Люба расположилась на завалинке и подставила лицо тёплым солнечным лучам. Они уже были по-весеннему ласковыми. В воздухе слышались голоса птиц, которые перекликались между собой на деревьях. Почки набухли, и начала появляться молодая поросль. Вода журчала, и воздух был наполнен ароматом весны. На душе было так спокойно и радостно.
Из избы выскочила раскрасневшаяся Юлька, которая орала что-то матерное. Она увидала Любу и подлетела к ней.
- Ты, вот ты, сейчас возьмешь и отвезешь меня на сушу, - ткнула Юлька в нее пальцем.
- И что ты там будешь делать? - спросила Люба.
- Ждать, когда мимо проедет машина, или вызову такси.
- Ну, машина мимо не проедет, потому что тут везде вода. Это во-первых, а во-вторых, я тебя никуда не повезу. Договаривайся с Николаем, у него лодка побольше и мотор есть, и в местности он лучше ориентируется, чем я.
- Он не хочет меня никуда везти. Это треш какой-то. Мне порой кажется, что я попала в какой-то плохой триллер. Это же секта какая-то, и меня тут насильно удерживают.
- Никто тебя насильно не удерживает, просто кругом вода, и ни у кого нет желания тебя отвозить к дороге.
- Но это же незаконно меня тут удерживать, - возмутилась Юлька.
- Покажи, кто тебя тут держит? Ты можешь уйти, - пожала плечами Люба.
- Как? Была бы у меня лодка, я бы уплыла.
- Ты знаешь, куда плыть?
Юля села рядом и заплакала.
- Я домой хочу, к маме и к Юре, - она размазывала сопли со слезами по лицу, - Я к такому не привыкла. Как я вообще тут оказалась?
Любе стало жалко ее.
- Ну ты сама же согласилась сюда ехать.
- Это ты во всем виновата. Не приперлась бы к нам с этим хмырем посреди ночи. Я бы не изменила Юре и никуда бы не поперлась, - выкрикнула Юлька Любе в лицо.
- Вот только не надо перекладывать свои проступки на чужие плечи, - с досадой ответила Люба, - Если бы ты не напилась, то все было бы нормально.
- Я бы не напилась, если бы вы не приперлись.
- Ну да, ты изменила, а виновата я, - пожала плечами Люба.
- И Юрка трубку не берет.
- Я после такого тоже не стала бы брать трубку. Это же надо было до такого додуматься.
- У Юрки тоже рыльце в пуху. Он в вашей деревне сколько дней прожил. Тоже, небось, с кем-нибудь кувыркался. Например, с тобой, - Юлька выставилась на Любу. - Поэтому и пустил тебя к себе ночью.
- Какая у тебя бурная фантазия, - фыркнула Люба.
- Попробуй, скажи только, что это не так.
- Не так, - пожала плечами Люба, - Я вообще пришла не к тебе и разговаривать с тобой больше не хочу.
Из избы вышел Николай с сыном и дед Степан.
- Ну чего расселась, иди в хате уберись. Все разбросала по дому, - сказал Николай, обращаясь к Юльке, - И хватит уже орать, перед людьми стыдно.
- Я ничего не обязана делать в твоем доме, - отчеканила Юлька.
- Николай, отвези ее на трассу, пусть едет к себе домой, - тихо сказала Люба.
- А ты не вмешивайся, - повернулся он к Любе.
- Не хочет она с тобой жить. Зачем ты ее около себя держишь? – спросила она.
- Это она днем не хочет со мной жить, а ночью не оторвешь, - усмехнулся он.
- Если она сама потом к тебе вернется, то тогда будет уже другой разговор, - покачала головой Люба, - А сейчас как-то не по-людски, да и не по закону это.
- Хочешь, чтобы я ее до трассы довез и там бросил? - удивился Николай.
- Она, может, родным позвонит или такси вызовет. Если не заберет ее никто, тогда назад привезешь. Я вообще считаю, что ты неправильно сделал, что пьяную ее сюда приволок.
- Вот бабы, поди ж, сговорились, - хмыкнул дед Степан, - Сейчас еще Надежду сюда приволокут. Колька, отвези ты эту горлопанку, чтобы она тут глаза не мозолила и не портила нам жизнь. Достала уже своими воплями.
- Не повезу я ее никуда. Она мне нравится, - упрямо сдвинул брови Николай, - А ты пришла мальчонку осматривать, вот и осматривай.
- А ты мне не нравишься, - выпалила Юлька, - Я вообще после тебя вся чешусь. Заразил меня какой-то дрянью.
- Я Николаю говорила, какие таблетки пить надо, - сказала Люба, - Тебе сейчас на листочке напишу. Да и дома они у вас должны быть.
- Ты знала, что он болен, ты знала?! - заорала Юлька и вскочила со своего места.
- Ну и? Такие вещи посторонним не рассказывают. Или мне надо было к Юре зайти и всем объявить, что у Николая за болячка? А ты могла бы головой думать и не прыгать на него сразу же, - выговорила Люба, - И вообще, нечего такие разговоры детям слушать.
- Ой, это такие дети, что все видели и слышали уже. Совершенно невоспитанные, - махнула рукой Юлька.
- Иди, собирай свое шмотье, я тебя отвезу, - сказал дед Степан, - Только сначала родным позвони, чтобы они тебя на месте встретили.
- Это вы мне? - Юлька подскочила на месте.
- Тебе, тебе, - посмотрел на нее тяжелым взглядом дед Степан.
Она сорвалась со своего места и кинулась в дом.
- Дед, тебя просили? - Николай сердито взглянул на него. - Я как без бабы буду управляться?
- Руками, - рявкнул на него дед. - Толку от этой помощницы никакого, только одна сплошная головная боль. Днем визжит, ночью визжит, у нас поросята так не верещат, как она. По дому ничего делать не умеет, даже за собой посуду помыть не может. Бестолочь какая-то. Да и позвонит она сейчас в полицию, приедет Петрович, и будешь с ним объясняться, как и чего. Оно нам надо? Сейчас еще Надежда прибежит, и понесется всё. Ну ее в пень, эту горлопанку. Пошел я с лодкой разбираться.
– Дед, а ты знаешь хоть, куда ехать? А то ведь заплутаете, а потом ищи вас, - с тревогой в голосе спросил Николай.
- Разберусь, чай не маленький, места наши хорошо знаю. Ты вон свою жинку по темноте отвез, и эту привез ранним утром, а я что, хуже тебя? - Сердито глянул на него Степан.
Люба посмотрела на них и подозвала к себе мальчика.
– Как ты себя чувствуешь? Горло болит? – спросила она.
– Хорошо себя чувствую, горло не болит, - отрапортовал он. – А мамку когда выпишут?
– Ей операцию сделали, теперь лечат, - ответила Люба.
Дед с Николаем перестали переговариваться между собой и уставились на Любу.
– Откуда ты знаешь? - спросил Николай.
– По программе посмотрела. А ты бы мог ей и позвонить, не чужой же человек. И так никто к ней в больницу не ходит, незнамо, что там ест и как себя чувствует. Еще и никто не звонит, словно она безродная. Она же ведь из-за тебя пострадала, должно быть хоть какое-то сочувствие и уважение.
– Я ей звонил, - насупился Николай. - Она трубку не брала. Да и вообще некогда было, столько событий в деревне.
– Ну-ну, - хмыкнула Люба. - А все остальное делать было когда? Все на твоей совести.
– Не было бы воды кругом, я бы к ней в больницу съездил. И вообще у нее мать есть. Она может ее навещать.
– Угу, оправдывайся тут.
Она отвернулась от них.
– В избу пройти можно? Мне бы мальчишку послушать, а то на улице все же прохладно, - спросила она.
– Да иди уже, - махнул рукой Николай. - Только у нас там бардак. Эта все вещи разбросала по дому.
– Мне все равно на ваш бардак, - пожала она плечами.
Люба взяла мальчика за руку и повела его в избу. Там действительно царил хаос. Все кровати были перевернуты, по дому летал гусиный пух.
– Юлька подушку порвала, - поведал шепотом Любе мальчонка. - Мамка теперь ругаться будет.
– Папка уберется, не переживай, - успокоила его Люба.
– Я так хочу, чтобы Юлька уехала. Она противная.
– Я все слышу, - выглянула из-за печки Юля.
– Ну и что, - упрямо ответил пацан.
– Задирай рубашку, я тебя слушать буду, - велела Люба.
Она погрела в руках стетоскоп и стала слушать мальчика.
– Дыши, не дыши, - командовала она. - Хорошо, одевайся.
– Какая ты добренькая, аж противно, - вышла Юлька, одетая в свободный розовый свитер и джинсы.
- В бабе должна быть стервозинка.
- Ну пусть в бабе будет стервозинка, только я не баба, - ответила Люба.
- Да и плевать на твое мнение, - хмыкнула Юлька и поволокла за собой огромный чемодан.
- Взаимно, - усмехнулась Люба.
- Ой, какая радость-то, Юлька уехала, - начал скакать на одной ножке мальчишка.
- Не радуйся пока, а то вдруг вернется, - рассмеялась она.
- Тетя Люба, от всего сердца благодарю тебя за то, что уговорила деда ее вывезти.
Мальчишка кинулся к ней обниматься.
- Всегда пожалуйста, - улыбнулась Люба и похлопала его по спинке. - Не болей, птенчик.
- Не буду, честно-честно. Можно я пойду? - спросил он.
- Иди, - кивнула она.
Он выскочил из дома и побежал разносить радостную новость. Люба вышла за ним следом. Дед Степан грузил вещи Юльки в лодку. Николая уже во дворе не было.
Автор Потапова Евгения