Десять лет брака. Поддержка, жертвы, вера. А потом — "Марина, нам нужно поговорить". Он ушёл к молодой. Но жизнь умеет шутить. Теперь он платит мне аренду. За мою квартиру. С любовницей внутри.
Разговор и расставание
— Марина, нам нужно поговорить.
Я знала, что это случится. Десять лет брака научили меня считывать Виктора, как старую книгу — с потрёпанными краями и загнутыми уголками страниц. Эти интонации, этот взгляд в сторону кухонной раковины — куда угодно, только не в глаза. Классика жанра. Я поставила чашку на стол и приготовилась слушать.
— Я хочу развода.
Вот так просто. Даже без предисловий о том, как он меня уважает и как мы выросли в разные стороны. Просто — хочу развода. Как хочу кофе или хочу в отпуск.
— И давно ты это решил? — мой голос звучал ровно, удивительно ровно.
— Послушай, я... — он запнулся, словно репетировал эту речь, но внезапно забыл текст. — Это непростое решение, но... я встретил другого человека.
— Человека? — переспросила я. — Или конкретно женщину?
— Женщину, — Виктор наконец посмотрел мне в глаза. — Её зовут Алиса. Ей 24.
— Двадцать четыре, — повторила я, словно пробуя число на вкус. — На пятнадцать лет моложе тебя. Как романтично.
— Дело не в возрасте! — он вдруг вспыхнул, будто я задела что-то личное. — Мы... с ней я чувствую себя живым. Понимаешь?
— А со мной, значит, мёртвым?
— Не передёргивай. Просто... мы с тобой давно стали как соседи. Живём параллельно. Два человека под одной крышей.
Я смотрела на его руки — красивые руки с длинными пальцами. Помню, когда мы познакомились, эти руки казались мне волшебными. Теперь же от них исходила какая-то чужеродность.
— Где вы познакомились? — спросила я, хотя это не имело никакого значения.
— На корпоративе полгода назад. Она работает в маркетинге, новенькая.
— И ты полгода...
— Нет! — перебил он. — То есть, мы общались, но всё началось недавно. Я не хотел тебе врать, потому и решил всё прояснить сразу.
Какое благородство. Солгал только на пять месяцев, не на все шесть.
— Ты уже собрал вещи? — я перешла к практической части. Эмоции могли подождать. Их я оставлю для кабинета психотерапевта, куда запишусь сразу после этого разговора.
— Я... да. Сложил самое необходимое. Остальное заберу позже, если ты не против.
— Не против, — я пожала плечами. — Когда уходишь?
— Сегодня. Уже вызвал такси.
— И куда?
— Мы сняли квартиру. Пока временно, потом будем искать что-то своё.
Я кивнула, как будто это была самая обычная информация. Муж уходит к другой женщине. Снимает с ней квартиру. Предлагает мне остаться в той, что мы вместе выбирали семь лет назад, которая полностью оформлена на меня. Он даже этого не помнит. Или помнит, но великодушно «оставляет» мне то, что и так моё.
— Адрес есть? Нужно будет знать, куда отправлять документы для развода.
Он назвал адрес, и мне стоило нечеловеческих усилий не рассмеяться ему в лицо. Этот адрес я знала наизусть. Вторая моя квартира, доставшаяся от бабушки. Та самая, что уже три года сдаётся через агентство надёжным арендаторам. И теперь новыми «надёжными арендаторами» станут мой муж и его двадцатичетырёхлетняя пассия.
— Хороший район, — только и сказала я. — Давно искали?
— Алиса нашла. Говорит, очень повезло — только-только освободилась, а цена приемлемая.
— Это прекрасно, — я улыбнулась. — Рада, что у вас всё складывается.
Виктор смотрел на меня с недоумением. Он ожидал слез, криков, упрёков — чего угодно, но не этого спокойствия. Он не знал, что внутри меня рождался план. План, настолько элегантный в своей простоте, что мне самой стало интересно, как он сработает.
— Ты... не злишься? — осторожно спросил он.
— А должна? Скажи, Витя, за эти десять лет мы с тобой были счастливы?
— Были... поначалу, — он выглядел растерянным от такого вопроса.
— Вот именно. Поначалу. А потом стали соседями, как ты верно заметил. Так может, это к лучшему? Ты обрёл новое счастье, а я... я найду своё.
Подъехало такси. Виктор взял сумки и неловко замер у двери.
— Можно я... обниму тебя на прощание?
— Можно, — я позволила его рукам обвить мои плечи. — Удачи вам с Алисой.
Когда дверь за ним закрылась, я простояла ещё минуту, глядя в пустоту. Затем достала телефон и набрала номер агентства недвижимости.
Он ушёл, а я осталась стоять у двери, глядя в пустоту. Так заканчиваются десять лет совместной жизни? Тихо, буднично, с чемоданом и вызванным такси?
А вы бы смогли просто отпустить человека, которому отдали десятилетие своей жизни? Без криков, без слёз, без упрёков? Я смогла. И у меня был план.
Я знала, что ещё услышу от него. Но не ожидала, что это будет просьба о деньгах...
Реализация плана с квартирой
Три недели спустя я сидела в своём офисе, который удачно располагался в здании напротив той самой квартиры. Пожалуй, в этой истории было слишком много совпадений, но разве не в этом суть любой хорошей драмы? Когда предают тебя — стоит ли быть великодушной?
Телефон на столе зазвонил.
— Марина Андреевна, — голос менеджера агентства звучал чуть виновато, — звонил арендатор с Речной. Опять возмущается повышением.
— Что именно говорит? — я откинулась в кресле, глядя в окно на знакомые занавески.
— Говорит, что это грабёж — поднимать цену на двадцать процентов после всего трёх недель проживания. Что у них договор на полгода с фиксированной ставкой.
— А вы ему что?
— Как вы и просили: сослались на пункт 4.7 — право собственника на пересмотр условий при уведомлении за 48 часов.
— Прекрасно, — я улыбнулась. — Он согласен платить?
— Говорит, деваться некуда, но очень недоволен. Спрашивает, можно ли поговорить с хозяином напрямую.
— Нет, — отрезала я. — Никаких прямых контактов. Передайте, что собственник живёт за границей и общается только через вас.
— Хорошо, Марина Андреевна. И ещё... он спрашивал, не планируется ли дальнейшее повышение? Что им с девушкой нужна какая-то определённость.
— Скажите, что пока новых распоряжений не поступало, но собственник внимательно следит за рынком недвижимости.
Повесив трубку, я подошла к окну. С девятого этажа прекрасно просматривалась квартира напротив. Сквозь неплотно задвинутые шторы был виден силуэт Виктора. Он нервно ходил из угла в угол, видимо, обсуждая с Алисой неприятную новость о повышении аренды.
Я взяла бинокль, который недавно купила специально для таких моментов. Их окна были достаточно близко, чтобы разглядеть выражения лиц.
Виктор жестикулировал, явно что-то доказывая. Алиса сидела на диване, обхватив колени руками. Потом она вскочила, и я почти физически ощутила накал их ссоры.
Развод ещё не был оформлен, а "медовый месяц" уже заканчивался. Как предсказуемо.
Мой телефон снова зазвонил.
— Да?
— Марина, привет! — голос Кати, моей лучшей подруги, звучал взволнованно. — Ты как? Справляешься?
— Более чем, — я не отрывала взгляда от окна напротив.
— Всё ещё наблюдаешь за ними? Мариш, это нездорово.
— Не волнуйся. Это временное развлечение.
— А он знает, что квартира твоя?
— Понятия не имеет. Думает, что снимает у какого-то анонимного собственника через агентство.
— И что ты будешь делать дальше? — в голосе Кати слышалось беспокойство. — Ты же не планируешь...
— Продолжать повышать аренду? — я усмехнулась. — Конечно планирую. Каждый месяц на десять процентов. Посмотрим, как долго продержится их страстная любовь под давлением финансовых проблем.
— Мариша... — Катя вздохнула. — Ты понимаешь, что это мелочно?
— Понимаю, — я наконец отвернулась от окна. — И знаешь что? Мне плевать. Десять лет жизни, Катя. Десять лет я поддерживала его, когда его стартап прогорел, когда он менял профессию, когда искал себя. А он ушёл к первой же молоденькой девочке, которая захлопала ресницами. И теперь будет платить мне за это. В прямом смысле.
В трубке повисло молчание. Наконец Катя произнесла:
— Только не заиграйся. Месть — это блюдо, которое легко может отравить того, кто его готовит.
— Философ, — я улыбнулась. — Не волнуйся, я знаю, что делаю.
Когда разговор закончился, я снова подошла к окну. Виктор сидел теперь один, Алиса, видимо, ушла в другую комнату. Он держал в руках калькулятор и что-то считал. Финансовый гений просчитывает бюджет своей новой счастливой жизни.
Звонок прозвучал через два дня после повышения арендной платы. Я как раз обедала в кафе неподалёку от офиса, когда увидела его имя на экране телефона.
— Да, Виктор?
— Можем поговорить? — его голос звучал устало.
— Мы уже говорим.
— Я имею в виду, встретиться. Есть вопросы по поводу развода.
— Какие именно? — я сделала глоток кофе.
— Личные. Предпочитаю обсудить при встрече.
Что ж, спектакль становился всё интереснее. Я согласилась встретиться с ним в том же кафе через час.
Виктор появился минута в минуту — эта пунктуальность всегда была его чертой. Он выглядел осунувшимся, под глазами залегли тени. Новая жизнь, похоже, оказалась не такой радужной, как представлялось.
— Привет, — он сел напротив. — Спасибо, что согласилась встретиться.
— Не за что. Рассказывай, что за срочность.
Он помолчал, подбирая слова.
— Как ты? — наконец спросил он.
— Отлично, — я пожала плечами. — Работаю, встречаюсь с друзьями. Жизнь продолжается.
— Ты... не выглядишь расстроенной.
— А должна? Ты ожидал найти меня в слезах, поедающей мороженое и пересматривающей мелодрамы?
— Нет, конечно, — он смутился. — Просто обычно расставание — это тяжело для обоих.
— Возможно, для тебя это новость, но мир не крутится вокруг тебя, Витя. Для меня это не конец света, а, скорее, начало новой главы.
Он кивнул, но в его взгляде читалось что-то ещё. Обида? Разочарование?
— Так что ты хотел обсудить? — я перешла к делу.
— У нас проблемы с квартирой.
— У вас или у тебя? — я приподняла бровь.
— У нас с Алисой, — он замялся. — Арендодатель неожиданно поднял цену. Существенно.
— И при чём тут я?
— Дело в том, — он провёл рукой по волосам, — что мы рассчитывали на определённый бюджет. А теперь приходится искать дополнительные источники дохода.
— И ты решил обратиться ко мне? — я не верила своим ушам. — За деньгами?
— Нет! То есть... не совсем, — он выглядел искренне смущённым. — Я хотел спросить насчёт нашей квартиры. Точнее, твоей теперь.
— Что именно?
— Может быть, ты согласишься её продать? Поделим деньги, и мне хватит на первый взнос за что-то своё. Не придётся зависеть от аренды.
Я рассмеялась. Не могла сдержаться.
— Продать квартиру, которая полностью оформлена на меня? Квартиру, за которую последние три года платила только я, пока ты «искал себя»? И поделить деньги с тобой? — я покачала головой. — Ты серьёзно?
— Мы же десять лет были вместе, — в его глазах появилась обида. — Неужели это ничего не значит?
— Значит. Именно поэтому я не устраиваю скандалов и не требую алиментов, хотя имею право на часть твоих доходов как супруга. Считай это моим подарком на прощание.
— Марина, — он подался вперёд, — я не узнаю тебя. Ты стала такой... холодной.
— Нет, Витя. Я просто перестала притворяться. Знаешь, сколько сил уходит на то, чтобы быть удобной женой? Всегда понимающей, всегда поддерживающей, всегда готовой подстроиться. Я отказываюсь от этой роли. Наверное, тебе следует поблагодарить Алису — благодаря ей я наконец свободна.
Он смотрел на меня так, словно видел впервые. Возможно, так и было.
— И что теперь? — спросил он тихо.
— Теперь подписываем бумаги о разводе и идём каждый своей дорогой. Ты со своей Алисой, я — сама по себе.
— А как же... десять лет вместе? Разве от них ничего не остаётся?
— Остаётся опыт. И урок — никогда не вкладываться в чужие мечты в ущерб своим.
Он опустил глаза.
— А если... если всё пойдёт не так, как я планировал?
— С Алисой? — я приподняла бровь. — Что, медовый месяц уже закончился?
— Нет, нет, — он торопливо замотал головой. — Просто гипотетически.
— То есть, ты хочешь знать, примет ли тебя обратно брошенная жена, если новая пассия тебе наскучит? — я не могла поверить в его наивность. — Виктор, дорогой, есть поезда, которые уходят навсегда.
Он замолчал, разглядывая свои руки. Потом поднял взгляд:
— Знаешь, иногда мне кажется, что я совершил ошибку.
— Неужели? — я не скрывала сарказма. — И что же тебя навело на эту мысль? Повышение арендной платы?
— При чём тут это? — он нахмурился. — Просто... Алиса другая. Она требует внимания, постоянных развлечений, дорогих подарков. С тобой было... спокойнее.
— То есть удобнее, — я кивнула. — Жена-функция, которая не мешает и всегда под рукой. Извини, что разочаровываю, но я не вещь, которую можно отложить в сторону, а потом снова достать, когда новая игрушка надоест.
Виктор смотрел на меня с каким-то новым выражением — смесь удивления и... уважения?
— Ты изменилась, — сказал он наконец.
— Нет. Я такой всегда и была. Просто ты не замечал.
Я взглянула на часы и поднялась:
— Мне пора. Документы на развод будут готовы через неделю, юрист пришлёт тебе на подпись.
— Марина, — он поймал меня за руку, — может, мы могли бы... остаться друзьями?
Я мягко высвободила руку:
— Зачем? Чтобы ты мог чувствовать себя лучше, считая, что не причинил мне боли? Или чтобы иметь запасной аэродром на случай, если с Алисой не сложится?
— Нет, просто... десять лет — это немало.
— Вот именно. Слишком много, чтобы закончить всё лицемерной «дружбой». Прощай, Виктор. Желаю счастья с Алисой. Искренне.
Я смотрела ему вслед, думая о том, как легко он вычеркнул десять лет совместной жизни. Как просто превратил "мы" в "я". Это месть? Или справедливость? Тогда я ещё не знала ответ на этот вопрос.
Но я знала, что скоро он вернётся. С новой просьбой. С новыми требованиями. Мужчины всегда возвращаются. Не потому, что любят. А потому что им становится неудобно.
Финальное столкновение и мораль
В тот же вечер я сидела у окна своего офиса с бокалом вина, наблюдая за квартирой напротив. Виктор и Алиса снова спорили. Она размахивала руками, он сидел, опустив голову. Классическая картина увядающей страсти, столкнувшейся с реальностью.
Мой телефон зазвонил.
— Да? — ответила я, не отрывая взгляда от окна напротив.
— Марина Андреевна, — голос менеджера агентства звучал взволнованно, — арендатор с Речной спрашивает, можно ли оплатить аренду частями. Говорит, что попал в финансовые затруднения.
— Отказать, — ответила я спокойно. — Оплата производится единовременно, как указано в договоре.
— Может, сделаем исключение? Он говорит, что...
— Никаких исключений, — я сделала глоток вина. — Более того, подготовьте уведомление о повышении арендной платы со следующего месяца. Ещё на пятнадцать процентов.
— Но Марина Андреевна! Это уже будет почти на сорок процентов выше рыночной...
— Я в курсе положения на рынке, — отрезала я. — Выполняйте.
Повесив трубку, я снова взглянула в окно. Алиса хлопнула дверью и вышла из комнаты. Виктор остался сидеть, сжимая голову руками.
Я поднесла бокал к губам и отсалютовала ему, хотя он и не мог меня видеть:
— За новую жизнь, дорогой. За которую приходится платить вдвойне.
Говорят, месть — это блюдо, которое подают холодным. Но никто не предупреждал, что оно может быть таким восхитительно сладким на вкус.
Вы бы смогли наблюдать за жизнью своего бывшего с новой женщиной — через окно? А если бы он платил вам аренду? Иногда жизнь сама расставляет всё на свои места, нужно только немного ей помочь.