Телефон зазвонил, когда Вера заливала кипятком пельмени. Она вздохнула, вытерла руки о кухонное полотенце и потянулась к трубке. На экране высветилось имя сестры.
— Алло, Марин, привет, — сказала Вера, зажимая телефон между ухом и плечом и продолжая помешивать пельмени деревянной ложкой.
— Верунь, как дела? — голос сестры звучал подозрительно бодро. — Как твой отпуск?
— Только начался, — осторожно ответила Вера. — Вчера последний день отработала. А что?
— Ой, как здорово! А у нас тут такая возможность появилась, — затараторила Марина. — Витиному брату на работе путёвки дали, представляешь? В Турцию, пятизвёздочный отель, всё включено! И прямо на следующей неделе. Мы уже и билеты забронировали.
— Поздравляю, — Вера почувствовала неладное. Сестра просто так звонить не будет, особенно с такими восторженными нотками. — А дети как?
— Вот об этом я и хотела поговорить, — голос Марины стал чуть тише. — Понимаешь, путёвки только для взрослых достались. А детей с собой брать — это дополнительные расходы, да и Витька говорит, что хочет хоть раз спокойно отдохнуть, без этого вечного «мама, я хочу» и «папа, купи».
Вера замерла с ложкой в руке. Теперь всё ясно.
— Марина, только не говори, что...
— Верунь, ты же любишь детей, возьми наших на каникулы! — выпалила сестра. — Мы в Турцию летим всего на десять дней. А ты как раз в отпуске. Тебе даже полезно будет, а то сидишь одна целыми днями.
— Марин, подожди, — Вера попыталась справиться с подступающим раздражением. — Ты понимаешь, что у меня планы есть? Я хотела на дачу съездить, книжки почитать, да и просто отдохнуть от людей. Пойми, я учитель. У меня целый год толпа детей вокруг.
— Ой, да брось ты, какие у тебя планы, — отмахнулась Марина. — Лежать на диване и сериалы смотреть? А тут дети, развлечение. Настоящие живые дети, а не эти твои ученики. Родная кровь всё-таки!
— Мариш, извини, но я не могу, — твёрдо сказала Вера. — Я ещё от школы не отошла. Мне правда нужно отдохнуть.
— Вер, ну пожалуйста! — в голосе сестры появились просительные нотки. — Мы так давно нигде не были! Это первая возможность за три года. А ты ведь со своими школьниками и в походы ходишь, и в музеи их водишь, и вообще... Тебе что, сложно что ли? Всего десять дней!
— Марин, это разные вещи, — начала объяснять Вера. — В школе я на работе, я подготовленная, у меня план. И потом, я же одна живу. Куда я их положу? У меня однушка.
— А диван на что? — не унималась сестра. — Там Янка с Глебкой отлично поместятся. Они же маленькие совсем.
— Марин, Яне двенадцать, а Глебу восемь. Какие же они маленькие? — Вера начинала злиться. — И вообще, почему вы заранее не предупредили? Почему прямо сейчас, когда уже и билеты забронировали?
— Ну, мы как-то не подумали, — смущённо протянула Марина. — Витька так обрадовался этим путёвкам, что мы сразу согласились. А потом уже про детей вспомнили.
«Вспомнили про детей, — мысленно хмыкнула Вера. — Ну конечно, свои родные дети, как о них можно забыть?»
— А бабушка? — спросила она вслух. — Почему не к ней?
— У неё давление, сама знаешь. Ей тяжело с детьми. Да и далеко она живёт.
— А Витины родители?
— Они на даче всё лето, там удобств никаких. Глебка с его аллергией там задохнётся. Пылища, сорняки...
Вера почувствовала, как закипает, причём сильнее, чем пельмени в кастрюле.
— Ты планируешь перебрать всех родственников, пока не дойдёшь до меня? — спросила она. — И тогда я, такая сердобольная, соглашусь?
— Вер, ну что ты начинаешь? — обиделась Марина. — Я к тебе по-человечески обращаюсь, а ты...
— А я тоже по-человечески отвечаю, — Вера выключила плиту. Пельмени уже переварились. — Нет. Я не возьму твоих детей на десять дней. У меня отпуск. Первый за год. И я хочу провести его в тишине и покое.
В трубке повисла тяжёлая пауза.
— Эгоистка, — наконец выдохнула Марина. — Родной сестре помочь не можешь. Да я бы для тебя что угодно сделала!
— Например? — спросила Вера, чувствуя, как внутри что-то обрывается. — Что бы ты для меня сделала, Марин? Когда я в больнице с аппендицитом лежала, ты даже не приехала проведать. Всё некогда было, дети маленькие.
— Это нечестно, — запротестовала сестра. — Тогда правда обстоятельства были сложные. У Глебки ветрянка началась, я не могла его оставить.
— А сейчас ты можешь их оставить? На десять дней, на чужой тёте, которая их почти не знает?
— Ты им не чужая! — воскликнула Марина. — Ты их родная тётя!
— Которую они видят от силы раз в полгода, — напомнила Вера. — Марин, извини, но нет. Я не возьму твоих детей.
— Ладно, — голос сестры стал ледяным. — Я поняла. Тебе плевать на нас. На свою семью. Ты вся такая независимая, тебе никто не нужен.
— Вообще-то, мне нужна семья, которая считается с моими желаниями, — тихо сказала Вера. — А не просто вспоминает обо мне, когда нужна нянька.
— Знаешь что, — начала Марина, но Вера её перебила:
— Нет, это ты знаешь что. Я устала. Я целый год вкладывала душу в чужих детей, теперь хочу хоть немного времени для себя. Это нормально. И если ты не можешь этого понять, то мне очень жаль.
И она нажала на кнопку завершения вызова. Руки дрожали. Она знала, что сестра перезвонит, будет давить, обвинять, и в итоге Вера, как обычно, сдастся. Потому что «ты же одна, тебе что, трудно?» и «ты же любишь детей». Как будто любовь к детям автоматически означает готовность пожертвовать своим отпуском ради чужого.
Телефон снова зазвонил. Вера выдохнула и решительно отключила его. Потом села за стол и принялась за разваренные пельмени. Аппетит пропал, но она заставляла себя жевать. Нашарила пульт и включила телевизор. Нужно было чем-то заглушить мысли.
Весь вечер она старалась не думать о разговоре с сестрой, но непрошеные мысли всё равно лезли в голову. Может, она действительно эгоистка? Может, надо было согласиться? Десять дней — не так уж и много. Но с другой стороны, почему она должна отказываться от своего долгожданного отдыха? Почему всегда именно она должна уступать?
На следующее утро в дверь позвонили. Вера, ещё не успевшая позавтракать, в домашнем халате поплелась открывать. На пороге стояла Марина с детьми — Яной и Глебом, у их ног громоздились два объёмных чемодана.
— Привет, родная, — улыбнулась Марина так, будто вчерашнего разговора и не было. — Мы тут мимо проезжали, решили заскочить.
— Мимо? — Вера растерянно переводила взгляд с сестры на племянников. — В семь утра?
— Ну да, в магазин заезжали, тут недалеко, — Марина протиснулась в квартиру, подталкивая детей. — Ребята, поздоровайтесь с тётей.
— Здрасте, — пробубнили Яна и Глеб почти синхронно.
— А чемоданы зачем? — подозрительно спросила Вера, всё ещё стоя у двери.
— А, это... — Марина замялась. — Понимаешь, мы сегодня вечером вылетаем, а детей не с кем оставить до вечера. Вот я и подумала — пусть они у тебя пока побудут. А вечером мы их заберём и к бабушке отвезём. Она согласилась их взять.
— Да? — Вера подняла бровь. — А вчера ты говорила, что у бабушки давление.
— Ну, с ней уже всё хорошо, — быстро ответила Марина. — Я с ней с утра созвонилась, она согласилась. Так что мы в районе восьми вечера заедем за детьми. Ты же не против? Это всего на день.
Вера посмотрела на племянников. Глеб уже что-то увлечённо рассматривал на книжной полке, а Яна с кислым видом уткнулась в телефон. И почему-то вместо раздражения Вера вдруг ощутила жалость к ним. Брошенные на тётку, которую почти не знают, они тоже явно не в восторге от ситуации.
— Ладно, — вздохнула она. — На день так на день. Но имей в виду, вечером я жду вас здесь. И детей заберёте сами.
— Конечно-конечно! — радостно закивала Марина. — Ну, я побежала. Дел ещё столько! Ребят, слушайтесь тётю Веру, ведите себя хорошо. — И она быстро чмокнула детей в макушки. — Спасибо, Верунь, ты чудо!
И, не дав Вере опомниться, Марина выскочила за дверь. Только сейчас Вера заметила, что чемоданы так и остались в прихожей.
— Так, ребят, — она повернулась к племянникам. — Давайте позавтракаем, а потом решим, чем заняться.
— Я не голодный, — буркнул Глеб.
— А я на диете, — вздёрнула нос Яна.
— Что за диета в двенадцать лет? — удивилась Вера.
— Мне почти тринадцать, — поправила её Яна. — И я не ем до двух часов дня.
— Интервальное голодание, — пояснил восьмилетний Глеб с видом эксперта. — Яна в тик-токе вычитала, что так заставляешь организм сжигать жир, потому что... э-э... голодный жир, короче.
— Так, — Вера нахмурилась. — Во-первых, в этом доме никто голодать не будет. Во-вторых, я не знаю, что вам мама рассказывала, но вы приехали не на день, а на десять. И в-третьих, сейчас все идут завтракать. Это не обсуждается.
Дети уставились на неё с одинаковым шоком на лицах.
— Как на десять дней? — выдохнула Яна. — Мама сказала, что мы к бабушке...
— Ваша мама не успела с бабушкой договориться, — Вера пыталась говорить спокойно. — Так что вы остаётесь со мной.
— Но у меня тренировки! — воскликнула Яна. — И я с Кирой на выставку собиралась!
— А у меня приставка дома осталась, — расстроенно протянул Глеб. — И зарядки для телефона нет.
— Вот зарядка точно есть, — Вера направилась на кухню. — Идёмте завтракать. Потом созвонимся с вашей мамой и всё выясним.
Звонок сестре, как и следовало ожидать, остался без ответа. А через десять минут пришло сообщение: «Верунь, прости, так вышло. Бабушке и правда стало хуже. Мы уже в такси, в аэропорт едем. Там связь плохая будет. Перезвоню как прилетим! Спасибо тебе огромное! Правила: Глеб в 9 спать, Яна может до 11. Глебу на ночь нужно успокоительное давать, а то плохо спит. Яна может гулять одна, но не дальше парка. Целую!»
Вера перечитала сообщение трижды. Внутри всё клокотало от ярости и бессилия. Она могла бы, конечно, отвезти детей к этой самой бабушке. Или позвонить Витиным родителям. Но тогда она выставит себя монстром в глазах всей семьи. «Тётка, которая отказалась от племянников». Марина это прекрасно понимала, поэтому и поставила её перед фактом.
— Тёть Вер, — Глеб дёрнул её за рукав. — А что мы будем делать сегодня?
Вера заставила себя улыбнуться. Дети-то не виноваты, что их мать такая... непредусмотрительная.
— А чем бы вы хотели заняться? — спросила она, немного успокаиваясь.
— В кино! — тут же выпалил Глеб.
— В парк, — одновременно с ним сказала Яна. — Там вейпарк новый открыли.
— Вейпарк? — переспросила Вера. — Это что?
— Ну, скейт-парк, — закатила глаза Яна. — Только для всего. Можно на чём угодно кататься. На великах, на самокатах, на скейтах. Я свой скейт привезла.
— Боюсь, с кино сегодня не получится, — задумчиво сказала Вера. — Нужно сначала решить, где вы будете спать. А вот в парк можно съездить, да.
— А чего решать-то? — спросил Глеб. — Мама сказала, мы на диване будем спать.
— Диван маловат для вас двоих, — покачала головой Вера. — Кому-то придётся на надувном матрасе.
— Я не буду на матрасе! — тут же запротестовала Яна. — Там спина болит.
— Ну, значит, будет Глеб, — пожала плечами Вера. — А с завтрашнего дня подумаем, как организовать ваш быт. Может, к бабушке всё-таки съездим.
— Только не к бабушке, — в голосе Яны прозвучал искренний ужас. — У неё дома ничего нельзя. Ни на диване сидеть, ни в телефоне играть, ни по квартире ходить в обуви. И кормит она всякой гадостью. Кашами противными и супами жирными.
— И котлетами с луком, — поморщился Глеб. — Я лук ненавижу.
— Ясно, — Вера подавила улыбку. Что ж, детей можно понять. — Тогда придётся как-то разместиться здесь. Но имейте в виду, вас тоже ждут правила. Никаких конфет на ночь, помощь по дому, чистка зубов дважды в день и... что там у нас в школе ещё?
— Книжки читать, — подсказал Глеб неожиданно. — Мама говорит, летом надо двадцать минут в день читать обязательно.
— Правильно говорит, — кивнула Вера. — Так и сделаем.
Дети, как ни странно, притихли и перестали препираться. Видимо, строгий тон учительницы подействовал на них магически.
— А в кино мы завтра пойдём? — с надеждой спросил Глеб.
— Возможно, — улыбнулась Вера. — Если хорошо себя будете вести.
День прошёл неожиданно неплохо. Они съездили в парк, где Яна действительно показала чудеса ловкости на скейте, а Глеб нашёл друзей и гонял с ними в футбол. Потом заехали в магазин, купили продуктов и даже заглянули в книжный — Глеб слёзно выпросил новую книжку про драконов, а Яна выбрала детектив.
Вечером, уложив детей спать (Глеб достойно перенёс новость о матрасе, а Яна получила диван), Вера снова попыталась дозвониться до сестры. Бесполезно. Сообщения доходили, но оставались без ответа.
Следующие несколько дней пролетели в заботах о детях. Яна оказалась на удивление самостоятельной и даже помогала с уборкой и готовкой. А Глеб, хоть и был непоседой, но по-хорошему влиял на ритм дня — с ним Вера вставала пораньше, а не залёживалась до обеда, как обычно в отпуске.
Они побывали в кино, в музее, в парке аттракционов и даже съездили на речку. Вера поймала себя на мысли, что ей... нравится. Нравится возиться с племянниками, придумывать для них развлечения, слушать их болтовню за ужином. Она словно заново узнавала этих детей, которых раньше видела от силы пару раз в год.
Через неделю наконец позвонила Марина.
— Верочка, как вы там? — голос сестры звучал беззаботно. — Всё хорошо?
— Более-менее, — сдержанно ответила Вера. — У Глеба аллергия была, но уже прошла. Яна немного поругалась с подружкой, но мы решили эту проблему.
— Ой, как здорово, что ты с ними ладишь! — обрадовалась Марина. — Я так и знала, что всё будет отлично. Ты же учитель, ты умеешь с детьми!
— Марин, — Вера перешла к главному. — Когда вы возвращаетесь?
— О, — в голосе сестры появились заминка. — Понимаешь, такое дело... Нам тут предложили экскурсию на яхте, на три дня. И мы решили задержаться ещё немного. Ты же не против? Всего на пару дней!
Вера закрыла глаза и медленно сосчитала до десяти. Не помогло.
— Марина, послушай меня внимательно, — в её голосе зазвенел металл. — Ты привезла мне детей без предупреждения. Обманом. А теперь ещё и сверх оговоренного срока хочешь их оставить? У меня, знаешь ли, тоже были планы. Я собиралась на дачу к подруге. Не на день, а на неделю.
— Ой, ну какая дача, — отмахнулась Марина. — У тебя же теперь дети! С ними гораздо веселее, чем на какой-то даче.
— Это не мои дети, — твёрдо сказала Вера. — И я согласилась с ними сидеть только потому, что ты поставила меня перед фактом. Но моё терпение заканчивается.
— Ладно-ладно, — торопливо сказала Марина. — Не кипятись. Мы прилетим через четыре дня, честное слово.
— Через три, — отрезала Вера. — И ни днём позже. Иначе я отвезу детей к твоей свекрови.
— Что? — в голосе Марины появился испуг. — Только не к ней! Она меня возненавидит, если узнает!
— Вот и решай сама, — сказала Вера. — Три дня, Марина. Я серьёзно.
После разговора с сестрой она вышла на балкон перевести дух. Внизу, во дворе, Яна каталась на скейте, а Глеб строил что-то из веток и камней.
«Забавно получается, — подумала Вера. — Сначала я злилась и не хотела их видеть, а теперь... теперь даже немного грустно, что они скоро уедут».
Она никогда не думала о своей собственной семье, детях. Всё работа, работа... Она любила свою работу, любила учеников. Но эти десять дней с Яной и Глебом что-то перевернули в её душе. Может, и правда завести своих детей? Или хотя бы кота для начала?
С такими мыслями она спустилась во двор.
— Тёть Вер, смотри, что я построил! — закричал Глеб, увидев её. — Это замок для ящериц!
— Здорово, — улыбнулась Вера. — А ящерицы-то тут водятся?
— Неа, — пожал плечами мальчик. — Но вдруг приползут!
— Тёть Вер, смотри! — Яна продемонстрировала сложный трюк на скейте. — Я научилась!
— Молодец, — Вера присела на скамейку. — Ребят, ваша мама звонила. Сказала, что они задержатся ещё на три дня.
— Ура! — неожиданно воскликнул Глеб. — А мы ещё в зоопарк поедем?
— Конечно, — кивнула Вера. — Если хотите, завтра и поедем.
— Здорово! — Глеб радостно запрыгал.
Яна была более сдержанной, но Вера видела, что и она довольна.
— А потом, когда мама вернётся, мы к вам в гости будем приезжать? — спросила девочка.
— Конечно, — улыбнулась Вера. — Когда захотите.
В этот момент она поняла, что сама хочет, чтобы они приезжали. Не для Марины, а для себя. Потому что полюбила этих детей. Хотя правильнее сказать — узнала и полюбила, ведь как можно не любить родных племянников?
«Ты же любишь детей, возьми наших на каникулы», — вспомнила она слова сестры. Тогда эта фраза показалась ей манипуляцией. А сейчас... сейчас она и правда любила именно этих детей, Яну и Глеба. И была даже благодарна сестре за то, что та силой впихнула их в её жизнь. Иначе Вера так и не узнала бы, какие они на самом деле — умные, забавные, непосредственные.
Конечно, она ещё устроит Марине выволочку за обман. И следующий отпуск проведёт на даче подруги, с книжками и в тишине. Но этот, пожалуй, уже не жалко было потратить на племянников. Тем более что и осталось-то всего три дня. Надо успеть и в зоопарк, и на колесо обозрения, и мороженое в том кафе попробовать...
Вера улыбнулась своим мыслям и позвала детей домой — скоро ужин, а у неё ещё блины не готовы.
Рекомендую к прочтению: