Проснулась Арина поздно, скорее ближе к обеду. Дома было тихо, никто ее не будил.
- ой, я же Стешу не покормила, - соскочила Арина.
- Шпи уже, - прошипела Гидруша. – У соседей она, играют там девочки. Придет к обеду, из дома не выходят, тетя Галя это контролирует.
Арина полежала, решила, что выспалась, умылась и направилась к соседке. Там позавтракала, пообщалась с детьми. Но что-то ее тянуло из дома.
- Пойду я, пройдусь по деревне, - задумчиво сказала она.
- Тянет прогуляться?
- Тянет, уж не знаю, что произошло, но ой, как тянет. Арина вышла из дома, шла по тихой улице. Ее тянуло свернуть в прилесок, что она и сделала. Она шла неслышно, и вскоре ей показалось что за кустом кто-то плачет. Арина тихо подошла. Да, это соседская девочка, 13-летняя Катя.
- Что случилось?
Катя не ожидала, взвизгнула, а увидела Арину, расслабилась, вытерла рукавом слезы и посмотрела на нее беспомощно:
- Батя с мамкой опять керосинят. Да так, что друзей наприводили. Бабушка уехала к тетке в город, навсегда, а мне там страшно.
Арина почувствовала, как ярость поднимается к ней. Она тихо, про себя, сказала:
- Тихо, Арина, спокойно. Не пугай ребенка.
***
Про Василину
Начало первой части можно посмотреть тут
Начало второй части тут
Начало третьей части тут
Начало четвертой части тут
В этой главе и далее будет пересечение с рассказом про стража Татьяну и зверя. Начало той части тут
***
Катя шмыгала носом, ее покрасневшее от слез лицо дрожало. В огромных, влажных глазах плескался страх. Она казалась такой маленькой и беззащитной в этом полумраке прилеска.
Арина присела на корточки рядом с девочкой, стараясь говорить как можно мягче и спокойнее.
- Катенька, солнышко, - обняла она девочку, и та доверчиво прижалась к ней. - Все хорошо, все пройдет. Ты в безопасности, я здесь. Расскажи мне все по порядку, что случилось, - тихо проговорила Арина.
Катя, прерываясь и захлебываясь слезами, рассказала о пьяном угаре в доме, о громких криках и ругани, о чужих, незнакомых людях, бродящих по комнатам. Рассказала о страхе, который сковал ее, когда дядя Петя, этот мерзкий тип, прижал ее в углу, стал руками ее исследовать.
- Это я виновата, я не успела убежать,- всхлипывала она.
Арина слушала, сдерживая клокочущую ярость. Каждое слово, сорвавшееся с губ девочки, жгло ее изнутри. Она знала эту семью, знала о их пристрастии к спиртному, знала, что это не первый раз, когда Кате приходилось терпеть подобное. Но одно дело – знать, другое – слышать из уст ребенка, пережившего этот кошмар.
Когда Катя закончила рассказ, Арина достала из кармана одноразовые платочки, чтобы та вытерла слезы.
- Послушай меня внимательно, Катенька, ты ни в чем не виновата. Сейчас мы пойдем ко мне, ты пока побудешь у меня.
- Бабушка говорила, что приживалкой жить плохо.
- А ты у меня работать будешь, я тебя найму. Ты будешь мне помогать, присматривать за Стешей, заниматься с ней, а я за это буду тебе платит едой и одеждой. Договорились?
Катя недоверчиво посмотрела:
- А так можно?
- У тебя есть варианты? Можно вызвать опеку, тебя до совершеннолетия в детский дом отдадут. Или мой вариант.
Катя снова кивнула, уже более уверенно. Арина помогла ей подняться, и они медленно пошли в сторону дома Арины.
Арина давно знала про эту семью, жили они тихо, на окраине, родители Кати любили выпить, но человеческого облика не теряли. С ними жила мать отца Кати, так та им разгуляться не давала. Но женщина стала сильно болеть, да и надоел ей сынок с невесткой, которые чуть что, так уже гуляют.
- Устала от вас, уеду. Жаль, Катьку не забрать, муж у дочки категорично против, да и сама она не в восторге от этой идеи. Ну да ладно, не с чужими людьми, с родителями остается.
Как только бабушка Кати уехала, родители как с цепи сорвались. Все лето пьянки да гулянки. Но не громко, шуметь им никто не позволял.
Катя старалась ночевать вне дома, но умываться, есть и переодеваться надо было. Да и вещи стирать было необходимо, вот и пришлось ей пересекаться с приятелями родителей. А там вон что творится. Катя была рослой, и недавно начала оформляться, а у этих, выпивших, мозги отключаются.
Дома Арина первым делом накормила Катю горячим супом, вторым, чаем с пирогами. Девочка была очень голодна, ела молча и быстро.