Англичане и американцы во время войны прислали нам около 10,4 тысячи танков, но по-настоящему ценным оказался только британский «Черчилль», потому что его толстая броня не позволяла советским танкистам погибнуть сразу после первых же попаданий вражеских снарядов.
Во время Великой Отечественной войны союзники отправили в СССР огромное количество гусеничных танков – целых 10395 тысяч машин. Из них американцы поставили 5872 единиц, а англичане – 4523. Правда, только в одном 1942 году советская промышленность выпустила более 20 тысяч танков, чем всего прислали союзники за всю войну, но тем не менее.
Всего в ряды Красной Армии поступило 8 типов танков – 3 американских и 5 британских. Правда, два типа - «Тетрарх» и «Кромвель» - были поставлены в мизерных количествах – 20 и 6 машин соответственно, так что на Восточном фронте принимали участие в боевых действиях только 6 типов.
Mk.II «Матильда» (1939 г. выпуска), поставлено 916 единиц.
Mk.III «Валентайн» (1940 г. выпуска), поставлено 3332 единиц.
Mk.IV «Черчилль» (1941 г. выпуска), поставлено 253 единиц.
M3 «Ли» (1941 г. выпуска), поставлено 957 единиц.
М3 «Стюарт» (1941 г. выпуска), поставлено 1232 единиц.
M4 «Шерман» (1942 г. выпуска), поставлено 3938 единиц.
И вот, многие современные специалисты-историки, ссылаясь на мнение самых разных ветеранов, пытаются внушить, что все попавшие в Красную Армию импортные танки были лучше, чем любой из наших советских танков соответствующего типа.
На самом деле это далеко не так. Наши танкисты хвалили только английские «Черчилль» и «Валентайн», и американский «Шерман», а «Матильду», «Стюарт» и «Ли» называли «бесполезным металлоломом». И было за что, но я сейчас не об этом, а о том, за что же наши танкисты хвалили то, что все же хвалили.
Во-первых, они хвалили американский «Шерман», но вовсе не за то, что эти танки были снабжены хорошими радиостанциями, или были внутри просторными и комфортными для экипажей. Конечно, это преимущество, но не настолько большое. А подходил этот танк за то, что у него был двигатель дизельный, и жрал все, что дают, в отличие от карбюраторных моторов других иностранных танков, которые мало того, что потребляли в сравнении с нашими танками огромное количество дефицитного авиационного бензина, так еще и горели как спички.
Именно за это, кстати, наши танкисты хвалили и британский «Валлентайн» - у этого танка тоже был дизельный двигатель, а вкупе с хорошим бронированием это позволяло использовать машину более результативно, чем Шерман, который очень трудно было замаскировать на местности. Правда, боезапас у «Валентайна» был очень малым, что не позволяло использовать эти танки в массированных наступлениях, зато они хорошо действовали против танков немцев из заранее спланированных засад – силуэт у них был низкий, хорошо маскирующийся.
Впрочем, из засад прекрасно действовали и наши танки, так что это качество «Валлентайна» можно назвать условным.
Третьим импортным танком, который хвалили наши танкисты, был английский «Черчилль», хотя двигатель у него был не дизельный, а бензиновый. Но у этого танка была настолько мощная броня, что она не пробивалась ни одним орудием, которое было на вооружении вермахта – ни танковым, ни противотанковым, ни даже зенитным из тех, которые немцами часто использовались в качестве противотанковых.
А вот больше практически никаких достоинств у «Черчилля» не было, наоборот, были только одни недостатки, что, кстати, отмечали даже сами англичане, применяя эти танки на своих фронтах.
Ну и что же мы видим?
Два импортных танка, поставлявшихся по ленд-лизу из Великобритании и США, наши хвалили за дизельные двигатели, что вкупе с некоторыми другими достоинствами делало их не такими уж и плохими.
А еще один ценился за непробиваемую броню. У нас из таких были только танки КВ, но их было относительно мало, хотя «Черчиллей» было не в пример меньше. Правда, броня Т-34 с броней «Черчилля» не шла ни в какое сравнение – 45 миллиметровпротив 102 миллиметров. Но ведь это были совершенно разные по классу машины, а наш КВ в любом случае был на три головы лучше британского тяжелого танка.
Ну, радиостанции в танках – это тоже преимущество, но ведь радиостанция – это не танк, рацию можно было поставить в любой танк, просто их не хватало. А когда стало хватать, то и это преимущество импортных танков исчезло.
Так что мы видим, что наши танкисты хвалили иностранные танки вовсе не за то, что в целом они были лучше, чем наши. У каких-то машин броня была толстая, какие-то не глохли от советского бензина, потому что на них стояли дизели – а это ведь тоже достоинство! В каких-то было так просторно, что внутри моно было возить даже десант.
Однако у всех поставленных по ленд-лизу танков были очень слабые орудия, причем настолько слабые, что часто приходилось их менять на отечественные, более мощные. Но переделки эти не носили массовый характер, потому все англо-американские танки использовались в основном не так, как было запланировано конструкторами, а так, как они на Восточном фронте вообще могли использоваться.
А могли они использоваться в основном не лучше, чем наши танки, и как бы ни хвалили наши танкисты «Шерманы», «Валентайны» и «Черчили», но все же наши Т-34 и КВ они в целом хвалили больше.
НЕКОТОРЫЕ ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ:
Сколько танков потеряла в Великую Отечественную Германия, а сколько – СССР?