– Ты понимаешь, что, если мы встретим людей Захарова, у нас не будет времени на расспросы? Они не станут обсуждать с нами детали, – Максим говорил тихо, стараясь, чтобы слова дошли только до Анны.
Чернов, всё ещё сидя напротив, лишь покачал головой.
– Эти люди не прощают вопросов. Появившись там, вы пойдёте против правил. Они считают свою систему закрытой, и никому из посторонних не позволено знать, кто там и зачем, – его голос звучал устало, словно он знал, чем может закончиться эта встреча.
Анна внимательно посмотрела на него.
– Чернов, ты ведь мог бы предупредить их? Сообщить, что мы придём?
Чернов вздрогнул и замолчал. Затем произнес с досадой в голосе:
– У меня уже ничего не осталось… Предупредить вас – это единственное, что я ещё могу сделать. Единственное, чтобы хоть немного облегчить груз на душе.Если я попробую вмешаться, сам Захаров поймёт, кто его подвёл.
Анна задумалась на мгновение, чувствуя вес всей этой ситуации. Сложив всё вместе, она поняла, что время идёт против них. Встав, она положила руку на плечо Максима.
– Придётся рискнуть, – Анна сказала это тихо, но в голосе всё равно слышалась едва заметная дрожь. Она пыталась выглядеть уверенной, хотя внутри всё сжималось от напряжения. – Другого шанса у нас может не быть.
Глава 2
Максим коротко кивнул, его глаза светились решимостью, и он двинулся вперёд, не задавая лишних вопросов. Они почти достигли выхода, когда Анна замедлила шаг. Она обернулась к Чернову, задержав на нём взгляд чуть дольше, чем следовало. В её глазах читалось что-то невысказанное, будто она пыталась передать словами, которые так и остались на кончике языка. Чернов не сводил с неё взгляда – они оба поняли друг друга без лишних объяснений.
– Спасибо. Мог бы ничего не говорить, но ты решил нам помочь, – сказала она, понимая, что для него это был трудный выбор.
Чернов лишь кивнул, словно в нем уже не осталось сил на слова.
Три дня спустя Анна и Максим оказались у старого завода на окраине города. Ржавые корпуса прятались в темноте, сквозь густую траву тянулось лишь отдалённое эхо их шагов. Они нашли укрытие среди брошенных контейнеров, прислушиваясь ко всему вокруг.
Тишину пронзил свет фар — напряжение моментально возросло. Один из мужчин держал планшет, периодически сверяясь с чем-то на экране. Его сосредоточенный взгляд выдал привычку к подобным ситуациям. Двое других молча осматривали территорию, напряжённо выискивая любые признаки движения. Их выученные жесты и настороженность вызывали невольное ощущение опасности.
Анна и Максим замерли в темноте, стараясь даже не дышать слишком громко. Тени укрывали их, но казалось, что любое неосторожное движение может выдать их присутствие.
– Пора, – прошептала Анна, быстро взглянув на Максима. Её голос был почти не слышен, но достаточно решителен, чтобы не оставить места для сомнений. Максим коротко кивнул. Они начали двигаться, медленно и осторожно, стараясь не выходить из укрывающей их тьмы.
– Эй! Кто там?
Анна глубоко вздохнула, вышла из укрытия и твёрдо сказала:
– Мы здесь по делу Захарова. Нам нужно поговорить.
Мужчина с планшетом внимательно посмотрел на неё, прищурившись. Между ними воцарилась напряжённая тишина. Мужчина скользнул по ним холодным взглядом и остановился на Анне.
Анна не отвела глаз, достала из кармана записную книжку Николая и протянула её мужчине.
– Думаю, Захарову это будет интересно. Его и Липовского кое-что объединяло, и нам нужно поговорить об этом.
Мужчина недоверчиво взглянул на книжку, потом обменялся быстрым взглядом с коллегами. После паузы он кивнул и, жестом пригласив их следовать за собой, повернулся в сторону старого цеха. Анна и Максим двинулись следом, зная, что обратной дороги уже нет.
Анна и Максим молча пошли за мужчиной, чувствуя холод, пробегающий по коже. Заброшенный цех впереди выглядел как мрачная тень — ржавые балки и грязные окна усиливали тревожное ощущение. Их проводник не спешил, временами оглядываясь на них с явным недоверием.
Они вошли внутрь, и Анна заметила, что помещение освещали лишь несколько тусклых ламп. У одной из колонн стоял человек, которого, судя по всему, они ждали: высокий, седовласый, с резкими чертами лица. Это и был Игорь Захаров — человек, которого Николай боялся и о ком Чернов старался говорить как можно меньше.
– Значит, это вы принесли мне «подарок» от Николая, – произнёс Захаров, рассматривая их с холодным любопытством. – Интересно, на что вы надеетесь.
Анна не стала тянуть.
– Николай пытался защищаться, – сказала она твёрдо. – Он знал, что на него охотятся, и оставил кое-какую информацию на случай, если с ним что-то случится. Мы здесь не ради угроз, Захаров. Нам нужно понять, что привело к его гибели.
Захаров усмехнулся, будто забавляясь их настойчивостью.
– Что привело? – переспросил он. – Николай пытался играть в игры, которые были ему не по пл*чу. Он решил, что сможет меня обойти, контролировать меня через Чернова, и всё это ради того, чтобы иметь влияние. Как это, по-вашему, должно было закончиться?
Максим вмешался:
– Но он не мог действовать в одиночку. Кому-то ведь было выгодно, чтобы Николай шантажировал вас, ведь так?
Захаров сузил глаза, но не ответил сразу. Вместо этого он жестом пригласил их подойти ближе, словно готовился доверить что-то очень личное.
– Николай был не первым, кто пытался зайти так далеко, – наконец, заговорил он. – Но у него не было достаточно ума, чтобы понять, с кем он играет. Он думал, что, собрав на меня грязь, сможет держать меня на коротком поводке, а затем переключился на Чернова, думая, что и с ним справится. Но вы не понимаете одного: это не было личной местью. Это… система, которую нельзя нарушить.
Анна и Максим переглянулись, осознавая, что у них в руках оказался ключ к цепочке событий, о которых они не могли и догадываться.
Анна и Максим подошли ближе, стараясь не показывать своей настороженности. Захаров стоял неподвижно, будто сам был частью этого холодного, заброшенного места, и, глядя на них, говорил спокойно, почти безразлично.
– Николай хотел слишком многого, – продолжил он. – Он был хорошим игроком, но думал, что может управлять людьми так, словно это его марионетки. Ошибка, которая привела его в этот цех, – Захаров жестом указал на мрачное помещение вокруг, словно оно было памятником всем таким «ошибкам».
Анна посмотрела ему в глаза.
– Вы называете это ошибкой. Но Николай, видимо, думал, что у него есть основания. Чернов упоминал, что он что-то узнал о вас, о вашей… организации. И этого оказалось достаточно, чтобы он рискнул.
Захаров чуть заметно усмехнулся, будто услышав что-то наивное.
– Достаточно? – Он покачал головой. – В мире, где я живу, недостаточно просто «узнать». Нужно быть готовым к последствиям. Николай этого не понял. И вы тоже не понимаете, во что вмешались.
Максим, видя, что разговор начинает принимать опасный оборот, вмешался:
– Мы здесь не для того, чтобы вам угрожать или разбираться в вашей «системе». Нам просто нужно знать, что случилось с Николаем. Люди, его близкие, имеют право на правду.
Захаров прищурился, его взгляд стал жестче.
– Правда? Хорошо, я скажу вам правду. Николай думал, что может держать меня на крючке, что его «информация» способна спасти его. Он недооценил, что для таких, как я, честь и репутация — важнее всего. Мы не позволяем, чтобы кто-то из наших терял власть или подчинялся шантажу. Он хотел быть игроком, но правила игры были против него.
Анна молча кивнула, пытаясь скрыть холодок, пробежавший по спине. Она понимала, что Захаров говорил серьёзно, что для него это больше, чем просто бизнес.
Анна почувствовала, как внутри всё сжимается. Слова Захарова не оставляли сомнений — Николай пошёл против сил, с которыми ему никогда не следовало связываться. Она собралась с духом и задала вопрос, который висел в воздухе.
– Значит, вы решили, что он должен… уйти? Потому что не вписался в ваши правила?
Захаров взглянул на неё с каким-то холодным, почти философским спокойствием.
– Мы все делаем выбор, – ответил он, с лёгким вздохом, словно это было очевидно. – Николай сделал свой, и за этот выбор заплатил. Ему казалось, что у него есть время, что можно торговаться и угрожать. Но в нашем мире за такую дерзость приходится платить… окончательно.
Максим крепче сжал кулаки, едва сдерживая возмущение.
– Вы говорите, будто это просто деловая политика, – произнёс он, голос дрогнул. – Но речь идёт о жизни. Вы решаете, кому жить, а кому нет?
Захаров взглянул на него, с лёгкой тенью раздражения в глазах, будто Максиму не хватало понимания.
– В этих кругах нет места для сомнений и сантиментов. Те, кто приходит сюда, знают, на что идут. Николай решил переступить эту грань, и он понял цену слишком поздно.
Анна, всё ещё переваривая услышанное, задала последний вопрос:
– Так что теперь? На этом всё? Или мы — ваши следующие цели за то, что узнали слишком много?
Захаров медленно кивнул, словно обдумывая её слова.
– Вы тоже сделали выбор, придя сюда. Но сегодня у вас есть шанс уйти. Я не держу зла на тех, кто просто выполняет свою работу. Просто запомните одно: если ещё раз пересечёте черту, уже не будет ни шансов, ни разговоров.
Он окинул их холодным взглядом, словно уже попрощался, и махнул рукой в сторону выхода. Анна и Максим поняли: им дали уйти, но за тонкой нитью дозволенного стояли гораздо более суровые последствия.
Анна и Максим переглянулись — слов не требовалось. Они знали, что это их единственный шанс выбраться. Не оглядываясь, они направились к выходу, чувствуя на себе тяжёлый, пронизывающий взгляд Захарова. Казалось, он провожал их до самой двери, словно пытаясь удержать одной лишь силой своего присутствия.
На улице их встретил холодный ночной воздух, обжигая лицо и прогоняя остатки напряжения после изматывающего разговора.
У машины Максим несколько секунд молчал, смотря вперёд, будто видел не дорогу, а что-то более далёкое и тяжёлое.
– Это ещё не конец, – тихо произнёс он, не отводя взгляда. – Николай мёртв.И теперь мы знаем, почему. Но они продолжают действовать, и у них длинные руки.
Анна кивнула, всё ещё чувствуя тяжесть последних минут.
– Захаров дал понять, что для таких, как он, это вопрос репутации. Он даже не пытался оправдаться. В его мире это норма, и Николай стал просто очередной жертвой.
Они долго ехали по пустынной дороге, каждый переваривая услышанное. Наконец, Анна посмотрела на Максима.
– Мы не сможем это оставить. Его семья, друзья… они имеют право знать правду, какой бы страшной она ни была. Мы дали обещание узнать, что с ним случилось, и теперь знаем правду. Осталось только решить, как поступить дальше.
Максим покачал головой.
– Если мы начнём копать глубже, мы окажемся под прицелом. Захаров не зря нас отпустил — он дал нам последний шанс уйти. Сможем ли мы рискнуть всем ради этой правды?
Анна молчала, но в её взгляде читалась решимость.
– У нас есть выбор. Как и у Николая. И пусть это опасно, но кто-то должен положить конец таким «играм».
Они оба знали, что эта история ещё не закончена.
Анна и Максим сидели в машине, молча осмысливая всё, что произошло. Груз только что полученной правды был тяжёлым — тяжёлым настолько, что один неверный шаг мог перевесить чашу и изменить их жизни навсегда. Наконец, Анна посмотрела на Максима, разрывая тягостное молчание.
– Мы не можем это просто так оставить, – произнесла она тихо, но уверенно. – Николай погиб не просто так. Всё, что мы узнали, нельзя унести с собой и забыть.
Максим кивнул, его взгляд оставался серьёзным.
– Я знаю. Но стоит нам попробовать что-то предпринять, и мы окажемся на той же грани, что и Николай. Захаров ясно дал понять, что второй встречи с нами не будет. Нас предупредили.
Анна задумалась, её мысли путались в противоречиях: долг перед другом, жажда справедливости и осознание риска, который ляжет не только на их пле*и, но и на тех, кто рядом. Но одна мысль была сильнее страха.
– Я не прошу никого ещё рисковать, – сказала она, опуская взгляд, – но если я просто уйду, мне не будет покоя. Кто-то должен знать, что произошло. Я обязана хотя бы попытаться.
Максим тихо вздохнул, покачав головой.
– Ты знаешь, что это непросто. Они прикрываются системой, и мы её не победим. Но, если ты решишь идти до конца, я буду рядом. Мы найдём тех, кто послушает. Всегда есть кто-то, кому не безразлична правда.
Анна почувствовала в его словах поддержку и ощутила прилив сил. Она знала, что они сделали опасный выбор, но иного пути уже не было. Она улыбнулась, благодарно посмотрев на Максима.
– Тогда давай начнём с того, что у нас есть, – ответила она твёрдо. – Доказательства, записки Николая, его контакты… всё, что может вывести их на свет.
Они поехали в сторону города, и Анна смотрела вперёд с новой уверенностью, понимая, что их ждёт трудный путь.
Глава 4