Не стоит верить женщине, которая держит на коротком поводке двух мужчин. Одному из них она точно морочит голову, и не один год, а значит, превратила обман в искусство.
Как только Влад завершил разговор с Мариной Голубевой, Ванда тут же вынесла свой вердикт:
- Она врёт.
Влад, воодушевлённый разговором, мгновенно взъерепенился:
- Да с чего вы это взяли?! Вы даже лица Маринкиного не видели.
- Зачем мне её лицо? – удивилась Ванда. – Я основываюсь не на эмоциях и микровыражениях, а на фактах.
- Серьёзно? – заинтересовался Влад. – То есть мы с вами слышали одно и то же, но сделали разные выводы. Ну, и к чему вы пришли? Давайте, делитесь.
Щёки Ванды порозовели – она любила, когда к ней прислушивались.
- Представим для наглядности, что когда вы учились в школе, за вами бегали две девчонки.
- Всего две? – хмыкнул Влад. – Да за мной бегал целый театральный кружок!
- Реальность порой превосходит самые смелые мечты, - снисходительно заметила Ванда. – Так вот что я хочу сказать… За вами бегают две девчонки, которые из-за этого соперничества ненавидят друг друга. Одной вы даёте от ворот поворот, а на другой женитесь и живёте с ней долго и счастливо много-много лет. А потом – внезапно! – решаете, что вышло как-то нехорошо… Надо бы помирить бывших девчонок, а ныне тётенек. А то чего это они живут с камнем на душе? Вы просто берёте и звоните той, которую отвергли, и приглашаете встретить Новый год вместе. Не только вместе с вами, но и с вашей женой, можно сказать, её врагиней. Как вам такой сценарий?
Влад скривился и покачал головой:
- Звучит не очень. Но зачем Маринка соврала про Новый год? Это же легко проверяется. Я могу спросить у брата…
- Про Новый год она, может, и не соврала, - перебила его Ванда. – Но идея примирения пришла ей в голову не просто так. Она наверняка поддерживала отношения с вашим братом. Отношения, о которых её муж не знал. Когда мы найдём Николая Николаевича, я обязательно спрошу у него, что двигало этой женщиной, и зачем она заставила его приехать на семейный праздник.
- Вот блин, - Влад посмотрел на Ванду с опасливым любопытством. - Вы и мои слова подвергаете такому же критическому анализу? Режете по живому, как хирург скальпелем.
- Сомнения – лучшие друзья девушки, - бросила Ванда.
Влад тем временем откинулся на подушки и уставился в потолок, размышляя вслух:
- То-то я недоумевал, почему Николя всё один да один! Развод, конечно, вещь болезненная, но не до такой же степени, чтобы навсегда отказаться от всех радостей земных. Я подозревал, что он скрывает свою подругу – и от меня, и вообще ото всех… Но то, что это Маринка Голубева…
- Конечно, я могу ошибаться, - начала было Ванда.
Однако Влад её тут же перебил:
- Вы? Что-то я сомневаюсь. Так что же, вы не верите в то, что бывшие враги помирились? А Маринка, кажется, верит.
- Возможно, они сделали вид, что помирились, - задумчиво ответила Ванда.
- А вдруг Нил узнал, что жена изменяет ему с Николя? – выдвинул новую теорию Влад.
- Но продолжал, как ни в чём ни бывало общаться с вашим братом? Купил в «Золотой чаше» редчайшую книгу по колдовству за полтора миллиона рублей… Да, но тогда почему ваш брат велел мне его опасаться? Я уверена, что именно Нил Кудияров – тот самый человек с тростью, о котором меня предупреждали. И если он – опасный личный враг вашего брата, то почему вы попали под раздачу?
- Вот именно, - подхватил Влад. – Вражда враждой, а фейс мне подпортили не по делу. Бьют обычно зачем? Чтобы что-то отнять или от чего-то предостеречь. А я вообще ни при делах. Ну, разве что, кто-то думает, что я действительно подделываю картины. Но тогда у меня потребовали бы денег или переломали руки, чтобы я больше не брал в руки кисть. Короче, дело ясное, что дело тёмное. Очень надеюсь, что вы во всём разберётесь.
- А книги с экслибрисом Тетерникова? – вспомнила Ванда. - А статуэтка девушки в шутовском наряде? Череп с костями на тортике? Какое они имеют отношение к вражде из-з женщины или к вашим художествам?
Они помолчали, после чего Влад спросил:
- И что мы будем делать дальше?
Ванда поднялась с кресла и потянулась к своей сумке:
- Дальше мы с вами будем подписывать документы. Варвара Олеговна, наш бухгалтер, почему-то уверена, что вы и слышать не желаете о «Золотой чаше». Николай Николаевич, мол, велел вас не трогать и к вам не обращаться. Интересно, почему?
- Да я же вам говорил уже, - вздохнул Влад. – Мы с Николя всегда были не разлей вода. Когда он замутил бизнес, то сразу сказал, что рассчитывает на меня. Я в принципе, был не против. Но потом вмешалась мама с её обидами. Так что предложение Николя я вынужденно отверг. Он сначала кипятился, потом махнул рукой. Но на всякий случай оставил меня партнёром.
- «Всякий случай» наступил, - заметила Ванда, подавая ему жесткую папку с документами и ручку. – Без вашей подписи «Золотая чаша» рассыплется, как карточный домик.
- Хм, зарплатные ведомости мне понятны, - Влад просматривал бумаги. – А вот эти выплаты клиентам…
- Приезжайте в офис, проведём инвентаризацию, - решительно заявила Ванда. – Ещё день-два можем подождать, пока вы оклемаетесь.
Исподлобья взглянув на неё, Влад еще раз просмотрел напрягавшие его бумаги, после чего поставил свою подпись и на них тоже.
- То есть вы мне доверяете? – спросила Ванда не без удовлетворения в голосе.
- Сами говорите – никому нельзя доверять, - пробурчал тот. – Просто я прикинул сумму, на которую попаду, если что. Она чувствительна для моего бюджета, но не разорительна. Так что ради вас я решил рискнуть.
- Спасибо, - сказала Ванда. – Коллектив будет счастлив.
Она убрала папку в сумку, а сумку повесила на плечо.
- Вы что, уже уходите? – изумился Влад. – Разве мы не должны выработать план дальнейших действий? Не хочется, чтобы вы во что-нибудь вляпались без подстраховки.
- Да, кстати, план, – Ванда снова опустилась в кресло. Правда, устроилась на краешке, присев явно на минутку. – У меня есть ключ от дачи вашего брата и код для отключения сигнализации. Стоит туда наведаться, как вы думаете? Есть шанс найти в загородном доме что-нибудь стоящее?
- Шанс есть, - тут же ответил Влад. – Николя не любит городскую квартиру, постоянно катается на дачу. У него там и сейф стоит.
- Ну, кода от сейфа у меня точно нет…
- Зато он есть у меня, - ответил Влад и поморщился: - То есть должен быть. Я не очень хорошо помню, куда записал эти цифры… Погодите, точно! Идите в большую комнату, там стоит письменный стол. В правом верхнем ящике должен лежать фантик от конфеты «Кара-Кум»…
- Вы записали код от сейфа на фантике?! – не поверила Ванда и, уже выходя из спальни, пробормотала: - Вот уж не думала, что меня ещё можно чем-нибудь так сильно удивить…
Когда она вернулась обратно, Влад посмотрел на неё с мальчишеским вызовом:
- Возмутительное разгильдяйство, правда?
- Наша бухгалтер Варвара Олеговна считает, что вы вертопрах, - ответила Ванда. – И ведёте аморальный образ жизни. Если бы она увидела этот фантик, её бы хватил удар.
- Но я же вспомнил, где он лежит, - обиделся Влад. – А эта ваша Варвара Олеговна похожа на пыльную бурю: если вдруг налетит, можно и задохнуться. Удушающая женщина.
- Надеюсь, в итоге вы с ней поладите, - Ванда неожиданно поняла, что два лучших босса в мире – гораздо лучше, чем один.
- Нет уж. Найдите моего брата, и пусть он возвращается к своим баранам. А пока отправляйтесь на дачу. Если столкнетесь с трудностями, звоните.
- А если в сейфе деньги лежат? – неожиданно испугалась Ванда. – Что-то мне не хочется брать на себя такую ответственность.
- Вам придётся, - ответил Влад. – У меня так болят рёбра, как будто я обнимался с медведем. Не представляю, как вы меня вчера довезли до дома. Наверное, у меня был шок. Поезжайте и ни о чём не волнуйтесь.
***
Побывав на даче босса, Ванда возвратилась в офис «Золотой чаши» с поразительной находкой. Это было нотариальное удостоверение сделки, которую заключили между собой Муромцев и Тетерников, обменявшись предметами искусства. Муромцев получил фарфоровую статуэтку девушки в шутовском наряде, а Тетерников – бронзовую статуэтку «Кузнец», Франция, девятнадцатый век.
Цицианов ужасно удивился тому, что босс обращался к нотариусу.
- Нотариальное удостоверение сделки – это, конечно, хороший аргумент для суда, например. Он докажет её чистоту и законность. Но! Овчинка, на мой взгляд, выделки не стоит. Речь идёт о рядовых предметах искусства, абсолютно ничем не примечательных. Если честно, я в тупике.
- Но вы хоть понимаете, что мы вышли на новый уровень расследования? – воскликнула Ванда, обводя взглядом своих коллег.
- Почему на новый уровень? – удивился айтишник Орлов, который неожиданно для всех решил влиться в коллектив. Он занял свободный стол возле окна, водрузив на него свой лэптоп. Впрочем, помещение, которое занимал офис аукционного дома, было таким огромным, что в нем могла поместиться ещё дюжина рабочих столов.
- Потому что теперь мы можем связать фарфоровую статуэтку с коллекцией Тетерникова, как и книги с его экслибрисами. Навигатор в машине босса подтверждает, что Николай Николаевич ездил к Тетерникову домой.
Про картины Муромцева-младшего, из-за которых братья вдрызг разругались, Ванда коллегам пока что рассказывать не стала. Но про себя подумала: «Что, если пейзаж «под Левитана» с личной меткой Влада босс увидел как раз в доме Тетерникова?»
Мысль показалась ей очень интересной. Поэтому Ванда решила отправиться в посёлок Зарянка и посмотреть, живёт ли сейчас кто-нибудь в доме номер восемнадцать. И если да, пообщаться с наследниками и попытаться выяснить хоть что-то про сокровища умершего коллекционера. Есть ли среди этих сокровищ картины и где они сейчас находятся?
Её интерес к этому делу очевиден и не требует никакой легенды. Сотрудница аукционного дома в поисках предметов искусства, так она и скажет.
- Вот что, Максимилиан, - Ванда повернулась к искусствоведу. – И ты Фёдор тоже. Свяжитесь со всеми своими знакомыми, которые имеют отношение к антикварному бизнесу, и соберите все сплетни о коллекции Тетерникова. Кто продаёт, кому продаёт, есть ли в коллекции какие-то жемчужины… Ну, вы понимаете.
Мужчины дружно закивали, а Ванда повернулась к Орлову.
- Послушайте, Виктор, - сказала она деловым тоном, - тут у нас стоит ноутбук босса, но он запаролен. Вдруг там есть что-то невероятно важное? Что-то, что объяснит всю эту фантасмагорию.
- Задачу принял, - бодро отрапортовал Орлов. Встал и направился к столу Муромцева.
У Цицианова была отвратительная манера распаковывать коробки то в одном месте, то в другом. Раньше никто никогда ему и слова не говорил, но когда под ноги Орлову попался огромный пук кое-как свернутой пузырчатой плёнки, он равнодушно пнул его ногой и пробормотал:
- Максимилиан, вы распространяетесь, как чёрная плесень.
Цицианова возмутил столь неожиданный наезд, и он принялся горячо доказывать своё право раскладывать всё, что ему хочется, где попало.
Покидая офис, Ванда оставила в нём троих озабоченных мужчин и одну счастливую женщину. Варвара Олеговна уже сто раз пересмотрела бумаги, подписанные Муромцевым-младшим. Она читала их с таким восторгом, как будто держала в руках расшифрованный манускрипт Войнича.
***
Чтобы добраться до Зарянки, пришлось вызывать такси. На обычном транспорте дорога заняла бы часа три, не меньше. Ванда к таким подвигам была не готова.
Дом номер восемнадцать оказался окружен глухим забором, таким высоким, что на него вряд ли можно было забраться без лестницы. Верхушку забора венчали металлические пики, которые хоть и были снабжены завитушками, явно выполняли оборонительную функцию. Возле калитки топтался молодой парень в толстовке и кепке, похожий на курьера.
Когда Ванда подошла поближе, она с удивлением узнала в нём молодого продавца из магазина «Арт-объект. В этом магазине человек, назвавшийся Муромцевым, купил географическую книгу и отправил в «Золотую чашу». У продавца был откровенно расстроенный вид.
Он, кстати, тоже узнал Ванду и воскликнул:
- А, здравствуйте! Зря вы такси отпустили, никто с вами разговаривать не будет.
- Добрый день, - поздоровалась Ванда. – Вы тоже сюда? Надо же.
- Меня начальство отправило по этому адресу. Директор сказал, здесь типа живут наследники коллекционера. Просили вручить визитку магазина и сопроводительное письмо с предложениями о покупке шедевров. Только пришлось бросить бумажки в почтовый ящик.
В этот момент из-за забора раздалось грозное рычание.
- О, слышите? – парень мотнул головой. – Внутри наследники злые, как собаки. И собаки злые, как наследники.
- А чего они злые? – спросила Ванда просто так, потому что ответ напрашивался сам.
Продавец только подтвердил её предположения.
- Надоели им желающие пробраться в дом и покопаться в архивах умершего родственника. Ладно, я поехал, у меня тут велосипед. А вам типа опять нужно такси вызывать.
Когда он укатил, скрывшись за поворотом, Ванда огляделась по сторонам. Обычная улица с загородными домами, тут и там припаркованы автомобили, некоторые довольно небрежно. Где-то играло радио, упитанный рыжий кот трусил вдоль канавы, распушив хвост. Ванде казалось глупым уезжать сразу, ничего не предприняв.
Она позвонила в звонок, послушала, как лают собаки, потом пошла по проселку, разглядывая соседние дома. На перекрёстке возле трансформаторной будки стоял белый фургон без водителя. Как только Ванда подошла к нему поближе, из-за фургона вышел человек в жёлто-синем рабочем комбинезоне. В руке он держал отвёртку. Глядя на Ванду исподлобья, он приставил отвёртку к её животу и сказал:
- Стой на месте, не то проткну, как курёнка.
Продолжение:
Начало всей истории о Ванде: