей все. На просьбу, что она и сама может мешок тащить, парень только отмахнулся.
- Ты что, думаешь я уж совсем немощный.
Обратно дорога ей показалась короче. Остановились под развесистой липой у околицы, передохнули и пошагали дальше. Не знала только Ольга, что сплетни в деревне вперед тебя бегут. В тот же день председатель пришел с работы и огорошил Маринку.
- Говорил я тебе, чтоб ты поаккуратнее с жиличкой то нашей была. Вон Марья сейчас мне сказала, что жиличка то наша с Веркиным Алешкой на болото за мхом ходила. Она своими глазами видела, как он мешок пёр, а жиличка то сзади шла, как барыня.
Маринку как водой холодной окатили. Неужели правду отец говорит. Может опять придумывает. Подошла девчонка со своей тревогой к матери. Чуть не плача рассказала ей то, что от отца услышала.
- Мама, как он мог, неужели правда на нее глаз положил. А она то какова. Сразу и уцепилась.
Ревность не давала Маринке времени подумать. Разные картинки рисовало ее воображение. Валентина Карповна обняла дочку.
- Что ты, доченька. Он, чай, не в лесу живет. Люди кругом. А если ты сейчас из за всего так переживать будешь, дальше то как жить. Ну сходил парень, показал городской болота где, да мох помог донести. Убыло что ли от него. Я и сама ей говорила, что помогу, чем могу.
А ты вот с Алешкой договорись, да сходите с ним вместе, помогите Ольге стены то пробить. Глупая ты еще. Ей сейчас не до мужиков. Она думает, как тепло в избе зимой сохранить, да ребенка своего от холода сберечь.
Спокойный, рассудительный голос матери успокоил девушку. И опять у нее в голове пронеслось. Зачем это отцу надо, рассорить ее с Ольгой, с Алешкой, поселить в ее душе недоверие к любимому.