Под густой тенью старого вяза, в укромном уголке запущенного парка, сидела Анна. Слёзы стекали по щекам, как по стеклу под дождём. Сердце сжимало горькое сожаление: неужели так будет всегда? Неужели счастье — это просто миф?
Ей было тридцать семь. Возраст — не старость, но и не юность. А душа будто прожила сто. Разбитая, истерзанная, одинокая. Иногда ей казалось: лучше бы уйти, как те, кого хоронят на соседнем кладбище — с цветами, слезами и обречённым покоем.
И вдруг у её ног появился маленький пушистик — кудрявый пекинес. Любимая порода. Пёсик поднял на неё такие же грустные, как у неё самой, глаза. Анна слабо улыбнулась, прижала его к себе, достала из сумки печенье — угостила. Тёплое дыхание, мягкая шерсть, благодарный взгляд — и стало чуть легче.
Хрустнула ветка. Она обернулась. В нескольких метрах стоял мужчина — высокий, с удочкой за спиной.
— Вот ты где, разбойник, — сказал он, обращаясь к псу. — Извините, он иногда убегает.
Он сел на скамейку рядом. Говорил просто, без натяжки: о рыбалке, о том, как налетела туча. И правда, небо было чёрным, как сажа.
Анна молчала. Но его голос не раздражал. Напротив — звучал как что-то родное.
Он взглянул на её лицо, на распухшие глаза.
— Вам плохо? Может, помочь чем-то?
Её прорвало. Слёзы хлынули с новой силой.
— Не могу так вас оставить, — сказал он и развернул плащ-палатку. — Дождь начинается. Давайте, расскажите всё. Мне можно.
Почему-то она поверила. Не знала, почему. Просто начала говорить.
Анна начала тихо, будто нащупывая слова, но вскоре история хлынула потоком.
— Я росла в благополучной семье. Родители — оба начальники, строгие, уставшие. Отец любил порядок, мать — идеальность. Я была старшей. Когда мне было девять, родилась сестра — Лида. И всё. Моё детство закончилось.
Пока мои сверстницы прыгали в резиночки и гоняли на велосипедах, я пеленала Лиду, варила ей каши, чистила картошку, стирала, гладила. Мама однажды обрезала мне кудрявые волосы: «Слишком хлопотно, некогда за тобой ухаживать. Ты у нас теперь взрослая».
Сестру носили на руках, целовали, хвалили за каждый чих. А я стала невидимкой. Как-то взяла её куклу поиграть. Сама. Хотела почувствовать себя маленькой. Мама увидела, закричала:
— Ты уже большая! Отдай игрушку! Иди, зерно курам насыпь. Хозяйка будущая!
Я тогда всхлипнула: «Лучше бы Лида не рождалась… Я тоже хочу куклу».
Но никому не было до этого дела.
С годами ничего не менялось. Лиде позволяли всё: гулянки, ранний брак, жизнь по собственным правилам. А я… Я после школы пошла на бухгалтерские курсы, устроилась на работу, и после неё бежала домой. Там — огород, стирка, кухня. Мама всё чаще болела. Отец после ужина ложился на диван, включал новости. Я работала, пока не валилась с ног.
Потом у Лиды родились двойняшки — Алина и Кира. И мне снова «повезло»: мама заявила, что няню нанимать не будут. Анна, мол, у нас есть. Написала заявление — ушла с работы. Поменяла бухгалтерию на подгузники.
— Почему вы не отказались? — спросил он вдруг. Тихо, но не осуждающе.
— Потому что у нас было правило: слово родителей — закон. А я привыкла слушаться. Даже когда это было как удар по лицу.
Он молчал, слушал. Не перебивал.
Анна тяжело вздохнула:
— Недавно всё стало совсем невыносимо. Лида легла на операцию, аппендицит. А её муж, Руслан, в ту же ночь зашёл в мою комнату пьяный.
Мужчина сжал кулаки, но ничего не сказал.
— Он начал говорить гадости, пытался сорвать одеяло. Бормотал: «Ты всегда её заменяла. И теперь замени». Я отбивалась, как могла. Ударила его, убежала в сад, сидела в кустах до утра. А потом он при встрече шипел: «Кому ты нужна? Ты же никто…»
— А ты поверила, — сказал мужчина, наклоняясь ближе.
— Да…
— Зря.
После той ночи Анна ушла. Просто ушла. Без вещей, без плана. День сидела в парке, не зная, куда идти. Дом казался клеткой, но свобода — бездомной улицей.
— Меня зовут Павел, — тихо сказал он. — Я сам рос без отца. Мама одна тянула нас. Понимаю, каково это — быть забытой. Но ты не одна.
Он протянул визитку.
— Позвони, если что. Только одно попрошу: обещай, что начнёшь любить себя. Хватит жить, угождая другим. Ты достойна большего.
— Обещаю, — сказала Анна, едва слышно. Но в груди вдруг что-то щёлкнуло. Надежда.
— И давай встретимся на этом же месте через три месяца? Хочу увидеть что ты сдержишь обещание.
Она не вернулась прежней. Впервые за годы посмотрела на себя в зеркало и не отвернулась. Купила краску для волос, стрижку сделала, одежду обновила. Купила недорогой, но стильный костюм, каблуки. Косметичку. Улыбнулась впервые по-настоящему, когда продавщица сказала: «Вы — красотка».
Анна вернулась на работу — устроилась в небольшой офис. А дома перестала быть тенью. Распределила обязанности. Сказала сестре: «Я больше не служанка. Если не устраивает — уезжаю».
Все были в шоке. Но она не дрогнула. Даже мать, которая раньше только приказывала, начала просить.
Она научилась говорить «нет».
Каждый вечер она открывала ящик, где лежала визитка Павла. Хотела позвонить. Не решалась. А потом…
В назначенный день Анна пришла в парк. У той самой скамейки стоял он. Узнал ли? Казалось, нет. Он смотрел на неё, как на незнакомку. Но глаза — те же.
— Помните меня? — улыбнулась.
— Анна?.. — он медленно поднялся. — Боже, ты… ты сияешь.
— Вы просили полюбить себя. Я — старалась. Получилось.
— Я вижу, — он протянул ей букет — скромный, осенний. — Я ждал. Всё это время. И думал, вдруг ты не придёшь.
Они гуляли до темноты. Разговаривали. Без напряжения, без фальши. Как будто знали друг друга всю жизнь. Он рассказывал про свою жизнь — тяжёлую, но честную. Про бизнес, который строил с нуля. Про мать, которую недавно похоронил. Про одиночество.
— Знаешь, — сказал он в конце, — я не верил в судьбу. А теперь верю. Потому что она свела меня с тобой.
…Когда Анна впервые привела Павла в дом — познакомить с семьёй, — мать встретила его холодно.
Села на краешек дивана, скрестила руки на груди, посмотрела исподлобья:
— Это кто у нас такой?
Павел спокойно кивнул:
— Добрый вечер. Я Павел, жених вашей дочери.
Мать усмехнулась, чуть слышно:
— Жених… А ты не спешишь, Ань? От нас итак сбежала на работу. А теперь — замуж? И что дальше? Опять в пелёнки?
Анна смотрела на неё спокойно, но в груди всё-таки заныло.
— Мам, я выросла. Это мой выбор.
— Ты ничего ещё не поняла! Мужики все одинаковые. Сначала лапшу на уши, потом ноги на диван. Ты знаешь его сколько? Полгода? А я знаю людей лучше, поверь мне.
Павел молчал. Не вмешивался.
— И вообще, — продолжала мать, — кто он такой? У нас семья, между прочим, уважаемая. А ты что, к первому встречному собралась уйти? Кто тебе старость обеспечит? Кто тебя потом обратно примет, когда он тебя выгонит?
— Мам, хватит. Павел — не первый встречный. Он — человек, который ценит меня. Который не использует, не приказывает и не считает меня бесплатной работницей. Я ухожу не от семьи. Я иду к жизни. В которой я — тоже человек.
Мать покачала головой, не веря:
— Ты что, серьёзно хочешь уйти к нему? К чужому мужчине? Бросить нас?
— Я не бросаю. Я просто впервые выбираю себя. И если вы меня любите — вы это примете.
Тишина повисла в комнате, тяжёлая, как дождевое небо перед ливнем.
Анна уже взяла в руки сумку, собралась уходить, как вдруг мать тихо сказала:
— Ты изменилась. Не знаю, кто тебя научил так говорить, но… ты больше не та, что была. Глазами смотришь по-другому.
— Да, мам. Я изменилась. Потому что если бы осталась той, что была — давно бы уже сломалась.
Мать отвернулась. Долго молчала. Потом еле слышно:
— Ну… иди. Видно, и вправду выросла. Только не забывай нас, если что…
Анна подошла, обняла её — впервые не как послушная дочка, а как равная.
— Я не забуду. Но теперь у меня — своя жизнь.
Прошло три года. У Анны и Павла родился сын — Миша. Он вылитый отец, только с её глазами. Павел в нём души не чает, а Анну называет своей гордостью. Она по-прежнему работает, но не изнуряет себя. Она научилась жить.
И только одно правило несёт через всю жизнь:
Если хочешь, чтобы тебя любили — начни с себя. Полюби себя. И тогда тебя полюбят по-настоящему.
Вот такая история, друзья. Напишите, пожалуйста, что вы думаете об этой истории. Не забудьте подписаться на канал и поставить лайк. Всего Вам доброго. До свидания!
Иногда счастье стучится не в дверь, а в окно
Бывают хорошие свекрови, но не в этот раз
Интересная история в двух частях. Повороты судьбы