(рассказ основан на реальной истории)
Фарфоровые чашки звякнули о блюдца. В гостиной повисла тишина — та особенная, колючая тишина, которая возникает, когда кто-то произносит что-то неуместное. Алина машинально погладила свой округлившийся живот, поймав недоуменный взгляд свекрови.
— Вы что же, не хотите назвать мальчика в честь деда Сергея? — Нина Васильевна аккуратно промокнула губы салфеткой. — Виктор — сильное имя. Победитель.
— Мама, мы же объяснили, — Сергей поставил чашку, не глядя на жену. — Мы хотим по-другому подойти к выбору.
Алина благодарно сжала руку мужа под столом.
— Мы составляем список, — голос Алины звучал тише обычного. — Вспоминаем всех знакомых с разными именами и думаем, какие ассоциации они вызывают.
Дмитрий, брат Сергея, хмыкнул и отломил кусок торта.
— Ну и глупости. Будто имя что-то решает. Вон у нас на фирме охранник Артём — здоровый, как шкаф, а тупой, как пробка.
— Дима! — одернула его Нина Васильевна, но её глаза выдавали согласие с сыном.
— Что Дима? — он развел руками. — Правду говорю. Чё морочить голову ребёнку этими заморочками? Все эти имена по знакомым... Как будто вы тыщу людей знаете. А если с именем, которое выберете, потом какой-нибудь маньяк объявится?
Алина почувствовала, как внутри поднимается волна обиды и раздражения. Учительница литературы со стажем, она привыкла отстаивать значимость слов, их силу и смысл. Имя — это первое слово, которое узнает о себе человек, первый ярлык, первая история.
— А мне кажется, это очень мило, — неожиданно вступилась Марина, сестра Алины. — Имя — это же не просто набор букв. Это... связь с другими людьми, с историями и историей.
— Вот-вот, — подхватила Алина. — Мы не хотим выбирать имя только потому, что оно модное или звучное. Хотим, чтобы оно напоминало о хороших людях.
Нина Васильевна поджала губы.
— А мой отец, значит, не был хорошим человеком? — В её голосе зазвенела сталь. — Фронтовик, орденоносец, всю жизнь семью тянул. Я думала, мой внук будет носить его имя. Да и по-императорски, как-то.
В комнате стало душно. Сергей неловко поправил галстук.
— Мама, никто не говорит, что дедушка был плохим...
— А по-моему, именно это и говорят, — перебила Нина Васильевна, поднимаясь из-за стола. — Пойду чай поставлю. Кому ещё?
Когда она скрылась на кухне, Дмитрий наклонился к брату.
— Ну вы и задали, — усмехнулся он. — Теперь мать месяц будет дуться. Слушай жену дальше.
— А ты не лезь, — огрызнулся Сергей. — Своей семьёй займись сначала.
— Так нету у меня семьи, — оскалился Дмитрий. — Зато я вижу, как ты под каблуком. То ей декор в квартире не такой, то имя ребёнку подавай по особой системе...
Марина резко поднялась.
— Пойду помогу с чаем. Алина, пойдём со мной.
Вечером, когда гости разошлись, Алина сидела на краю кровати и медленно расчёсывала волосы. В зеркале отражалось её бледное лицо с тёмными кругами под глазами. В комнату вошёл Сергей, ослабляя галстук.
— Ты зря так с мамой, — сказал он, не глядя на жену. — Она хотела как лучше.
Алина перестала расчёсываться.
— Я? Я зря? Это она устроила допрос из-за имени. Это твой брат насмехался над нашим решением.
— Ну, они просто не понимают, — вздохнул Сергей, снимая рубашку. — У них традиционный подход.
— Традиционный подход, — эхом повторила Алина. — А наш — глупость, да? Может, и тебе так кажется?
— Я этого не говорил, — Сергей избегал её взгляда. — Просто... Имя в честь деда — это уважение к семье, к корням.
Алина медленно отложила расчёску.
— А ты знал своего деда? Хоть что-нибудь помнишь о нём, кроме историй твоей мамы?
Сергей нахмурился.
— Он умер, когда мне было четыре. Но это неважно...
— Важно, — Алина подошла к нему. — Мы хотели выбрать имя, которое связано с людьми, которых мы знали, которые повлияли на нас. Настоящими, а не... образами из рассказов.
— Ты преувеличиваешь, — Сергей отвернулся, начиная нервно расхаживать по комнате. — Может, действительно стоит подумать? Виктор — хорошее имя.
— Дело не в имени, — тихо сказала Алина. — А в том, что ты даёшь им решать за нас. Сначала имя, потом будет садик, школа, друзья...
— Не говори ерунды! — раздражённо бросил Сергей. — Просто мама расстроилась.
— И что? — Алина почувствовала, как в горле встаёт ком. — Мы теперь должны выполнять её желания, чтобы она не расстраивалась? А наши желания?
— Это наш первенец, её первый внук. Ей важно...
— А тебе важно что? — перебила Алина. — Что важно тебе, Серёжа?
Он не ответил. Алина легла в постель, отвернувшись к стене, а минуту спустя услышала, как муж тихо выходит из спальни.
На следующий день Алина зашла в учительскую во время большой перемены. Ольга, молодая учительница географии, заполняла журнал.
— Выглядишь не очень, — заметила она без обиняков, глядя прямо на Алину. — Что случилось?
— Семейные радости, — вздохнула Алина, осторожно опускаясь на стул. — Выбираем имя для сына.
— О, это эпопея, — усмехнулась Ольга. — Когда мы с мужем выбирали, его мать притащила церковный календарь и тыкала пальцем в святцы.
— И чем всё закончилось?
— Назвали Тимофеем, — Ольга улыбнулась. — Вообще-то, это был компромисс. Но теперь даже свекровь признаёт, что имя ему подходит.
— Мы с Серёжей хотели назвать в честь кого-то хорошего из нашей жизни. Знаешь, кого мы реально знали, кто оставил добрый след. А свекровь настаивает на имени своего отца.
— А что муж?
— Вчера он ушёл спать в гостиную.
Ольга присвистнула.
— Серьёзно? Из-за имени?
— Не из-за имени, — покачала головой Алина. — Из-за того, что я не хочу, чтобы его мать решала за нас.
— Знакомая история, — Ольга понизила голос. — Моя свекровь до сих пор пытается командовать. То Тимоше шапка не такая, то кашу не так варю. С мужчинами беда — они все немножко маменькины сынки.
Алина грустно улыбнулась.
— Я думала, мы с Серёжей на одной стороне. А оказалось — он всегда будет метаться между мной и матерью.
— Не раскисай, — Ольга сжала её руку. — Знаешь, когда я выбирала имя, я вспомнила своего первого учителя математики. Тимофей Петрович. Старенький уже был, но глаза добрые-добрые, и он в каждом ребёнке видел что-то хорошее. Даже в двоечниках. И я подумала — хочу, чтобы мой сын таким был.
— И каким вырос твой Тимофей?
— Ему только пять, но уже заступается за слабых в детском саду, — с гордостью сказала Ольга. — Может, это гены, а может... имя помогает.
Вечером дома было тихо. Сергей задерживался на работе, и Алина решила заняться своим "досье". Она достала толстую тетрадь, где записывала имена и истории о людях, которых знала.
«Александр. Саша из университета — талантливый, но высокомерный. Школьный Саша — добрый, но безвольный. Саша-сосед — шумный, но отзывчивый...»
Телефонный звонок прервал её размышления.
— Алина, это Марина. Ты как?
— Нормально, — солгала она.
— Сергей звонил моему Паше. Спрашивал совета.
Алина напряглась.
— И что Паша ему посоветовал?
— Быть мужиком и самому решать, как назвать своего сына, — хмыкнула Марина. — Знаешь, мне кажется, твой муж просто боится расстроить мать. Всю жизнь, наверное, старался быть "хорошим мальчиком".
— А меня расстраивать не боится, — горько заметила Алина.
— Потому что знает — ты любишь его не за послушание, — тихо сказала Марина. — А она... Кто знает?
После разговора с сестрой Алина долго сидела у окна. На улице моросил дождь, размывая очертания фонарей. Где-то там был Сергей — между работой и домом, между матерью и женой, между прошлым и будущим.
Хлопнула входная дверь. Алина не обернулась.
— Я дома, — голос Сергея звучал неуверенно.
— Вижу.
— Алина, нам надо поговорить.
Она развернулась к нему. Сергей стоял в дверях кухни — немного растрёпанный, с влажными от дождя волосами, с бумажным пакетом в руках.
— Я принёс ужин, — он поднял пакет. — Из того итальянского ресторана, который тебе нравился раньше. Помнишь?
— Помню, — сухо ответила она. — Там ещё официант Николай был. Всегда улыбался и комплименты делал. Хороший человек.
Сергей поставил пакет на стол.
— Послушай. Насчёт имени... Я думал весь день. И я понял, что ты права. Мы должны выбирать сами.
Алина скрестила руки на груди.
— И что изменилось с вчерашнего дня?
— Я поговорил с Димоном. Странно, но он внезапно встал на твою сторону. Сказал, что... — Сергей запнулся. — Сказал, что я становлюсь похожим на отца. А я поклялся себе, что никогда не буду таким, как он.
Алина смягчилась. Она знала об отце Сергея — властном человеке, который подавлял всех вокруг, особенно сыновей.
— Серёжа...
— Нет, дай договорить, — он сел напротив неё. — Я сегодня искал зарядку. И увидел твою тетрадь. С именами.
Алина напряглась.
— Ты читал?
— Немного, — он виновато улыбнулся. — Прости. Но знаешь... это так здорово. Столько историй, столько воспоминаний. Я даже не думал, что имена могут столько значить.
Он достал из кармана сложенный лист.
— Я тоже попробовал записать. Получилось не так красиво, как у тебя, но...
Алина развернула листок. Неровным почерком Сергея были записаны имена и короткие характеристики: «Михаил — тренер по плаванию, научил не бояться глубины», «Андрей — друг из университета, выручал в трудную минуту», «Константин — первый начальник, поверил в меня».
— Серёж, — она подняла на него глаза. — Это...
— Знаю, что каракулями, — он смущённо потёр шею. — Но может... Может, мы вместе выберем? Из тех имён, с которыми у нас обоих только хорошие воспоминания?
В этот момент в дверь позвонили. На пороге стояла Нина Васильевна с большим пакетом.
— Я тут пирогов напекла, — она старательно улыбалась, но глаза были настороженные. — Можно войти?
Сергей вопросительно посмотрел на Алину. Она кивнула.
— Проходите, Нина Васильевна.
Свекровь прошла на кухню, поставила пакет и неловко замерла, разглядывая листы с именами на столе.
— Я вам помешала?
— Нет, — спокойно ответила Алина. — Мы выбираем имя для сына.
Нина Васильевна поджала губы, но промолчала.
— Мама, — Сергей встал рядом с женой, — мы ценим твоё мнение. Но это наш ребёнок, и мы сами решим, как его назвать.
— Конечно, — голос Нины Васильевны дрогнул. — Я просто хотела как лучше. Отец был хорошим человеком, и имя...
— Расскажите о нём, — неожиданно предложила Алина. — Не как о герое или фронтовике. А как о человеке, которого вы знали.
Нина Васильевна растерялась.
— Что рассказывать? Обычный был человек...
— Каким он был отцом? — подсказала Алина. — Что вы помните из детства?
По лицу свекрови пробежала тень.
— Строгий был. Справедливый, но... не особо ласковый. Время такое было.
— А с внуками? С Серёжей?
— С внуками помягче стал, — в голосе появились тёплые нотки. — Сергуню на рыбалку брал. Правда, ругался, что тот червяков боится насаживать. Но ему и лет-то всего ничего было.
Алина и Сергей переглянулись.
— Вы понимаете, Нина Васильевна, — мягко сказала Алина, — мы хотим, чтобы имя нашего сына напоминало о человеке, которого мы знали и любили. Не о легенде, не о герое из рассказов, а о настоящем, живом человеке.
Нина Васильевна долго молчала, потом вдруг сгорбилась, став меньше и старше.
— Вы правы, — тихо сказала она. — Отец был хорошим человеком, но... сложным. Может, и правда не стоит... — Она не закончила фразу. — Пироги остывают. Давайте чай пить.
***
Полгода спустя гостиная в квартире Алины и Сергея снова наполнилась гостями. Но теперь в центре внимания был маленький свёрток с розовым личиком.
— Ну наконец-то! — Дмитрий склонился над племянником. — Дайте посмотреть на этого богатыря, из-за которого столько копий сломали.
— Осторожно, Дима, — Алина протянула ему сына. — Придерживай головку.
Дмитрий неожиданно аккуратно взял ребёнка, с непривычной нежностью вглядываясь в крошечное лицо.
— И как же вы его всё-таки назвали? — спросила Нина Васильевна, нетерпеливо подходя ближе.
Сергей и Алина переглянулись.
— Максим, — с гордостью сказал Сергей. — Максим Сергеевич.
— Максим? — удивилась Нина Васильевна. — А почему?
— У нас у обоих были хорошие знакомые с этим именем, — объяснила Алина. — Мой одноклассник Максим спас меня от собаки в детстве.
— А у меня был друг Максим в институте, — подхватил Сергей. — Он научил меня программировать, из-за чего я, собственно, и получил свою первую хорошую работу.
Нина Васильевна задумчиво посмотрела на внука.
— Максим... "Величайший". Хорошее имя. Сильное.
— Ну слава богу, одобрено высшей инстанцией, — шепнула Марина на ухо Алине, и та едва сдержала смех.
Максим вдруг открыл глаза — удивительно ясные для новорождённого — и несколько секунд словно изучал лица склонившихся над ним взрослых.
— Смотрите, узнал семейный совет, — усмехнулся Дмитрий. — Привыкай, малыш, они у нас любят порешать за тебя.
— Дима! — хором воскликнули Алина и Сергей, но без раздражения.
Вечером, когда гости разошлись, Алина сидела в кресле у кроватки сына. Сергей тихо вошёл и присел рядом.
— Как думаешь, — шепотом спросил он, — мы правильно выбрали?
Алина посмотрела на спящего ребёнка. За окном падал первый снег, и в его мягком свете лицо малыша казалось фарфоровым.
— Знаешь, — так же тихо ответила она, — по-моему, это он нас выбрал. И имя тоже.
Сергей обнял её за плечи.
— Стоило оно того? Все эти скандалы?
— Стоило, — уверенно сказала Алина. — Не из-за имени. А из-за права решать самим.
— Я понимаю теперь, — кивнул Сергей. — И знаешь что? Может, он вырастет и будет совсем не похож ни на твоего Максима, ни на моего.
— Конечно не будет, — улыбнулась Алина. — Он будет похож на себя. На нашего Максима. И напишет свою собственную историю.
За окном продолжал падать снег, укрывая мир белым покрывалом, словно чистым листом для новых историй.