Ильдус, 60 лет. В 2017 году диагностирована хондросаркома правой подвздошной кости II стадии. Проведена операции по удалению опухоли и выполнено протезирование. В ремиссии с 2018 года.
В мае 2017 года я впервые почувствовал нарастающие боли в правом бедре. После платного МРТ-исследования обнаружилась кистозная полость в мягких тканях около седалищной и лонной костей. Я сразу обратился в краевой онкологический диспансер, где прошел комплексное обследование: фиброгастроскопию, компьютерную томографию, сдал необходимые анализы крови и мочи.
Врачи диагностировали многоклеточную опухоль, однако отказали в направлении на биопсию в специализированную клинику, порекомендовали прийти на контрольный осмотр через полгода. Никакого лечения или дополнительных рекомендаций мне не назначили.
Состояние постепенно ухудшалось — боли усиливались и не купировались обычными обезболивающими препаратами. Эмоциональное состояние было крайне тяжелым, но я старался сохранять самообладание, понимая, как переживают мои близкие.
Моя жена, имеющая медицинское образование, взяла инициативу в свои руки. Благодаря ее настойчивости в декабре 2017 года мне сделали платную открытую биопсию через брюшную полость и поставили диагноз высокодифференцированная хондросаркома.
С этими результатами мы вновь обратились к онкологам. После эмоциональных уговоров жены меня направили на курс лучевой терапии — 30 сеансов облучения правой вертлужной впадины. Лечение переносилось крайне тяжело: появились ожоги, значительно ослаб иммунитет. Позже мы выяснили, что в моем случае лучевая терапия была противопоказана, а требовалось хирургическое вмешательство. Последствия облучения серьезно повлияли на состояние моего здоровья.
Несмотря на все предпринятые меры, боли продолжали усиливаться. Моя жена активно искала выход из ситуации. Первым шагом стало обращение в онкологический центр имени Петрова в Санкт-Петербурге. Специалисты там посоветовали нам обратиться в Республиканский онкологический центр в Казани.
В Казани диагноз подтвердили, однако в проведении операции отказали из-за обширного поражения. Врачи этого центра порекомендовали нам отправиться в московский онкоцентр имени Блохина.
Мы без промедления поехали в Москву. В онкоцентре имени Блохина я прошел полное обследование: КТ, МРТ, рентген, УЗИ, сдал все необходимые анализы. Пришлось несколько раз приезжать для завершения всех процедур. Все исследования проводились по полису ОМС, однако гистологические стекла пришлось перепроверять за свой счет.
К этому моменту боли стали совершенно нетерпимыми. После тщательного изучения моего случая врачебный консилиум принял решение о необходимости операции.
В октябре 2018 года мне провели сложную операцию по удалению опухоли вместе с частью кости. В ходе вмешательства была значительная кровопотеря. На десятый день после операции образовался свищ с выделениями из брюшной полости. Как объяснили врачи, это осложнение могло возникнуть из-за больших размеров удаленной опухоли, а также из-за последствий предыдущего лучевого лечения и биопсии.
Выписали меня только через месяц с рекомендацией носить ортез в течение нескольких месяцев. Однако свищ так и не зажил. Благодаря настойчивости жены меня госпитализировали в стационар, где я провел три недели, но улучшения не наступило.
Мы консультировались со всеми доступными специалистами в Перми, но никто не мог предложить эффективного решения для устранения свища. Жена самостоятельно занималась обработкой раны, делая все возможное для облегчения своего состояния. Положительный эффект в итоге дал только препарат Пронтосан.
Последующие контрольные обследования я проходил в Москве, поскольку в Перми не нашлось специалистов, готовых заниматься таким сложным случаем. В столичном медицинском центре я также прошел курс реабилитации, где заново учился ходить с помощью костылей.
В декабре по инициативе жены мне провели повторную операцию по иссечению свища в Москве. Несмотря на тщательную обработку раны, врачи не могли гарантировать, что свищ не возникнет снова.
После начала заживления свища началась подготовка к протезированию. В этот период жена организовала консультации с терапевтами для коррекции лечения сопутствующих проблем: гастрита, анемии, отеков и нарушений пищеварения.
На данный момент мое самочувствие можно оценить как удовлетворительное. Однако болевой синдром все еще сохраняется, поэтому принимаю обезболивающее. Передвигаюсь с помощью одного костыля. Врачи рекомендовали покой, белковое питание, разрабатывать ногу. Мы находимся на связи с терапевтом из госпиталя, я наблюдаюсь, сдаю анализы и выполняю все рекомендации врачей.
Задайте вопросы
Задать вопрос можно под любой статьей на канале, а также в группе проекта «Онконавигатор». Там можно обсудить все, что касается лечения и профилактики онкологических заболеваний и получить оперативную помощь в маршрутизации.
Расскажите о нас в соцсетях
Так вы поддержите друзей или знакомых с онкологией.
«Онконавигатор. Дорожные карты»
Наш проект «Онконавигатор» собрал реальные истории пациентов, которые успешно прошли лечение и вышли в ремиссию.
Здесь вы найдете рекомендации от 65 ведущих врачей ведущих онкологических учреждений, алгоритмы действий на всех этапах лечения самых разных локализаций рака. Материалы представлены максимально доступно — видео, инфографикой, текстами, инструкциями и памятками.
Больше историй на https://oncoguide.ru/
«Онконавигатор» в соцсетях:
Читайте другие статьи на нашем канале
Лечение рака почки: современные подходы
Голос против тишины: информационные кампании в борьбе с раком