- Дядя Миша, вызывайте полицию! - закричала Ксюша.
Спустя некоторое время комната брата наполнилась людьми. Мама Максима, хлопоча вокруг него и причитая, все никак не могла поверить, что сын, наконец-то, пошевелился и заговорил.
Сотрудник, который расследовал это дело, явился незамедлительно, а следом прибежал приятель брата — Жека. Все столпились вокруг кровати. Ксюша говорила громче всех.
Начало истории
И лишь один Толик не понимал, что происходит. Как невинная шалость превратилась в такую канитель? Он же просто подшутил. Над Ксюшей. В последнее время она такая серьезная, такая грустная, что Толик хотел ее растормошить.
А тут такое! Выяснилось, что к избиению Максима причастен сам Игнат.
- У него есть алиби, - подметил полицейский, - на момент нападения он был дома. Соседка и консьержка подтвердили.
- Я тоже там была. Он все подстроил! - не сомневалась Ксюша, вспоминая поврежденную трубу.
Игнат нарочно это сделал. Чтобы отмести от себя все подозрения и… это к делу не относится… затащить ее в постель. Как ловко он запудрил ей мозги. Как быстро соблазнил и привязал к себе.
Максим не мог дать показания. Но на вопросы полицейского он в подтверждение моргал. Пытался говорить, но ничего не получалось. Из горла вырывались только хрипы. Ничего не разобрать.
Зато приятель Женя был весьма активен и красноречив. Он рассказал, что знал. И даже больше. Оказалось, что недавно один из клиентов конторы микрозаймов свел счеты с жизнью, потому что не выплатил кредит.
- Они — мошенники! - с жаром доказывал приятель, - говорят одни условия, договор показывают, а для подписи подсовывают другой.
Перед выходом Ксюша предупредила мать Максима:
- Чужих в квартиру не впускайте. Если принесут лекарства, лучше отнесите их в полицию. Пусть проверят. Игнат — опасный человек, - и подумав, тихо процедила, - нет. Он — не человек.
Мать Максима часто хлопала глазами и кивала. Теперь-то она уж точно никого не впустит на порог.
А Ксюша, сев в машину, сокрушенно выдохнула. На душе было так гадко, так мерзко, словно она вывалялась в вонючей грязи.
- Он отмажется, - гневно выпалила Ксюша, - он всех купил. И меня… чуть не купил. А еще пытался выманить у меня бабушкины деньги. Обещал большую прибыль. Хорошо, что я не повелась.
- Так ты оказывается богатая наследница? - Толик съехал с неприятной темы.
- А ты как думал? - хитро улыбнулась Ксюша, - я отложила на первоначальный взнос. А толку? - она задумалась, - ни один банк не одобрит ипотеку одинокой женщине с ребенком.
- Не важно. Пусть лежат.
Родители уже спали, Ксюша тоже, облачившись в пижаму, забралась под одеяло, а Толик все никак не уходил. Он присел на краешек кровати в уличной одежде, а Ксюша шутливо согнала его пинком под зад.
Тот опустился на пол. Им приходилось шептаться, чтобы никого не разбудить.
- Ксюш, - смущенно улыбнулся Толик, - ты помнишь, как я тебя поцеловал?
Бессовестный. Он впервые затронул эту тему. Ксюша покраснела и недовольно буркнула:
- И что?
- Тебе хотя бы немножечко понравилось? Я старался.
- А пощечина тебе ни о чем не говорит? Иди! - горячо шепнула Ксюша, - целуйся со своей невестой. А ко мне не приставай.
- У меня нет невесты, - беспечно пожал плечами Толик, - я ее замуж никогда не звал. Отец… ляпнул за столом. А она привязалась. Когда, говорит, в Загс с тобой пойдем? Я ей раз сказал — я пошутил. Два сказал. Не понимает. Выбесила...
- А зачем отцу сказал, что собираешься жениться? - осудила его Ксюша. - Обманул девчонку. Тебе не стыдно?! Еще и жалуется на нее!
- Так я… назло, - он придвинулся поближе.
- Назло?! Кому?
- Тебе, - он скривился в неприязненной гримасе, - ты сидела рядом с… этим. Вся такая расфуфыренная, пальцы веером. Замуж собралась. Я хотел тебя позлить.
- У тебя не получилось, - слукавила Ксюша. Из благих намерений. В тот вечер она невольно сравнивала его девушку с собой. - Наоборот. Я за тебя порадовалась. Ты же мне как… брат.
- Я тебе не брат!
- Ну, хорошо, не брат. Но я отношусь к тебе, как к другу.
- Друг? - тот задумался и иронично хмыкнул, - так гораздо лучше. У брата нет шансов, а у друга, малюсенький, но есть.
- Нет никаких шансов! - с нарочитым раздражением шепнула Ксюша, - я теперь другая. Я беременна. Мне нужно думать о ребенке. А ты… ты — несерьезный, легкомысленный. Ты сам еще ребенок. Все, Вася. Иди домой!
Толик нехотя поднялся, посмотрел на Ксюшу и ушел.
На следующий день в контору нагрянула проверка. Алексею приходилось отдуваться за двоих. В ходе следствия выяснилось, что Игнат уехал за границу. Судя по билетам — на неделю. В аэропорту его уже встречали, но Игнат не прилетел. Он пропал.
Ксюшу вызывали в отделение полиции. Расспрашивали о деятельности Игната. Но что она могла им рассказать? Ксюша лишь мотала головой. Она прожила с Игнатом долгие полгода, но ничего о нем не знала. Узнала лишь сейчас.
Леха отрицал вину, перекидывал ответственность на партнера. Но свидетели нашлись. Тех самых отморозков, которые напали на Максима, задержали. Они во всем признались. Сказали, что руководил процессом Леха, но во главе стоял Игнат.
А тут еще и мама с дядей Петей расписались. Свадьбу отмечали вчетвером. На следующий день родители сообщили новость. Они долго думали, взвешивали и решили продать обе квартиры (вторая квартира — дяди Пети, где жил Толик), дачу и купить большой, просторный дом.
Подходящий вариант нашелся быстро. Переезд случился на последнем месяце беременности Ксюши. Не случайно. Мама торопилась переехать до рождения малыша.
Теперь они жили в одном просторном доме. Все вместе, Толик в том числе. Отец отстегнул ему небольшую сумму, в качестве вложения в квартиру. Думал сын захочет жить отдельно. Но бережливый Толик отложил.
Ксюша часто вспоминала, как когда-то раньше по выходным они ездили на дачу. Как она пыхтела, крутила педали старого велосипеда и проклинала все вокруг. А сейчас вспоминала со слезами на глазах. Ксюша стала такой чувствительной, такой плаксивой. И как только Толик все это терпел?
Он вернулся вечером с работы, голодный и уставший, и нашел ее в слезах. Присел на корточки и заглянул в ее лицо.
- Че такое?! - улыбнулся Толик, - опять милого бездомного котика на улице увидела?
- Нет, - Ксюша разложила на коленях распашонку и крохотные ползунки. Улыбка Толика потухла. Он стал серьезным, даже очень. А Ксюша с умилением всхлипнула, - смотри. Какая прелесть. Неужели, малыш настолько крохотный? Неужели, я скоро стану мамой? А я даже не знаю, где находится его отец.
- Соскучилась?! - мрачно буркнул Толик.
- Я не знаю, что мне делать. Какое отчество вписать в свидетельство? Его?! Или…
Ксюша сникла и разгладила складочки на ползунках. До родов осталось совсем немного, а она не знала, как ей поступить. Толик произнес осипшим тоном:
- Впиши любое. Какое нравится. И все.
- А что я скажу сыну? Кто его отец? Куда он делся?
- Скажи, что… умер.
- А если он объявится? Если все расскажет? - Ксюша снова разревелась, - я боюсь. Боюсь даже представить, что Игнат вернется. Боюсь, что сын узнает, что его отец — мошенник. Что я соврала. Толик, что мне делать? Какое отчество вписать? Игнатьевич?
- Да почему Игнатьевич?! - взорвался Толик, - впиши любое. Хоть… - он развел руками и выпалил, - мое!
Ксюша посмотрела на него сквозь слезы:
- А что это изменит?
- По факту… ничего, - Толик тут же подорвался с пола и небрежно буркнул, выходя из спальни, - я здесь не советчик. Решай сама.
И она решила, но не сразу. Толик всегда рядом, только позови. Он был рядом, когда она почувствовала схватки. Он отвез ее в роддом. Он наматывал круги по коридору, расспрашивал врачей.
Малыш родился в срок, здоровый, крепкий. Акушерка, которой довелось увидеть Толика, воскликнула:
- Какой красавец! Весь в отца!
- Он не отец, - смутилась Ксюша.
А та лукаво улыбнулась:
- Ну, и зря.
И Ксюша перестала сомневаться. Будь что будет. Игнат исчез из ее жизни. Его до сих пор не задержали. И вряд ли он осмелится вернуться. Если он появится, то сразу же отправится в тюрьму.
На выписку пришли родители, Толик, лучшая подружка Сонька, даже дядя Миша, заметно посвежевший, тоже здесь.
Мама прослезилась, когда Ксюша передала ей внука и представила:
- Вот, знакомься, бабушка. Твой внук — Матвей.
- Какой хорошенький! Матвей…? - мама вопросительно уставилась на Ксюшу. Быстро спохватилась, но было уже поздно. Ксюша с гордостью сказала:
- Анатольевич. Кравцов.
Все уставились на Толика. Он топтался в стороне, шуршал цветами, а сейчас обескураженно застыл. Не знал, как реагировать. Обрадоваться? Отшутиться?
Толик покачнулся, выходя из ступора, растянул дурацкую улыбочку и небрежно ляпнул:
- Я здесь не причем...