Глава✓84
Начало
Продолжение
А был ли выбор?
У Марии этой ночью сон не шёл, как она ни старалась задремать, как ни умаялась за день, неожиданно жаркий и влажный. Шумели недалёкое море высокой волной.
Графиня и её домочадцы остановились в доме одного из многочисленных её то ли знакомых, то ли дальних родичей. Одесса весьма активно застраивалась, так что особняков хватало, как хватало простых изб и даже землянок на окраинах. Для постоя графине Каменской выделили целый флигель с многочисленной прислугой. С высокого берега открывался великолепный вид на гавань и порт.
Так что заботиться Маше вроде как и не о чем, но владельцы дома - в Москве, тут только управляющий и небольшой штат прислуги, не больше десятка дворовой челяди, поддерживающих дом в порядке в ожидании хозяев. Еду приготовят, в комнатах уберут, одежду и бельё почистят, простирают и выгладят. И всё же легче Марии не стало.
На руках у неё - полубезумный оглохший умирающий генерал и его мать, от горя не осознающая, на что толкает свою...кого? Не дворовая ли девка Маша для неё по-прежнему?
Ведь, коли по чести рассудить - меньше года прошло с того дня, как подписана вольная грамота. Маша всегда при графине: красиво одета, аккуратно убраны в модную прическу волоса, молчаливая, улыбчивая, исполнительная, неперечливая.
Сколько таких, как она по московским и питерским дворцам живёт: не то дворня, не то свободная. Ни копеечки ещё не заплачено Машеньке жалованья. Да и не положено - она воспитанница, а не компаньонка. Как не положено ей и приданое.
Таким как она, воспитанницам - игрушкам благородных дам, дальним родственницам без гроша за душой, уделом становились два пути: быть приживалкой в богатом доме или идти, за кого сосватают.
Выходит - она по-прежнему бесправная исполнительница хозяйской воли.
Ей ещё повезло - графиня предлагает только изобразить венчание. Ряженый батюшка, подставная графинюшка Анна Алексеевна, фальшивые венцы. Она нынче на всё готова, лишь бы угодить сыну, сгорающему у неё на руках.
А ведь может замуж отдать за старика или просто за удобного для себя человека. Благодарность чиновника иногда выгодна дальним прицелом.
И всё-таки, соглашаться или отказаться?!
На следующее утро вошла Маша в комнату благодетельницы, едва та звоночком брякнуть соизволила. Поклонилась в пояс, как крепостной велено, руку поцеловала растерянной даме и сказала, что на всё, что барыне угодно, она согласна. Коли той захочется, так и вольную порвать недолго - всё равно Маша её в руках единственный раз держала.
- Ой, и глупая же ты ещё девушка, Машенька! Ты думала, коли откажешься, так я осерчаю? Не в себе я была, когда о святотатстве тебя просила. Горе разум застило. Николай уже не понимает ничего, разум у него разрушился: на тебя смотрит, а невесту свою желанную на твоём месте видит. Оттого и о свадьбе молит нас, не понимает, почему отказываешься, коли к болезному приехала.
- Согласна я! Пусть как в Сабурово будет, на репетиции шекспировской пиесы мы как раз свадьбу разыгрывали. Коли Николаю Михайловичу душу успокоить надобно, так мне нетрудно осчастливить его последние дни.
В эту ночь в порту случилось несчастье - вспыхнул один из кораблей, стоящих на рейде, потому до утра все зеваки любовались на пожар и некому было удивляться закрытым ставням обжитого флигеля одного из особняков.
На следующее утро в закрытом на все замки флигеле белокаменного одесского дома была разыграна феерия.
У постели осунувшегося молодого человека стояла на коленях девушка в подвенечном наряде, венцы над их головами держали пожилой денщик и горничная. Крепкий слуга, до этого не раз замеченный на козлах графской кареты, обряженый в рясу, произносил священный чин бракосочетания.
Сияющий от счастья жених не замечал слёз на глазах невесты, дружек и "батюшки". Во все глаза он смотрел на свою возлюбленную: волосы её золотые, убранные в затейливую причёску, нежный овал лица и завораживающий омут глаз.
Одесса была напоена ароматом цветущей сирени: горьковато-сладким, как слёзы, что дрожали на Машиных ресницах.
На календаре было 4 апреля 1811 года. Жить 34-летнему генералу оставалось только месяц. Этот месяц Мария сделала для своего "мужа" максимально счастливым, и Анна Алексеевна не могла найти ни малейшего изъяна в её игре.
И не знала, как разрывалось от горя Машенькино сердце - за эти долгие дни она действительно полюбила этого сильного, доброго, очень мягкого и сердечного человека. Да только кому нужна её любовь, её сердечко, коли даже имя её не скажет её "супругу" ничего....
Продолжение следует...