* НАЧАЛО ЗДЕСЬ.
Глава 24.
- Ну, как ты тут, отшельник? – рассмеялся Саша, обнимая друга и похлопывая его по спине, - Я гляжу, в город и не собираешься, устроился тут чуть не со всеми удобствами!
- Здорово, дружище! Да какой город, тут для таких, как я, самое то! Хорошо, что ты ко мне выбрался!
- Да я не один! - Саша открыл пассажирскую дверь.
Михаил увидел Сашиного отца. Некогда крепкий мужчина сдал, бледное лицо и сгорбленная спина, иссохшие руки – всё это говорило о том, что он сражается со страшной болезнью… и она отнимает силы.
- Пётр Иванович, здравствуйте! – обрадовался Михаил, - Как хорошо, что вы приехали ко мне!
- Здравствуй, Михаил, - ответил Пётр Иванович, - Да вот, Санёк всё переживает, как ты тут, решили тебя навестить.
Пошли в дом, Саша принялся выгружать из багажника привезённые продукты, говорили наперебой, друзья давно не виделись и спешили рассказать друг другу все новости.
- Ну, что доктора говорят? – негромко спросил Михаил, кивнув на осматривающего дом и двор Петра Ивановича.
- Да ничего не говорят, - вздохнул Саша и нахмурился, - Сказали, года два – максимум.
- Может обойдётся. Дядь Петя человек крепкий…
- Да… крепкий… Ладно, ты лучше расскажи, чем ты тут занимаешься! Гляжу, сарай новый, баню подновил, ну, хозяин!
- Баню затопим, к вечеру готова будет. А занимаюсь… потом расскажу. Не поверишь!
Саша навёз продуктов чуть не на полгода, думая, что магазин в Ворогушах давно закрылся, и Миша перебивается тут на «подножном корму». Удивился, что «чипок», как называл местный магазинчик дед Семёныч, до сих пор работает, и всё самое необходимое там есть.
День прошёл в разговорах, глядели новый сарай и двор, топили баню, Михаил с Сашей вместе поправили небольшой навес позади дома, да так, по хозяйству. Пётр Иванович прогуливался по двору, одобрительно оглядывая дом, и с наслаждением вдыхал берёзовый дымок топившейся бани.
Вечером, после бани, сели чаёвничать, но Пётр Иванович не стал долго сидеть, ушёл отдыхать. Тяжело было, хоть и радостные, хорошие эмоции, а всё же утомляют при его-то болезни.
Саша сразу посмурнел лицом. При отце держался, вроде и шутил, подкалывал Михаила, что тот заделался деревенским жителем.
- Не вешай нос, Санёк, - негромко сказал Михаил другу, - Медицина сейчас всё же вперед идет, да может и за границу попробовать…
- Не соглашается отец, говорит, денег только уйдёт уйма, а исход всё равно один, - покачал головой Саня, - Не убедим мы его, только сердится и расстраивается. Ладно, давай укладываться спать, меня после бани разморило что-то.
Саня ушёл спать, Михаил прибрал всё в кухне и всё никак не мог перестать думать… чтобы как-то отвлечься перед сном достал тетрадь. Лёжа под тёплым одеялом, он разбирал строчки, что-то приходилось перечитывать несколько раз, а там, где записи были сделаны каллиграфическим почерком, были отсылки на другие страницы, так и было указано – смотри страницу такую-то. То же самое перо и пронумеровало листы этой тетради.
Уже начал было Михаил носом клевать, когда вдруг набрёл его взгляд на строчки, от которых он тут же проснулся. Поднявшись, Михаил взял тетрадный лист и стал переписывать туда важное, так сказать, в виде конспекта делать. Ноги стыли на холодном полу, он не стал сильно топить печь на ночь, вроде бы не холодно было, но в ночи подул сильный ветер, разметая перемешанный с пылью снег, которого пока было немного.
Это же… такого просто не может быть, вчитываясь в записи снова и снова, думал Михаил. Надо будет у Аделаиды спросить, так ли это всё! Заговор от Трясавихи – это конечно хорошо, и способ, как её найти тоже, но… То, что было написано дальше, встряхнуло Михаила! Только… помощники нужны будут. Вот интересно, если он всё расскажет Саньке, как тот отреагирует…
Наверное, сначала ржать будет, скажет, ну ничего себе, только и всего несколько месяцев прожил в деревне и уже того… с катушек съехал, в знахари заделался, «дед Михаил, знахарь в седьмом поколении»!
- В семнадцатом, по мужской линии, - дохнуло где-то рядом с Михаилом знакомое контральто, и он отмахнулся, всё равно сейчас не до разговоров, не при его гостях.
Хотя… если Саньку познакомить с Аделаидой, даже при всём его скептицизме ему придётся поверить!
Отложив всё до утра, Михаил снова улёгся в кровать, потирая друг о друга озябшие ступни и кутаясь в одеяло. Радость от того, что он узнал, будоражила его кровь, это же реальный шанс! Шанс помочь близкому человеку!
Конечно, все его немногие дела на стезе Зверобоя, которые он вроде бы вполне достойно выдержал – это хорошо, но… Теперь он хотел большего!
Постепенно он согрелся, сон убаюкал, успокоил, унёс. Тихо стало в доме, только отсчитывали минуты старые ходики в большой комнате.
Утром Михаил проснулся раньше всех, растопил печку, чтобы дом прогрелся. За окном всё было белым-бело, зима вступала в свои права, наряжая в сверкающие наряды всю округу.
После завтрака Пётр Иванович отправился прогуляться, одевшись потеплее, Саша такому настрою отца обрадовался, вообще, Пётр Иванович как-то взбодрился, оказавшись в Ворогушах.
А Михаил решил, что сейчас самое время поговорить с другом. Разговор предстоял непростой, да и поверит ли Саша… Аделаиду Михаил решил приберечь на самый крайний случай.
- Слушай Сань, - начал Миша, - Вот на твой взгляд я похож на сумасшедшего? Или… выгляжу нормальным, вменяемым человеком?
- Что за вопрос? Ты тут это… выпивать что ли начал? – удивился Саша и пристально посмотрел на друга.
- Нет, не начал. Хуже. Ладно, не буду ходить вокруг да около. Я тут записи нашёл кое-какие, предки мои писали. Пока я до конца не разобрался, конечно, но кое-что интересное нашёл. Вроде как заговор что ли…
- Ну, я помню бабушку твою, Ефросинью Никитичну. Она порезы и раны заговаривала нам, когда мальчишками мы были. Ты сам-то помнишь, как мы на колхозной стройке лазили и порвали себе, я ладонь, а ты плечо. Так она заговор читала. Её записи нашёл?
- Да, наверное, её, - Михаил обрадовался, что не придётся убеждать друга в своей вменяемости, - Слушай, ведь хуже не будет, если мы попробуем? А вдруг мы сможем помочь отцу твоему…
- Миш… ты только не подумай, что я совсем сдвинулся, но… Я на всё готов, сил нет смотреть, как он угасает!
- Ладно, тогда давай пробовать, - Михаил обрадовался, что не пришлось долго убеждать друга и что-то доказывать.
А всё между тем было не так просто, Михаил не очень понимал, как «чресо воду» можно найти, где же свила себе гнездо та самая баба-Трясавиха, это было самое сложное в его плане. Дальше всё было более-менее понятно: надо найти гнездо, прочитать там заговор, и оставить след, чтобы Трясавиха явилась к нему сама. А когда придёт…
Почти на самой последней странице Михаил нашёл строки – если Зверобой обладает достаточной силой, иногда, в редком случае, он может не только прогнать Трясавиху, но и «отдать» ей болезнь. Свою, или другого человека, и Трясавиха уберётся туда, в тёмные пустоши, откуда она и явилась на чей-то зов, уйдёт и унесёт болезнь с собою.
Правда, написано было так же, что случалось это редко, мало кто из Зверобоев обладал такой силой, и… готов был отдать часть её для того, чтобы всё получилось.
Михаил не знал, сможет ли он, сомневался в своей силе, ведь Аделаида сказала, что он ещё не всему научился, но… Надо попробовать!
- А это не опасно для тебя? – с беспокойством спросил Саша после того, как Михаил прочитал ему всё.
- Не попробуем – не узнаем! – усмехнулся Михаил, ему не было страшно, просто… беспокойно, вдруг не сможет и подведёт друга.
Что ж, где они вместе не пропадали, а только когда плечо друга рядом – нет ничего невозможного.
Продолжение здесь.
Дорогие Друзья, рассказ публикуется по будним дням, в субботу и воскресенье главы не выходят.
Все текстовые материалы канала "Сказы старого мельника" являются объектом авторского права. Запрещено копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем. Коммерческое использование запрещено.
© Алёна Берндт. 2025